Подпишитесь на оповещения
от Газеты.Ru
Дополнительно подписаться
на сообщения раздела СПОРТ
Отклонить
Подписаться
Получать сообщения
раздела Спорт

Мой брат исчез, а нашу квартиру украли

Владимир Рубанов 20.11.2008, 12:34

Мой брат-инвалид бесследно пропал, а его квартиру продали чужие люди. И возможно это стало благодаря пособничеству бандитам официальных лиц - нотариусов.

В январе 2006 года умерла моя мать, и мой брат Валерий, инвалид первой группы, перемещавшийся только на коляске, остался жить в их двухкомнатной московской квартире один.

Зная склонность брата к алкоголизму и чтобы предотвратить какие-либо действия в отношении его жилплощади, я решил унаследовать полагающуюся мне по закону часть принадлежащей маме доли квартиры.

Так как у меня отсутствовало метрическое свидетельство о рождении, мне пришлось подавать в районный суд заявление о признании родственных отношений между мной и моей матерью. 4 мая 2006 года судья направила частному нотариусу М. запрос, в котором просила его сообщить, заводилось ли наследственное дело к имуществу моей умершей матери. На этот запрос пришел ответ следующего содержания:

«Сообщаю, что нотариусом г. Москвы М. наследственное дело к имуществу умершей 29 января 2006 года Р. не заводилось».

Решение суда о признании родственных отношений вступило в силу 15 августа. Срок для подачи документов о вступлении в наследство был пропущен, и я снова обратился в суд — с заявлением о продлении срока вступления в наследство. Та же судья 25 августа направила еще один запрос нотариусу М., на который им был дан все тот же ответ: нотариусом М. наследственное дело не заводилось.

После этого судебным решением срок ввода в наследство был продлен, и я подал документы нотариусу М. для открытия наследственного дела к имуществу моей умершей матери. Однако, 26 января 2007 года мне пришло сообщение от нотариуса М. в котором он сообщал, что

производство по наследственному делу, начатому им 12.01.2007, прекращено, так как «наследственное дело к вышеуказанному имуществу находится в производстве нотариуса города Москвы Ю.» (и начато оно 23.06.2006!).

Значит, когда нотариус М. отвечал на запрос судьи от 25.08.06 о том, что им наследственное дело не открыто, оно уже 2 месяца как было открыто другим нотариусом — нотариусом Ю.

И задержка в извещении суда об открытии наследственного дела привела к трагическим последствиям: мой брат Валерий оказался похищен, его квартира продана, все семейные реликвии (дневники и рукописи родителей, боевые и трудовые награды, старинные иконы, альбомы с фотографиями) выброшены неизвестно куда.

Возникает вопрос: имел ли право нотариус М. в ответ на запрос судьи об открытии наследственного дела отвечать, что именно им оно не открывалось, скрывая тем самым открытие такового дела другим нотариусом и давая возможность совершиться преступлению.

Теперь что касается нотариуса Ю. Она сама сообщила мне, что лично выезжала на квартиру к моему брату для того, чтобы выдать от его имени доверенность на право распоряжения всем имуществом его молодой, только что появившейся жене Кызейтар.

При этом нотариуса нисколько не смутила ни сама эта ситуация, ни невесть откуда взявшаяся жена, ни тот факт, что и участковый милиционер, и соседи, и сотрудники центра соцобеспечения постоянно видели Валерия выпивающим, то есть не контролирующем свои действия.

Где сейчас находится мой брат, жив ли он - неизвестно.

Но даже того, что он лишен своей квартиры и имущества, медицинского обслуживания, достаточно, чтобы говорить о преступлении. А позволившие совершиться этому преступлению, способствующие уничтожению московских пенсионеров-инвалидов и краже их жилья нотариусы М. и Ю. продолжают трудиться на своих местах.

«Газета. Ru» попросила прокомментировать письмо читателя юриста аппарата депутата Мосгордумы Сергея Белякова.

По мнению юриста, частный нотариус М., сообщая о том, что им наследственное дел не заводилось, отвечал исключительно за себя. Частный нотариус не мог, да и не должен был знать о том, производство по каким делам ведет другой нотариус. Но когда заявитель обратился к М. для открытия наследственного дела к имуществу его матери, нотариус занялся этим вопросом и выяснил, что дело уже было открыто нотариусом Ю. Кроме того,

в соответствии с Основами законодательства о нотариате наследственные дела имеет право открывать только государственный, а не частный нотариус.

Более понятны претензии автора письма к нотариусу Ю., которая «лично выезжала» на квартиру к его брату, для выдачи доверенности. Прежде чем визировать эту доверенность, нотариус был обязан убедиться, что человек дееспособен, не находится под давлением, и решение принято им в ясном уме и твердой памяти.

Однако, доказательств того, что Ю. не убедилась в этом, или не предупредила инвалида о последствиях выдачи доверенности, тоже нет.

Из того факта, что человек постоянно выпивал, юридически не следует его недееспособность.

На учете в психоневрологическом диспансере он, судя по всему, не находился. Поэтому доказать тот факт, что инвалид не контролировал свои действия, можно только на основании психиатрической экспертизы (если удастся его отыскать). Но даже в этом случае предъявить обвинения нотариусу не удастся - между моментом выдачи доверенности и возможной экспертизой прошло много времени. А за действия людей, которым человек доверил распоряжение своим имуществом, нотариус юридически ответственности не несет.

Что же касается квартиры, то, поскольку право автора письма на наследство его матери было восстановлено судом, ему следует подать документы нотариусу Ю. для вступления в наследство на долю квартиры.

Если же эта квартира уже продана, необходимо прояснить ее правовую судьбу: кем, когда, на каком основании это было сделано (об этом можно узнать в Управлении Федеральной регистрационной службы по г. Москве). И после этого попытаться оспорить проведенную сделку, поскольку продавец (кто бы он ни был) не имел права продавать всю квартиру, как стопроцентный собственник.