Пенсионный советник
Последняя надежда: Иран сражается с Америкой в Гааге

В Гааге идут слушания по иску Ирана против США из-за восстановления санкций

В Гааге проходят слушания Международного суда ООН по иску Ирана, связанному с восстановлением всех американских санкций в отношении Тегерана. Вашингтон настаивает, что урегулирование таких дел находится вне юрисдикции суда ООН и требует отказать Ирану в рассмотрении иска. В то же время Иран признает, что обращение в суд было для него единственным выходом. Каковы шансы на победу Ирана и что изменит суд, разобралась «Газета.Ru».

Международный суд ООН проводит слушания по иску, поданному Ираном против США из-за выхода Вашингтона из ядерной сделки и восстановления санкций в отношении Тегерана. Накануне в ходе слушаний в Гааге представляющая американскую сторону юридический консультант Госдепартамента США Дженнифер Ньюстед заявила, что рассмотрение подобных исков находится вне юрисдикции Международного суда ООН.

Реклама

Она отметила, что СВПД не был по-настоящему «серьезным» соглашением — он подразумевал недостаточное число инспекций, не учитывал угрозу от программы баллистических ракет, спонсирование терроризма и дестабилизирующее поведение в регионе.

«Соединенные Штаты намерены законно и оправданно начать серьезное давление на иранские власти, чтобы заставить их изменить свой курс», — заявила она в зале суда. Ньюстед добавила, что США «делают это в интересах национальной безопасности США», а также с целью добиться спокойствия на Ближнем Востоке и во всем мире.

Представитель США подчеркнула, что решение американской стороны было мотивировано «острым, давним и длительным беспокойством по поводу угрозы национальной безопасности США, которую представляет Иран». По ее словам, санкции, которые вновь ввели Соединенные Штаты, законны и приемлемы перед лицом действий Ирана — «прошлых, продолжающихся и возможных».

После этого слово взял представитель Ирана Мохсен Мохеби, который сказал, что из-за давления и агрессивной риторики США у Тегерана не оставалось другого выбора, кроме обращения в суд.

29 августа госсекретарь Майкл Помпео также заявил, что восстановление санкций законно, а действия Тегерана являются «нарушением суверенного права США» вводить или отменять ограничительные меры.

«Подача иска Ираном в Международный суд ООН является попыткой вмешаться в суверенное право США принимать законные меры, включая возобновление санкций, которые необходимы для защиты нашей национальной безопасности. Шаги, предпринятые Ираном, являются злоупотреблением судом», — заявил глава Госдепа.

Иран подал иск против США в Международный суд ООН в июле, когда столкнулся с угрозой восстановления и ужесточения американских санкций, отмененных в 2015 году после заключения «ядерной сделки». В своем иске иранская сторона апеллирует к договору «О дружбе, экономических отношениях и консульских правах» 1955 года — в Тегеране утверждают, что, восстановив санкции, Соединенные Штаты нарушили положения документа.

На слушаниях в понедельник на это нарушение указал представитель Ирана Мохсен Мохеби, пояснив, что Вашингтон «намеревается причинить ущерб, такой большой, насколько возможно, иранской экономике». В связи с этим иранская сторона требует немедленной отмены ограничительных мер и отказа США от угроз их применения. Мохеби также назвал санкционную политику Трампа «откровенной экономической агрессией против Ирана».

Новые санкции и их последствия

8 мая 2018 года президент США Дональд Трамп объявил о выходе США из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по иранской ядерной программе. Он также сообщил о восстановлении всех санкций против Тегерана, в том числе вторичных, то есть в отношении третьих стран, ведущих бизнес с Ираном. Остальные члены «шестерки» стран-участниц ядерной сделки (Россия, Франция, Германия, Великобритания, Китай) осудили действия США и решили вместе с Тегераном сохранять СВПД.

Согласно договоренностям, достигнутым в 2015 году, ядерная программа Ирана была поставлена под контроль МАГАТЭ. Одно из ключевых требований документа — заморозка Тегераном программ по обогащению урана для производства ядерного оружия до 2025 года.

