Екатерина Шульман
о новой роли
российского парламента

Внук в Англии учится тому, чему мог бы учиться в России

Чему учат школьников в Великобритании

Татьяна Богачева 03.12.2012, 12:23
Школьники в Великобритании northsomersetssp.co.uk
Школьники в Великобритании

Первого внука я с огромным энтузиазмом начала учить английскому с годовалого возраста. В ход шли карточки Домана, детские английские книжки и мультики. И вот, наконец, 10 лет назад я привезла семилетнего Диму в маленькую государственную начальную школу Mary Elton в небольшом городке на юго-западе Англии.

От редакции. Обращаем ваше внимание, что тексты, опубликованные в рубрике «Личный опыт», написаны читателями «Газеты.Ru». Редакция не всегда разделяет их точку зрения.

На следующий день после прибытия мы пришли в школу. Все было незнакомым: и городок, и школа. Приходим, звоним в дверь. Нам открывает секретарша и начинает вокруг нас хлопотать: сейчас принесу форму, немножко подождите, директор вот-вот придет… Директор, милая дама за пятьдесят, нам очень рада. Она ведет нас в класс. Учительница прерывает урок и представляет Диму классу. Она берет глобус и просит рассказать, откуда он приехал. Дима ее понимает, но сказать ничего не может. Тогда она предлагает ему рассказать о себе по-русски. Рассказ все слушают с большим вниманием. Потом мама его одноклассницы поделилась впечатлениями своей дочери. Узнав о новом мальчике из России, она, естественно, поинтересовалась, как он говорит по-английски. И услышала в ответ: «По-английски не очень… Но он так хорошо говорит по-русски!»

После ланча по расписанию плавание. Класс делится на три группы: уверенно плавающие идут в большую чашу с тренером, едва держащиеся на воде — в лягушатник, с другим тренером. Наконец, те, кто совсем не умеет плавать, делают упражнения в лягушатнике с учительницей. Меня спрашивают, куда направить Диму. Я киваю на большую чашу, он хорошо плавает. Тогда тренер предлагает ему продемонстрировать свои навыки. Класс наблюдает. Дима лихо переплывает лягушатник. И дети …зааплодировали. У Димы было такое потрясенное лицо… А у меня — ком в горле. Одноклассники его ПРИНЯЛИ. И с этого момента ребенок со всех ног бежал в школу и терпеть не мог выходные. Вначале это был даже слегка нездоровый, истерический восторг. «Ба, представляешь, тут каждый день что-то интересное!» Это было удивительно, дома в Питере Дима непрерывно болел и после четырех уроков чувствовал себя смертельно усталым.

В тот первый год мы прожили в Англии 12 недель. Проблема английского была решена: ребенок заговорил, научился читать, писать сочинения, и с тех пор слушает аудиокниги исключительно на английском языке. Но главное, он был абсолютно счастлив. И я, естественно, тоже. Впоследствии мы возвращались в Англию каждое лето на несколько недель. За это время Дима «закончил» начальную школу Mary Elton, три года учился в маленькой частной школе Downs School, а этой осенью поступил в Clifton College, большую школу в Бристоле, чтобы закончить среднее образование.

Все эти годы я старалась понять, почему у них школьники счастливы, а у нас… — сами знаете. И вот как мне представляется это сейчас.

Английская школа крайне прагматична. Как общественный институт она видит свою главную задачу в социализации и стремится вырастить высоконравственную личность, которая найдет свое место среди других людей. Каждому школа дает возможность получить знания в соответствии с желанием и способностями ребенка. В любом проспекте любой школы приоритеты расставлены в следующем порядке: духовное развитие (знание моральных и нравственных норм), социальные навыки (практика совместной деятельности). Знания оказываются на третьем месте.

Духовное воспитание основано на религии. В школах, где учился Дима, духовное развитие базируется на англиканской религии (ветвь христианства). В школу принимают всех вне зависимости от религиозной принадлежности. После поступления ученик обязан участвовать во всех мероприятиях. Не нравится — выбирайте другую школу.

Религиозное обучение начинается лет с пяти. Совсем маленьким детям рассказывают о Рождестве и просят нарисовать рисунки к библейским историям. Дима проходил тему «Что значит быть евреем». Он посмотрел фильм о еврейских праздниках, еде, одежде и т.п. Потом в классе этот фильм обсуждали и в группах по три человека делали проект – плакат с одноименным названием. Я тогда узнала много интересного для себя. Религиоведение остается обязательным до 16 лет, а потом может стать профильным предметом после успешной сдачи GCSE (аналога ГИА).

