Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
«Красивые здания и качественная среда – далеко не одно и то же...»

Декан Высшей школы урбанистики ВШЭ Александр Высоковский о развитии российских городов



Александр Высоковский

Александр Высоковский

Александр Зубков
Появление новых общественных пространств в современных российских городах, «рост» деловых центров вверх, возрождение интереса к урбанистике на фоне реализации крупных инфраструктурных проектов – все это новая повестка дня, которая складывается в последние год-два в градостроительстве. О современных веяниях в архитектуре и урбанистике применительно к крупным российским городам корреспонденту «Газеты.Ru» рассказал декан Высшей школы урбанистики ВШЭ Александр Высоковский.

В последний год в российском обществе большое внимание стало уделяться вопросам городского развития и урбанистики. С чем это, на Ваш взгляд, связано?

- Профессия градостроителя существовала и в СССР, но к ней не было общественного внимания, поскольку для внешнего взгляда она была непонятной и неинтересной. Традиционно считалось, что города создают архитекторы. Они в основном и говорили о городе, но делали это применительно к зданиям, застройке, облику площадей и районов.

В последнее время власти приняли ряд грандиозных решений, которые существенно повлияют на жизнь горожан. Это изменение границы города Москвы с включением в нее огромной части Московской области, строительство иннограда «Сколково», обсуждение планов крупномасштабного расширения метрополитена, реконструкции вылетных магистралей.

Эти предложения далеко выходят за рамки архитектуры, но одновременно не относятся напрямую ко всем понятным темам экономики, финансов, социологии. В результате многие люди осознали, что эти вопросы лежат в иной профессиональной плоскости – в сфере урбанистики или, как ее называют в России, градостроительства.

Повышение интереса к урбанистике также связано с тем, что многие люди побывали за границей, где увидели высококачественную городскую среду и стали задаваться вопросом, отчего наши города не столь привлекательны как, скажем, европейские.

И, наконец, это связано с новыми интересами и ожиданиями людей в отношении городов, в которых они сами живут и работают. За последние десятилетия жизнь стала кардинально другой - особенно в Москве и крупных городах России. Что-то стало лучше, но одновременно появились и новые проблемы: транспорт, экология, бюрократизация городского управления.

Люди - в особенности, молодежь, - хотят найти другой тип работы, связанной с современной экономикой, прикладной наукой, интернетом. Но таких рабочих мест нет или их можно пересчитать по пальцам.

Иначе говоря,

современные российские города пока не оправдывают ожидания живущих в них людей.

Горожане разочаровались в традиционных методах «советского» градостроительства и, как следствие, пытаются найти ответы в современной урбанистике. Общество пытается самостоятельно понять - почему так медленно происходят позитивные изменения, возможны ли другие сценарии городского развития, каков опыт других городов мира.

Как вы считаете, в каком направлении - с учетом существующих проблем - следует двигаться российским городам и, прежде всего, мегаполисам?

- Москва и Санкт-Петербург должны стать современными урбанистическими метрополисами (от греч. metrópolis — главный город. Прим. редакции). Этот тренд затрагивает все многомиллионные города вне зависимости от их местонахождения. Прежде всего, это означает усложнение их внутренней структуры, вызванное формированием крупных общегородских центров в серединной зоне города и даже на его периферии.

Чтобы появился центр, равномасштабный историческому ядру города, например, Москвы или Санк-Петербурга, он должен быть компактным, многофункциональным и сверхнасыщенным. Он должен обладать свойством «тотальной эстетизации» и конкурировать в привлекательности с другими, традиционными местами города.

Это должны быть многие миллионы квадратных метров высококачественной архитектуры и разнообразных функций, включая офисы, образовательные и культурные центры, жилье разных типов, торговлю, досуговые объекты и, конечно, высочайшее качество городского благоустройства и дизайна.

Создание таких центров является, по сути, главным градостроительным вызовом для Москвы и Санкт-Петербурга.

Проект развития территории Нагатинской поймы, в котором участвует Высшая школа экономики, это попытка создать мощный центр агломерационного значения, который превратит Москву в метрополию. Миллионам москвичей не нужно будет каждый день ездить в исторический центр, поскольку они смогут реализовать свои потребности в работе, культуре и общении в таких местах.

Что необходимо сделать городским властям, чтобы развитие городов пошло в указанном направлении?

- Властям необходимо начать поиск стратегических девелоперов, заинтересованных в создании крупных городских центров. Совершенно не важно, будут ли это отечественные компании или зарубежные. Важно, чтобы стратегический инвестор обладал рядом специфических качеств – имел интерес и амбиции к реализации сложнейших международных проектов, обладал репутацией и креативным персоналом, имел достаточный финансовый потенциал и опыт.

Таких компаний в мире не так много, и именно их привлечение в город является гарантией успеха программ развития городских метрополий. Так создавался современный центр Берлина - Потсдамерплац. Первым стратегическим партнером местного правительства стал автомобильный концерн Daimler, а вторым – Sony.

