Судья Данилкин протестует

В приговоре по второму делу Михиалу Ходорковскому и Платону Лебедеву не учтено даже смягчение позиции гособвинения

Reuters
Завершился первый день оглашения приговора Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву. Пока решение настолько дублирует обвинительное заключение, что защита сочла это знаком протеста судьи против давления на него. Из зала были удалены жена и дочь Ходорковского, а сына Лебедева не впустили даже в здание.

В понедельник в Хамовническом суде Москвы началось оглашение приговора по второму уголовному делу в отношении экс-главы ЮКОСа Михаила Ходорковского и бывшего руководителя МФО МЕНАТЕП Платона Лебедева. Это была вторая попытка судьи Виктора Данилкина: сначала заседание было назначено на 15 декабря, но еще до начала перенесено без объяснения причины. Вероятность переноса существовала и в понедельник, но сочувствующие начали собираться к зданию суда с 7 утра — за три часа до времени, назначенного судьей Данилкиным.

К девяти, когда открылся суд, возле его входа собралась большая толпа, состоявшая из журналистов, постоянных посетителей процесса и любопытных. Адвокаты с трудом сумели провести в здание родственников подсудимых.

Впрочем, в зал попали не все: как сообщили в пресс-центре Ходорковского и Лебедева, сын экс-главы МЕНАТЕПа не сумел пройти даже в здание суда. Приставы вначале пытались уговорить пришедших не напирать, потом начали силой оттирать граждан от двери, а когда и это не помогло, сцепившись, образовали живой коридор для входа и выхода людей. Впрочем, коридор пригодился только для выхода теле- и фотокорреспондентов, которых запустили в зал к началу оглашения приговора. Места в зале для пишущей прессы и представителей радиостанций закончились почти сразу после разрешения пройти.

В здание смогли пройти только те, кто сумел прорвать живую цепь из крепких приставов. «Все, места в зале закончились», — объявил один из приставов. Незадолго до того стало известно, что трансляция процесса в зале для прессы отключена.

На противоположном от входа тротуаре и газоне тем временем выстраивался пикет в защиту обвиняемых, собравший человек 200. Сторонники подсудимых в течение примерно часа требовали свободы для Ходорковского и скандировали «Путина — на нары!», пока не прибыл ОМОН. Затем не попавшие в зал суда журналисты, в числе которых были представители иностранных агентств, смогли увидеть, как омоновцы выхватывали из группы пикетчиков людей с плакатами, требующими свободу Ходорковскому и Лебедеву, и отводили или относили их в два автобуса, на которых сами и приехали к зданию суда.

Пикетчики сопровождали задержания криками «Позор!», «Засранцы!» и призывами «Милиция с народом — не служи уродам!», но с места не двигались.

После задержания примерно 20 человек пикетчики сникли и почти перестали скандировать. Несколько оставшихся омоновцев старательно загораживали им вид на вход в здание суда.

Оглашение приговора началось примерно с получасовым опозданием, очевидно, вызванным задержкой с доставкой подсудимых. С первых слов судьи Данилкина стало ясно, что на оправдание Ходорковскому и Лебедеву рассчитывать не приходится:

«Суд установил, что Михаил Ходорковский и Платон Лебедев совершили присвоение чужого имущества с использованием служебного положения», — объявил судья.

Он также признал, что указанные преступления совершались в составе ОПГ, существование которой Ходорковский и Лебедев отрицают.

«Ходорковский, Лебедев и члены организованной группы распоряжались похищенным по своему усмотрению, направляя основную часть средств для собственного обогащения, а меньшую часть в действующие предприятия нефтедобычи и переработки, чтобы воспроизвести добычу сырья и его переработку и создать возможность дальнейшего продолжения хищений», — зачитал Данилкин.

«С целью придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению похищенной нефтью Ходорковский, Лебедев и другие члены организованной группы оформили от имени ОАО НК ЮКОС фиктивные договоры ее купли-продажи с подставными фирмами на внутреннем и внешнем рынке, то есть совершили легализацию имущества, добытого преступным путем», — заявил судья.

