Сокращение вооружений коснулось Ирана

Обама и Медведев подписали СНВ

,
Reuters
Дмитрий Медведев и Барак Обама подписали новый договор о сокращении наступательных вооружений. Россия дополнила документ заявлением о возможности выхода из договора с случае наращивания американской ПРО — «на случай новой администрации США». В ответ Вашингтон поднял тему строгих санкций против Ирана.

США и Россия вновь связаны обязательством сокращать наступательные вооружения. В четверг в пышном Испанском зале дворцового комплекса Пражский град чешской столицы президенты России и США Дмитрий подписали «Договор о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений», преемник договора СНВ-1 1991 года, чей срок истек 5 декабря прошлого года.

Договор

Американский президент прибыл в Пражский град несколько раньше своего российского коллеги. Их обоих встречал на правах хозяина чешский президент Вацлав Клаус. После фотосессии Клаус удалился, и Обама с Медведевым начали переговоры. Беседа двух президентов в Музыкальном зале продлилась более двух часов.

Церемония подписания началась с получасовым опозданием — в 12.30 по местному времени (14.30 по Москве).

Войдя в зал, Клаус подошел к своему месту в первом ряду кресел, а президенты договаривающихся стран к столу, где их ждали красная папка с русским текстом договора и протокола к нему, и синяя, по виду более пухлая, с английским.

О начале церемонии подписания договора было объявлено на чешском, русском и английских языках. За тем, как главы государств ставили подписи под договором, все делегации наблюдали стоя. Расписавшись во всех документах, президенты переглянулись и синхронно положили в карманы ручки, которыми ставили подписи.

Договором, который заключается на семь лет, устанавливаются следующие максимальные «потолки» для ядерных вооружений: 700 единиц для развернутых межконтинентальных баллистических ракет (МБР), баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ) и тяжелых бомбардировщиков (ТБ); 1550 единиц для боезарядов на них; 800 единиц для развернутых и неразвернутых пусковых установок (ПУ) МБР и БРПЛ, а также ТБ.

Стороны также условились уменьшить суммарное количество боезарядов на треть по сравнению с московским договором 2002 года, оставившим за Россией и США по 2200 боезарядов. Сокращение стратегических носителей значительное – вполовину по сравнению с уровнем, заложенным в СНВ-1 1991 года. В отличие от СНВ-1, объясняли в Кремле, новое соглашение «позволяет сторонам самостоятельно определять состав и структуру своих стратегических наступательных вооружений».

Под новый договор подпадает межконтинентальная баллистическая ракета морского базирования РСМ-56 «Булава», а также новейшая российская ракета РС-24, гласит приложение к договору (документы размещены на сайте Кремля).

Меры контроля и верификации, которые в годы «холодной войны» были необходимы, в новом договоре значительно сокращены, в частности записан отказ от американских инспекций ключевого российского предприятия по производству ракетной техники в Воткинске. В новом договоре остались особые меры контроля в области обмена телеметрической информацией о запущенных ракетах, но «номенклатура уведомлений» значительно сокращена. Так, в ходе переоборудования и ликвидации средств СНВ не предусматривается инспекционное присутствие.

Документ предполагает, что Россия и США смогут приступить к инспекции по выполнению нового договора по СНВ через два месяца после вступления нового договора в силу. Как сказано в документе, каждая из сторон имеет право начать инспекционную деятельность по истечении 60 дней после вступления в силу договора и осуществлять ее в дальнейшем, говорится в 5-й главе протокола. В протоколе уточняется, что на территории инспектируемой стороны одномоментно может находиться не более одной инспекции. В списке инспекционной группы может числиться не более 300 человек.

Про ПРО

Москва подписание нового СНВ сопроводила специальным заявлением относительно американской ПРО. В небольшом тексте говорится, что договор об СНВ может «действовать и быть жизнеспособным только в условиях, когда нет качественного и количественного наращивания возможностей систем ПРО США».