28 августа президент Ирана Хасан Роухани высказал предположение касательно причины, по которой США решили покинуть соглашение.

По его словам, на Трампа повлияли зимние протесты в Иране, когда граждане массово выступали против повышения цен на продукты питания, а позднее и против действующих властей. «Декабрьские-январские события побудили Трампа объявить: «Я не останусь в СВПД, если только Европа и другие страны не саккомпанируют мне относительно региона и вопроса о ракетах», — подчеркнул иранский президент.

Американские санкции уже оказали влияние на экономическую ситуацию в ИРИ — за последние несколько месяцев национальная валюта Ирана значительно упала в цене — неофициальный курс доллара в республике дошел уже до 120 тыс. иранских риалов. Для сравнения — еще в марте, до выхода США из ядерной сделки, стоимость доллара составляла не более 50 тыс. риалов.

Это отражается на внутриполитической ситуации в стране — так, возвращение санкций против Ирана привело к усилению критики в адрес иранских властей и даже призывам объявить импичмент президенту Роухани и ряду других политиков.

В начале августа парламент Ирана дал Хасану Роухани месяц, чтобы тот отчитался по всем мерам, предпринятым правительством для преодоления экономических проблем. Президент Ирана согласился на эти условия и пообещал предстать перед парламентом, хотя и назвал эти требования антиконституционными.

Без отставок все равно не обошлось — 26 августа иранский парламент объявил импичмент министру экономики и финансов страны Масуду Карбасиану. Отстранить министра от занимаемой должности потребовали 33 депутата. Причиной такого требования они назвали «отсутствие прозрачности в экономике страны и проблемы, вызванные колебаниями валютных курсов и нарушениями банковской системы».

28 августа, выступая перед парламентом с отчетом об экономической ситуации в стране, президент Ирана пообещал, что Тегеран преодолеет экономические проблемы, вызванные американскими санкциями. Из-за санкций США «много людей потеряли веру в будущее исламской республики», констатировал иранский лидер. Роухани также заверил, что Тегеран «победит антииранских чиновников в Белом доме и преодолеет экономические проблемы».

Однако чиновников слова Роухани не убедили — они приняли ответ лишь по одному из пяти вопросов, согласившись, что правительство не способно повлиять на санкции в отношении иранских банков. Остальные ответы президента будут переданы в суд по рассмотрению дел гражданских служащих в соответствии с иранским законодательством.

По словам доцента Европейского университета в Санкт-Петербурге Николая Кожанова, в данной непростой ситуации у Ирана нет никаких других вариантов, кроме как попытаться задействовать правовое поле.

«Это попытка задействовать все эти ограниченные рычаги, которые у Тегерана есть в наличии. Бездействие со стороны Тегерана тоже негативно сказалось бы на образе страны и руководства как внутри Ирана, так и на международной арене», — отмечает эксперт. Кожанов напомнил, что у Ирана уже есть опыт задействования подобных юридических рычагов.

В частности, в 2016 году Иран смог через обращение в международный арбитраж оказать давление на Россию по вопросам поставок С-300. Кроме того, прежде Иран активно подталкивал иностранные компании к тому, чтобы они обращались в международные суды и хотя бы так пытались отстоять свое право работать с Тегераном.

«Результативность этого решения, даже если оно будет принято, под большим вопросом. Скорее всего, это [суд] не поможет Ирану, здесь речь идет в первую очередь об имиджевых моментах», — полагает Кожанов.

Между тем эксперт не исключает, что Иран может выиграть суд. «Как по факту, так и исходя из общей ситуации, сложившейся вокруг Ирана, эта страна является пострадавшей стороной во всей ситуации, и решение, которое было принято США, явно противоречит имевшейся договоренности», — констатирует он.

Руководитель исследований Института диалога цивилизаций, эксперт Московского центра Карнеги Алексей Малашенко также считает, что иск против США являлся единственным возможным решением для Тегерана. «Ирану надо хотя бы каким-то образом действовать, как-то реагировать, как-то о себе заявить. Санкции все равно останутся, и дело санкций — это все равно дело разговоров между Ираном, Европой и Америкой», — подчеркивает эксперт.