Кроме того, в школе регулярно, не реже раза в неделю, проходят собрания (assembly). Это духовное и социальное мероприятие одновременно. В начальной школе Mary Elton это выглядело так: ученики собираются в зале, усаживаются на пол. Assembly начинается с пения гимнов. Это может быть и детская песня, но она все равно — гимн. Торжественная мелодия объединяет, каждый чувствует себя частицей community. Только побывав на assembly, я поняла, зачем в школе нужно пение! Далее кто-нибудь из учителей произносит речь, похожую на проповедь. Отталкиваясь от какой-либо библейской истории, он объясняет, например, почему нужно быть честным.

В больших частных школах обычно есть церковь (Chapel). В старшей школе Clifton College каждый день начинается с короткой, 20-30 минут, службы. Школьники поют псалмы, произносят молитву. Когда были объявлены результаты выборов в США, Дима, вместе с остальными учениками, молился, чтобы Обама правильно руководил своей страной. Учить наизусть ничего не нужно. Все тексты лежат на скамье.

Приблизительно раз в месяц проходит большая воскресная служба. Приглашаются родители, и я могу описать, как это выглядит.

Ведет службу штатный школьный священник (Chaplain). После краткого вступления поет хор, потом глава школы (head of school, мальчик или девочка) с изумительной дикцией читает краткие отрывки из Библии, потом поют все. Центральным событием является проповедь. «Докладчиком» чаще всего является приглашенный спикер. В начале учебного года речь держал директор школы. Он говорил об экономическом кризисе в Европе, о двойственной роли денег в жизни общества, цитировал известных политиков, крупные газеты, а закончил советом при выборе профессии руководствоваться не только тем, сколько можно заработать.

В Англии воспитывают красиво, торжественно и убедительно. Опираясь на христианство, детям объясняют (внушают, промывают мозги, зомбируют — выберите глагол по вкусу), что такое хорошо и что такое плохо, почему нужно заботиться о ближних, зачем нужна совесть. Это вполне действенно. Сошлюсь на подругу: она как-то посоветовала своей дочери списать домашнее задание и получила в ответ: «Ты что, мама?! Это же нечестно!!!»

Я сама абсолютно невежественна в области религии. Мой отец был воинствующим атеистом. Профессия — химик, специалист в области молекулярной биологии, не располагает к вере в божественное. Когда несколько лет назад, во время первого визита в Clifton College, мне сказали о ежедневных утренних молитвах, признаюсь, я испытала СТРАХ. Наш сопровождающий, заметив мою реакцию, рассказал, как один родитель тоже сомневался по этому поводу, считая, что его ребенок должен посещать синагогу. Но потом, побывав на службе, он махнул рукой и сказал: «Пусть ходит».

Я тоже там побывала. Ежедневная служба вызывает у меня ассоциацию с линейками в пионерском лагере. Воскресная служба — с торжественной линейкой, на которой меня принимали в пионеры. Эти линейки вполне эффективно настраивали на борьбу за светлое будущее всего человечества. Теперь я готова сказать не просто «пусть ходит» на службу, но пусть обязательно ходит. Служба психотерапевтична, настраивает на то, чтобы счастливо и достойно прожить наступающий день.

Социальная жизнь органически дополняет систему духовного развития. Во-первых, в каждой школе существует развитая социальная структура. «Несущая конструкция» — это система хаусов. Каждый ребенок сразу становится членом хауса. Хаусы соревнуются друг с другом в спорте, устраивают дебаты. Работа хаусов очень подробно и точно описана в книгах о Гарри Поттере.

В английской школе все делается для того, чтобы расширить социальный опыт и количество контактов между детьми. В процессе учебы класс часто делят на сеты (продвинутую и базовую группы).

В начальной школе Mary Elton учителя работают парами (один берет математику, другой — английский). На математику приходит сильный сет из двух классов, в это время «медленная» группа из обоих классов занимается английским с другим учителем. Потом учителя меняются сетами. Так слабые ученики не мешают сильным и чувствуют себя комфортней. После обеда все возвращаются в свои классы и занимаются тем, что попроще, в «усредненном» социуме.

В старшей школе классы вообще исчезают — у каждого индивидуальное расписание. Диму это вначале поразило — приходишь на следующий урок, а там совсем другие люди! Но именно при такой организации легче найти друзей по интересам. Другой аспект социальной жизни — благотворительность нон-стоп. Помочь школе можно по-разному. Например, если покупаешь пару туфель в магазине Кларк, возьми купон и принеси в школу — в обмен на этот купон фирма заплатит школе некоторую (небольшую) сумму. На собранные купоны покупают, например, новые компьютеры.