Московские власти должны обеспечить привлекательные условия, чтобы стратегический инвестор такого масштаба согласился прийти в столицу России.

Это не только законодательные действия, но и совокупность мероприятий, направленных на то, чтобы «открыть» город, сделать его экономический климат более прозрачным и ясным. Необходимы форумы, конференции, заявления региональных и федеральных властей, целый ряд других специальных мероприятий. На мой взгляд, это главная цель экономического развития на сегодня.

Какие проекты Москва и Санкт-Петербург уже могут предложить потенциальным инвесторам?

- В Москве таких проектов несколько – это и редевелопмент ЗИЛа, и развитие территории Нагатинской поймы, которые пока по большей части в теории. Другой проект, развивающийся полным ходом, – «Сколково». На повестке дня – международный финансовый центр, хотя, мне кажется, его идея еще не до конца созрела. Основная задача федерального правительства и администрации Москвы как раз и должна состоять в организации и широком информационном обеспечении подобных проектов.

Пока же все наоборот - управление городским развитием остается довольно закрытым процессом. В частности, все с интересом наблюдают за проектом в «Сколково», но общественной дискуссии и вытекающих из нее решений пока немного. Следует отметить, что управленческие структуры «Сколково» – это особая, негородская структура. Однако она ведет себя закрыто и самодостаточно, по аналогии с другой федеральной структурой с символическим названием «Олимпстрой».

Тем не менее, думаю, что в сколковском проекте архитектурный подход преобладает над урбанистическим, что создает опасность возникновения интересных зданий, но не привлекательной инновационной среды. А разница, как я уже сказал, принципиальная.

Стагнация на рынке недвижимости также не способствует организации проектов, интересных для крупных инвесторов. Поэтому, по всей видимости, сегодня правильно заниматься инфраструктурным развитием и защитить территории и возможности для будущего развития метрополитенских центров.

Кроме того,

для стратегических проектов необходимо существенно менять сложившуюся нормативную базу - например, переработать и принять правила землепользования и застройки города Москвы.

Хотелось бы, чтобы этот процесс стал также более открытым, и в нем смогли принять участие не только традиционно специалисты НИиПИ Генплана Москвы, но и другие организации, имеющие огромный опыт подобных работ - например, Институт экономики города или наша Высшая школа урбанистики.

Насколько сегодня востребовано появление новых деловых центров для развития Москвы и Санкт-Петербурга?

- В многоядерной структуре метрополиса деловые центры играют ключевую роль. Пример из стран BRIC - Сан-Пауло (Бразилия), где уже есть три деловых центра, сейчас формируется четвертый, равный по масштабам «Москва-сити». Поэтому указанные выше проекты в Москве и в Санкт-Петербурге, например, «Лахта-центр», теоретически хорошо вписываются в указанную тенденцию.

Однако, на практике у нас все обстоит иначе - от появления проекта до его полноценной реализации проходят многие годы.

Примечательна в этом процессе роль высотных зданий: они являются одним из важнейших элементов современного образа урбанистической среды. Поэтому они могут размещаться в любом месте, где нет конфликта с исторически сложившейся застройкой и, конечно, вне исторического центра, чтобы не задавить ценную историческую среду.

Усложнение городского пространства означает и усложнение соотношения интересов. Мы видим, что количество различных конфликтов при строительстве в целом растет – не только в России, но и в тех регионах, где законодательство явно более совершенное. У нас примером таких коллизий является ситуация в Москве, где градозащитники критикуют проект реконструкции ГМИИ им . Пушкина, и в Санкт-Петербурге, где археологические находки Охтинского мыса считаются некоторыми экспертами достойными музеефикации. Как необходимо гармонизировать интересы инвесторов, археологов, градозащитников и жителей для успешного освоения таких территорий?

- Современные подходы позволяют попробовать включить археологические объекты в состав нового здания или комплекса. Сегодня есть много примеров, когда архитекторы не убегают от археологических раскопок, а, наоборот, умело встраивают исторические артефакты в современную среду. Я даже видел современную реконструкцию в центре Вены, в которой была создана имитация законсервированного археологического раскопа с якобы старыми фундаментами зданий.

Для урегулирования конфликтных моментов необходимы три вещи.

Первая: девелопер должен предъявить декларацию о готовности учесть интересы сохранения культурного наследия.

Вторая: археологи должны понимать, что сохранение и музеификация найденных объектов будет идти рука об руку с решением задач современного строительства и функционирования строящегося объекта.

И третья: продвинутые общественные организации, стоящие на защите культурного наследия, должны «не раскачивать лодку», даже если того требуют горожане.

Необходимо понимать, что нет другого пути, нежели как договориться, и пока мы не научимся вырабатывать согласие «как продукт непротивления сторон» ничего хорошего у нас не получится.