Москва считает включающимся в перечень «исключительных обстоятельств», прописанных в ст. 14 договора, и наращивание возможностей американской системы ПРО до такой степени, что потенциалу стратегических ядерных сил возникает угроза. В своем выступлении Медведев подчеркнул, что американская сторона была в курсе этого заявления и не высказывала по этому поводу возражений.

Глава профильного комитета Госдумы Константин Косачев добавил, что заявление сделано, чтобы, в случае смены руководства США во время действия договора, Белый дом не мог, например, вернуться к идее размещения противоракет и радаров в Европе. «Тогда это будет качественное изменение системы ПРО, что мы считаем исключительным обстоятельством», — сказал он.

После подписания первым слово взял Обама: «Я хочу поблагодарить своего друга и партнера Дмитрия Медведева. Без его личных усилий и сильного руководства, мы бы не были сегодня здесь».

По словам американского президента, завершив переговоры по СНВ, стороны договорились расширить дискуссии по противоракетной обороне. «Это будет включать в себя регулярный обмен информацией о наших оценках угроз», пояснил Обама, пообещав, что, как только стороны закончат эту работу, начнется предметный разговор о российско-американской кооперации по ПРО.

Первый же вопрос, который был задан журналистами, касался связи между наступательными вооружениями и ПРО и возможности принятия отдельного документа по этому вопросу. Обама напомнил, что американская ПРО не направлена против России.

Медведев согласился, что ПРО была одной из важнейших тем переговоров при подготовке СНВ. «Но та формулировка, которая есть, устраивает обе стороны», — заверил Медведев. Он отметил, что Москва будет следить за тем, как будет развиваться договор. В России, по его словам, оценили изменение позиции Белого дома по вопросу ПРО (отказ от размещения элементов ПРО в Чехии и Польше).

Ратификация

И Обама, и Медведев пообещали не затягивать с ратификацией договора об СНВ.

Российский лидер заявил, что президенты «должны обеспечить синхронность внесения на ратификацию, чтобы ни одна страна не чувствовала себя ущемленной». Обама в свою очередь отметил, что сенат США несет ответственность за ратификацию любого документа. В том, что документ вступит в силу в самое ближайшее время, российские парламентарии сомневаются.

Косачев не считает, что процедуру ратификации удастся завершить на весенней сессии. Он уточнил, что именно первый этап – ратификация нижней палатой – не имеет четких сроков. По словам главы международного комитета Совета федерации Михаила Маргелова, для того чтобы ратификация прошла относительно синхронно, делегация СФ 20–21 апреля проведет заседание совместной комиссии с сенатом США. Договор, по словам российских законодателей, может поступить в Госдуму до конца апреля.

Иран

Судя по ответам президентов на брифинге, переговоры в Пражском граде были в немалой степени посвящены Ирану. Оба были жестко настроены к Тегерану.

Отвечая прессе, Медведев подтвердил, что Россия готова обсуждать новый пакет санкций против Тегерана.

Американский президент был решительнее. По его мнению, Иран не исполняет свои международные обязательства и должен понести за это наказание: «США и Россия являются частью коалиции наций, которые настаивают на том, чтобы Исламская Республика Иран отвечала за последствия того, что она на постоянной основе нарушает свои обязательства перед международным сообществом».

«Если говорить о санкциях, хотя они далеко не всегда достигают успеха, то это должны быть умные санкции, способные побудить к правомерному поведению», — заявил в ответ российский президент, указав, что санкции не должны обернуться гуманитарной катастрофой для иранского народа.

Санкции станут реальностью «этой весной», предположил Обама. Медведев других прогнозов не давал.

Медведев сообщил, что передал Обаме российские предложения по содержанию шагов в отношении Тегерана. Замминистра иностранных дел Сергей Рябков не стал раскрывать журналистам весь перечень предложений, уточнив, что полное эмбарго на доставку топлива в Иран неприемлемо, так как это угроза населению ИРИ. Источник Reuters в американской делегации парировал: энергетические санкции обсуждались, «они не исключены».