Школа откликается на внешние события — после стихийного бедствия в Шри-Ланке на assembly детям рассказали о событии и предложили принести по 50 пенсов. Но это не все. Через несколько месяцев, тоже на assembly, директор рассказала, как использованы собранные школой средства, показала фотографии построенной на них лодки.
Дважды в год организуется благотворительная ярмарка. Одни родители приносят товары (у всех есть садики — поэтому много рассады), другие их продают. Организуются простенькие аттракционы и лотерея. Местный Теско привез тележку с мороженым. Муниципалитет присылает полицейскую и пожарную машину. В них можно залезть, подавить на кнопки. Все очень дешево, народу много. Вся выручка поступает в фонд школы. Это единственная форма «поборов». И никому в голову не приходит иначе собирать с родителей деньги на шторы (охрану, ремонт).

Самый замечательный школьный праздник, который я когда-либо видела, Speech Day, ежегодно проводится в последний день учебного года в Downs School.

В 11 часов он начался концертом свингового оркестра (swing band) прямо на улице. Вместе с детьми на барабане играла учительница французского. За ним проследовал музыкальный концерт в холле. Потом родители с детьми расположились на пикник прямо на школьной лужайке. Их развлекали вокалисты. Концерт прервало авиашоу. После ланча в театре давали спектакль, а в 16 часов, когда все устали, начались речи. Председатель наблюдательного совета (сам бывший ученик этой школы) подводил итоги года, благодарил преподавателей, уходящих на пенсию, вспоминал забавные истории из своего школьного прошлого, желал всем хороших каникул. В конце директор раздавал призы. Все закончилось пением школьного гимна.

Обучение наукам занимает третье место в системе школьных приоритетов. Главным предметом считается английский язык. Задача курса — научить детей пользоваться родным языком как инструментом коммуникации. Под этим англичане понимают вовсе не знание орфографии и синтаксиса, а умение выражать словами собственные мысли и чувства и понимать, что думают и чувствуют другие люди.

Поэтому на уроках «английской словесности» (именно так, языка и литературы как отдельных предметов не существует) сразу после изучения алфавита школьники пишут сочинения. Сначала про себя, про свою семью. Дима в семилетнем возрасте писал на уроке сказки. Учитель рассказывает, как построить сюжет, как описать героев и место действия, как сделать текст выразительным, какие бывают связки… Тексты для чтения (очень короткие, от пары абзацев до полутора страниц), во-первых, соответствуют возрасту, чаще всего это отрывки из современных детских книг, а во-вторых, подобраны так, чтобы показать, «как это сделано» с точки зрения структуры и лексики. Они служат образцами для сочинений. Другими словами, читают и анализируют тексты для того, чтобы научиться писать, а не для «усвоения культурных кодов».

Вот чему научился Дима. Дети в классе готовились писать таинственную сказку. В ней обязательно должно случиться что-нибудь непонятное. Диме на глаза попалась книжка д-ра Сьюза «Wocket in the Pocket». Я, честно сказать, вообще не понимала, о чем она. Что-то вроде «Паркан в карман», абракадабра, одним словом. И вдруг на Диму снизошло озарение. Весь следующий день напролет он писал. Получилась история длиной больше 100 слов о том, как он ночью бродил по дому и повсюду встречал странных существ, которых он назвал разными странными именами. Тут и меня осенило: «Wocket in the Pocket» – это про детские страхи. Дима объяснил словами, почему он боится темноты.

После историй дети учатся писать non-fiction — письма (убедительные, благодарственные, официальные и неофициальные), репортажи, статьи, инструкции.

Задания по directed writing требуют «пропустить исходный текст через себя». Например, дана статья о восхождении на Эверест, в котором погибла альпинистка. Требуется написать последнее письмо родителям от лица этой женщины. Или: дана реклама гостиницы на тропическом острове. Надо написать менеджеру жалобу и потребовать возврата денег. Или еще: дана реклама летнего лагеря. Нужно написать речь, обращенную к одноклассникам, и убедить их поехать в этот лагерь.