Кроме приговора суд также вынес постановление о прекращении дела по одному из эпизодов в связи с истечением срока давности. Данилкин не уточнил, по какому именно, но адвокаты предположили, что речь идет об эпизоде о хищении акций Восточной нефтяной компании (ВНК). Прекратить дело в этой части просило гособвинение.

По остальным эпизодам — хищению нефти, ее легализации, а также хищению части средств, полученных от реализации нефти, и их легализации — вина Ходорковского и Лебедева подтверждена материалами дела и показаниями свидетелей, сказал судья.

В середине дня стало известно, что из зала заседаний приставы удалили супругу и дочь Ходорковского — Инну и Анастасию. Санкция была обоснована тем, что родственницы экс-главы ЮКОСа разговаривали друг с другом. Журналистов, общавшихся с адвокатами во время перерыва, не впустили в зал суда, заявив, что перерыв уже кончился, хотя ни адвокатов, ни прокуроров в зале в это время еще не было.

В перерыве, который был объявлен почти через два часа после начала оглашения, адвокаты говорили журналистам, что Данилкин демонстрирует очень большую скорость чтения при очень низкой громкости — его было очень плохо слышно. Тем не менее адвокаты услышали, что в приговоре остались тезисы, от которых отказалось даже гособвинение: «Там, например, написано про фиктивное право собственности у ЮКОСа. А есть десятки судебных решений, и судье они известны, где единственным собственником нефти назван ЮКОС. Все эти решения вступили в законную силу. Есть про 13 млн тонн (нефти), похищенных у «Томскнефти» за такой-то год. Компания «Томскнефть» ни в одном году не добыла 13 млн, всегда меньше. Роттердамские цены, от которых даже прокуроры отказались, опять звучат в приговоре, как установленные», — рассказал журналистам адвокат Ходорковского Вадим Клювгант.

Позже Клювгант сообщил, что в приговоре оставлены без изменений объемы похищенной нефти и сумма выручки за нее, хотя от значительной части объемов еще на процессе отказалось само гособвинение.

Днем адвокаты заявили о намерении обжаловать приговор сразу после его полного оглашения, «потому что независимо от того, чем он закончится, какая будет резолютивная часть, в том числе в части меры наказания, мы считаем, что это не просто ошибочное, а заведомо ложное, фальшивое обвинение, это преступление, это преступная расправа».

Вечером после завершения первого дня оглашения Клювгант сообщил журналистам, что адвокаты готовят обращение к Дмитрию Медведеву, которое будет направлено ему сразу после оглашения приговора. «Адвокаты и их подзащитные рассматривают приговор как некий протест судьи Данилкина против оказанного на него беспрецедентного давления, поскольку судья в приговоре вернулся к первоначальной версии обвинения, превысив масштабы, о которых говорили прокуроры», — пояснил защитник.

Не дожидаясь завершения оглашения приговора, за Ходорковского и Лебедева вступились госсекретарь США Хиллари Клинтон и представитель ЕС по внешней политике и политике безопасности Кэтрин Эштон. «Обвинительный приговор по второму делу Ходорковского и Лебедева по обвинениям в хищении и отмывании денег поднимает серьезные вопросы относительно избирательности правосудия и его затенения политическими соображениями», — заявила, в частности, Клинтон. «Мы будем следить за апелляционным процессом», — обещала глава госдепа, отметившая, что для планов модернизации, объявленной президентом Медведевым, важны «юридические процедуры и соблюдение независимости правосудия». «ЕС ожидает от России уважения ее международных обязательств в области прав человека и верховенства закона», — говорится в заявлении Эштон, опубликованном в Брюсселе в понедельник. Эштон также заявила, что Евросоюз будет продолжать «тщательно следить» за делом ЮКОСа и приговором, который будет вынесен Ходорковскому и Лебедеву.