«Конкуренция между нами может пойти во вред»

Дмитрий Медведев объяснил Financial Times, почему он не хочет конкуренции с Путиным на выборах

ИТАР-ТАСС
В интервью Financial Times Дмитрий Медведев признался: он хотел бы остаться главой государства на второй срок, однако не считает, что президенту и премьеру полезно одновременно участвовать в выборах. Президент напомнил Михаилу Ходорковскому о праве на УДО и обращение за помилованием, а также повторил его реплику о необходимости политических реформ для проведения экономических.

Дмитрий Медведев заявил о своем желании остаться президентом на второй срок. Но он повторил неоднократно сказанные слова о том, что, когда придет время определять кандидатуру на этот пост от правящей партии, они с Владимиром Путиным сядут и договорятся, кто из них примет участие в гонке. О своих взглядах на основные политико-экономические проблемы России в мире он рассказал в интервью британской Financial Times.

Вопрос о планах баллотироваться в президенты в 2012 году был первым, который задали российскому президенту журналисты FT: «Наверное, не самый оригинальный, но весь мир ждет ответа». Медведев парировал, что это такая игра, и пояснил, что

«любой руководитель, который занимает такую позицию, как президент, просто обязан хотеть баллотироваться».

Правда в его случае «решение отстоит от его желания», признал глава государства и предложил еще немного подождать, чтобы «сохранить интригу».

Ожидавшие ухода от ответа журналисты решили зайти с другой стороны и спросили, возможно ли, чтобы в выборах одновременно участвовали президент и премьер, на что получили однозначный ответ. «Это трудно себе представить, — обнадежил их Медведев. --Мы с Владимиром Путиным в значительной мере представляем одну и ту же политическую силу». «Конкуренция между нами может пойти во вред — это был бы не лучший сценарий», — добавил он.

Конкуренция – это хорошо, закрыл тему президент, но не в случае выборов: «Участие в выборах заключается не в том, чтобы способствовать развитию лозунга свободной демократии, а в том, чтобы победить».

Ранее Медведев и Путин, отвечая на вопросы о кандидате от власти на пост президента в 2012 году, делали самые разные заявления. «Мы сядем и договоримся», — сообщил еще в 2009 году Путин. В июле 2010 года Медведев сказал: он не исключает возможность того, чтобы на выборах власть представлял не кто-то один из правящего тандема, а «третий» кандидат. «Мы оба не исключаем возможности баллотироваться на пост президента», — сказал глава правительства 14 апреля 2011 года, после чего мировая пресса сделала вывод, что Путин и Медведев будут бороться за пост президента друг с другом, после чего оба участника тандема несколько раз повторили, что не считают друг друга конкурентами.

На вопрос об отношениях в правящем тандеме Медведев ответил как раз репликой про давнюю дружбу, начавшуюся, вопреки представлениям, «на равных», и в очередной раз подчеркнул, что отношения президента и премьера стабильны.

«Утверждение, что между нами возникла зияющая пропасть, которая все увеличивается, является абсолютно неверным», — ответил Медведев на вопрос журналиста, охарактеризовав Путина как «старого товарища» и называя его при этом «Владимиром Владимировичем».

Нет у них разногласий и с другими челнами правительства. «Это, в конце концов, мой кабинет министров», — заявил Медведев и сразу же напомнил о своей недавней победе над ним, когда ему удалось, по его определению, «продавить» решение об уменьшении страховых тарифов.

На вопрос о политических реформах, которые он хотел бы осуществить, Медведев в точности повторил ответ экс-владельца ЮКОСа Михаила Ходорковского из его недавнего интервью агентству Bloomberg: «Экономические реформы невозможны без политических».

В частности, президент заявил, что пересмотра требуют многие элементы «управляемой демократии». И упомянул возможность возвращения выборов губернаторов, не конкретизировав, впрочем, срок этого события, сказав лишь, что «это не вопрос сегодняшнего или завтрашнего дня».
В парламенте должны быть представлены политические партии всего спектра, и для этой цели в стране надо создать самые благоприятные условия, также заявил президент и сказал, что задумывается над снижением проходного барьера на выборах в Госдуму до 5% или даже до 3% (сейчас минимум – 7%).

«Очень плохо то, что у нас нет правых в парламенте», – отметил президент, говоря о необходимости повышения политической конкуренции.

Прекрасным руководителем правых был бы, по мнению Медведева, министр финансов Алексей Кудрин, который «зря» отказался возглавить обновленную партию «Правое дело».

Но и Михаил Прохоров «тоже способен» ее возглавить, уверен президент, «если получит мандат: там, по-моему, скоро выборы будут».
Прозвучала и фамилия Ходорковского – в контексте вопроса о будущем осужденного. Медведев напомнил журналистам, что экс-глава ЮКОСа имеет право на условно-досрочное освобождение, которым он, видимо, собирается воспользоваться, а также на помилование. Президент добавил, что не считает суд над Ходорковским ошибкой, и повторил, что не видит никакой опасности в его освобождении. Он повторил свои слова и в ответ на вопрос об отношении к делу погибшего в СИЗО юриста Hermitage Capital Group Сергея Магнитского: расследование всех обстоятельств смерти юриста еще не завершено, надо дождаться результатов проверки Генпрокуратуры, хотя случай Магнитского «очень печальный».

Медведев не считает распад Советского Союза самой большой геополитической катастрофой XX века, в отличие от премьера Путина, который высказал подобное сравнение несколько лет назад. «Я так не считаю. Я уже говорил об этом: я так не считаю. Это действительно было очень драматическое, очень тяжелое событие, я его отлично помню, потому что я уже был взрослый мальчик — мне было 26 лет... Считать это (распад СССР — «Газета.Ru») главной геополитической катастрофой я не могу, потому что была Вторая мировая война, в ходе которой погибло 30 млн граждан нашей страны, была Гражданская война очень страшная, в ходе которой погибли миллионы наших граждан», – сказал Медведев, напомнив, что распад Союза произошел бескровно.

В целом же президент удовлетворен тем, как развивалась страна после распада.

«Я считаю, что в этом смысле поколение людей, которое, условно говоря, помнит Брежнева и которое училось при Горбачеве или позже и живет сейчас, — это, может быть, самое счастливое поколение наших людей. Почему? Потому что у нас есть возможность сравнить, что было в прежние эпохи, при прежнем политическом строе, и что есть сегодня. А это самое главное человеческое качество – сопоставлять и сравнивать», – сказал президент.