Чтобы выполнить такие задания, нужно хорошо читать. В Англии не тестируют технику чтения (количество слов в минуту). Там под чтением понимают reading comprehension: прочитав отрывок текста объемом 1-1,5 страницы, дети должны ответить на четыре группы вопросов: что сказано прямо, что подразумевается (лексика, интонация), сформулировать свое отношение к героям или событиям, а также предположить, что будет дальше. Вроде несложно, но над заданиями для четвертого класса я часто чесала в затылке, а иногда просто заглядывала в ответ.

Литературоведение (чтение и анализ целых произведений), составляющее главное содержание уроков литературы в России, в английской школе постепенно появляется только в 5-9-х классах. Однако объем текстов, обязательных к прочтению, во много раз меньше нашей программы по литературе. Эти разделы включаются в программу экзаменов продвинутого уровня, которые нужно сдать, чтобы выбрать гуманитарный профиль в старшей школе.

В пятом классе в течение целого летнего семестра в Downs School на уроках английского языка весь класс репетировал пьесу. Краткое содержание: ученый в замке создал клонов. Прослышали об этом жители соседней деревни. Они страшно возмутились и пожаловались полицейскому (видели что-то «ужа-а-сное»). Полицейский их выслушал и отправился в замок на переговоры. В результате ученый клонировал Элвиса Пресли, и все были счастливы. Эту нравоучительную пьесу написал учитель английского. Он же был звукооператором (в пьесе были десятки музыкальных эпизодов, практически каждый ребенок выходил к микрофону пропеть несколько строчек, Элвису Пресли родители аплодировали стоя). Сценическую речь, сценическое движение ставил учитель математики. В табеле тема семестра звучала так: слушание и говорение.

Родной язык глубоко интегрирован в изучение других предметов. На уроке математики в третьем классе проходили геометрические фигуры. Класс разделили на команды по два человека. Один получил картинку (например, грузовик), составленную из кругов, треугольников, квадратов и др. Другой член команды картинку не видел. Он стоял у доски и должен был нарисовать ее со слов партнера. Т.е. один должен словами объяснить, какие и как расположены фигуры, а другой должен это понять и сделать. Побеждает команда, которая наиболее точно и быстро выполнит задание.

На уроке истории в четвертом классе проходили мифы Древней Греции. Финальное задание — придумать собственный миф. Дима написал историю о том, как на Афины напали монстры с орлиными головами, человеческим телом, волчьими когтями и крыльями, как у летучих мышей, а Тезей спас город (с третьей попытки, как в русской сказке). В этой истории уже было больше 1000 слов.

Вот чего в Англии не делают, так это не кошмарят детей орфографией и синтаксисом.

Правописанию отводится процентов десять учебного времени. Английские дети не учат орфограммы, не подозревают, что слова в предложении могут быть связаны способом управления, примыкания или сочетания. В младших классах они, конечно, делают много ошибок, но учителя их за это не наказывают, просто исправляют. Постепенно приходит автоматизм. Английским детям не задают учить стихи наизусть или читать и пересказывать текст. Считается, что такая деятельность, конечно, улучшает память, но никак не способствует развитию речи. Думать учит постоянная необходимость выражать словами собственные мысли.

Обучение родному языку заканчивается в 16 лет сдачей GCSE (аналог нашего ГИА). Этот экзамен определяет дальнейшее образование. Сдавать можно базовый или продвинутый (плюс литература) курс. Дальше следует профильное обучение. Чтобы получить право на гуманитарный профиль и претендовать в будущем на поступление в гуманитарный университет, нужно сдать продвинутый курс не менее, чем на четверку. Успешная сдача на базовом уровне ограничивает выбор техническими дисциплинами. Экзамен проваливают более 30% учащихся. Их больше не мучают науками, они остаются в школе, но обучаются рабочим профессиям.

Сурово, на наш российский взгляд. Но вот что рассказала мне моя подруга.

Однажды учительница ее 10-летней дочки попросила помочь тестировать чтение в классе. Оказалось, одна девочка не умеет читать. Моя подруга с советским задором была намерена организовать ей дополнительные занятия… А учительница в ответ: «Не надо. Обществу нужны разные люди. Эта девочка не хочет и не может учиться». И учительница была права. Прошло 20 лет. Эта девочка не сдала ни одного экзамена GCSE и сейчас работает в доме престарелых. Она добрая и веселая. Англичане живут до 90 лет, в последние годы им нужен уход, как младенцам. Труд этой женщины очень востребован.

Слабая успеваемость не делает ребенка изгоем. Наоборот, им всем постоянно твердят, что быть самим собой – хорошо и правильно. Одна совсем не блещущая интеллектом девчушка лет 8 мне как-то объясняла: «Когда меня спрашивают, я просто не знаю, что ответить». И что, надо ее сделать невротиком из-за неспособности к наукам?

Стандарт старшей школы

Успешно сдавшие экзамены продолжают обучение на А-level и готовятся к поступлению в университет. Дима выбрал естественные науки. У него по 7-8 уроков математики, физики, химии и биологии в неделю. По этим предметам раз в три недели выставляются оценки. Внеклассная деятельность является обязательной, но не оценивается. Сюда входят три спортивные тренировки в неделю. В этом семестре Дима выбрал плавание, в следующих семестрах надо будет выбрать что-нибудь другое (кросс, хоккей, регби, крикет). Раз в неделю бывает начальная военная подготовка (CCF –Combined Cadet Force). На выбор — пехота (можно пострелять), морское дело (в конце – поход на шлюпках) или авиация (на школьную площадку прилетает вертолет, прикольно). Дима не стремится к военной карьере, он предпочел «альтернативную службу» – раз в неделю развлекает стариков в доме престарелых.

Расписание составлено так, что хватает времени на работу над курсовиками. В этом семестре их два, исследовательский проект по физике и реферат по биологии, каждый объемом около 5000 слов. Нагрузка немаленькая, но и не запредельная. К экзаменам можно подготовиться без репетиторов.

Заключение

Наш Минобр уже много лет колотится, чтобы приблизить нашу школу к английской модели. Своих собственных детей многие чиновники отправили в Англию уже давно. Но вот парадокс, общество, проклиная их за это, яростно сопротивляется реформам. Думаю, что от страха. Всех нынешнее состояние дел не устраивает, но представить, какой мы хотим видеть школу, большинство не в состоянии. Зарубили с перепугу очень неплохой (в качестве первого шага) стандарт старшей школы. В итоге приняли другой вариант, который, на самом деле, намного хуже.

Де-факто на новый стандарт уже перешли родители, которые перевели детей на домашнее обучение в выпускных классах, взяв на себя оплату репетиторов. Знакомая учительница истории недавно рассказывала: история в ее матклассе престижной питерской гимназии нужна троим, остальные просто балбесничают. И знаете, что она решила? Закончить программу к Новому году, всех отпустить и заниматься только с этими троими. Но этих троих никто не отпустит с математики, поэтому без репетиторов им ЕГЭ по истории с двумя уроками в неделю все равно не сдать на приличный балл. Сохранение нынешнего положения дел устраивает только репетиторов.

Еще одно неожиданное наблюдение. Этой весной я случайно оказалась на дне открытых дверей в Санкт-Петербургском суворовском училище. Повторю, абсолютно случайно. Раньше я думала, что там курсанты маршируют на плаце с утра до вечера. Это было последнее место, куда мне хотелось бы отдать внука. Так вот, к моему великому изумлению, училище оказалось очень похоже на частную английскую школу. Руководители и не скрывали, что ездили учиться в Итон. Главное сходство – мощный воспитательный блок, в училище даже церковь есть. Вполне традиционной конфессии, и никакого выбора из шести модулей не предоставляется. Штатного священника я не заметила, но есть большой штат воспитателей. Понравились дети — те старшеклассники, с которыми удалось перекинуться словом, хорошо говорят и знают, к чему стремятся. Далеко не все мечтают о военной карьере.

Сдвиги к лучшему уже происходят, и дело пойдет быстрее, когда разум и здравый смысл преодолеют страх. У меня еще есть внуки, и отправлять их в далекий интернат не хочется.

От редакции

«Газета.Ru» приглашает принять участие в новой рубрике о зарубежном образовании. Если вы учитесь или учились за границей и хотите рассказать о своем опыте, сравнить его с обучением в России, поделиться советами с теми, кто только задумывается о поступлении в иностранное учебное заведение, пожалуйста, свяжитесь с нами.

Также мы приглашаем принять участие в рубрике тех, кто преподает или преподавал в иностранных вузах. Их взгляд на зарубежное образование нам тоже очень интересен.

Если у вас есть уже готовая история о вашей учебе или преподавании за границей, вы можете прислать ее через форму «Поделитесь личным опытом» (находится вверху справа), указав свое имя и контактные данные (они могут понадобиться, чтобы уточнить вопросы, связанные с присланным текстом).

Обсудить вопросы, связанные с участием в рубрике, можно, написав нам письмо на адрес appl@gazeta.ru.

С уважением,
редакция «Газеты.Ru»