Пенсионный советник
Онлайн-интервью

«Гей-парада в Москве не будет»

Онлайн-интервью с главой департамента региональной безопасности Москвы Алексеем Майоровым

__is_photorep_included10193123: 1
В редакции «Газеты.Ru» завершилось онлайн-интервью с главой департамента региональной безопасности и противодействия коррупции Москвы Алексеем Майоровым. Он рассказал о том, какие районы города можно считать самыми безопасными, какие преступления совершаются в столице чаще всего, что делается в Москве для защиты от терактов и как борются с коррупцией среди чиновников. Полная расшифровка интервью появится в ближайшее время.
Вопросы с ответами
Все вопросы читателей «Газеты.Ru»
Начало трансляции: 14 сентября 2016 в 12:00
Газета.Ru

— Добрый день. У нас в гостях в «Газете.Ру» на онлайн-интервью глава департамента региональной безопасности и борьбы с коррупцией Алексей Майоров. Алексей Валентинович, здравствуйте.

— Добрый день.

Влад

— Как будет организована безопасность на Московском центральном кольце? Сейчас на ряде станций нет вообще никаких пунктов досмотра и рамок. Почему этого не было сделано до открытия кольца?

— Московское центральное кольцо — один из крупнейших объектов в городе. Движение на этом объекте регулируется структурой РЖД, а обеспечением безопасности занимается Управление МВД по Центральному федеральному округу на транспорте. Все работы скоординированы между городскими и федеральными структурами.

— Досмотровая техника и другие системы обеспечения безопасности, естественно, на объектах МЦК появится. Какие-то вещи, например система видеонаблюдения, уже фактически развернуты, какие-то ждут полного запуска МЦК, там же не все станции еще введены в эксплуатацию. Сегодня система безопасности во многом еще отлажена в ручном режиме. Но к концу года все эти элементы обеспечения безопасности появятся и будут связаны в единую систему.

Газета.Ru

— А есть ли техническая возможность делать более удобные, эстетически приятные и не такие страшные с психологической точки зрения рамки в метро?

— Конструктивные особенности у рамок бывают совершенно разные, в случае с метрополитеном подрядчик выбрал в ходе разыгранных конкурсов ту архитектуру рамок, что есть сейчас. С ней и работаем. Лично я считаю, что система безопасности должна быть не только надежной, но и комфортной. Поэтому все предложения граждан по совершенствованию системы безопасности в метро, по расположению досмотровых зон, даже внешнему виду рамок мы готовы принимать и учитывать. Мы так же, как и все, хотим, чтобы рамки не только обеспечивали безопасность, но и не создавали дополнительных проблем гражданам, которые через них проходят.

— У любых технических средств есть срок эксплуатации и модернизации. Срок основных технических средств — пять лет. К следующей закупке и модернизации технических средств безопасности и в пределах выделенного бюджета мы обязательно учтем в том числе и пожелания граждан насчет внешнего вида тех же рамок.

— Но дело не ограничивается одними рамками или зонами досмотра. Система безопасности более многоуровневая, многосторонняя. В том числе и система видеонаблюдения, которая имеет определенные функции: распознавание лиц, обнаружение людей там, где присутствие посторонних людей нецелесообразно.

Вика

— Для чего закупали аппараты для просвечивания сумок в метро, если они не работают? К примеру, по моей памяти, рентгены на станции «Китай-город» стояли упакованными в течение двух лет точно, ни разу не видела, чтобы они работали. К чему такая трата средств, если их запускают, очевидно, по исключительным поводам?

— Также интересно, как организована безопасность в метрополитене с учетом этой дополнительной проверки. На ваш взгляд, не создают ли рентгены дополнительные очереди на входе в метро и, соответственно, дополнительную возможность для терактов?

— Если вы заметили, у нас в последнее время все новые станции фактически сразу оборудуются досмотровым оборудованием. Раньше между строительством станции и появлением на ней досмотрового оборудования мог быть большой перерыв.

— Что касается того, что на отдельных станциях долго стояло неиспользовавшееся оборудование. Действительно, тут мы сыграли на опережение. Дело в том, что у службы безопасности метрополитена была возможность сразу закупить необходимое оборудование впрок, пока на это были средства. Мы представляли, на каких станциях, в какие сроки и чьими силами это оборудование должно быть установлено в рамках программы по обеспечению безопасности в метро. И оборудование подключалось в свои сроки, хотя фактически могло быть поставлено ранее, в рамках массовой закупки.

— Если говорить о метрополитене как транспортном объекте, то он уникален. Ни в аэропортах, ни на железнодорожных вокзалах нет такого потока людей. К тому же там он в большей или меньшей степени регламентирован теми билетами, которые люди покупают, — на рейсы, на поезда. Здесь люди идут живым потоком.

— Мы внимательно изучили технические средства, которые существуют в мире, и выяснили, что универсальных средств, которые и безопасность обеспечивают, и с потоком работают, и при этом ни капли не мешают пассажиропотоку, пока в мире, к сожалению, не существует. Подходить к каждому пассажиру и проверять его в московском метро нереально, мы сразу организуем миллионную очередь. Поэтому сейчас выстроена такая система: с момента входа человека в метро он попадает под наблюдение лиц, которые отвечают за безопасность, и они уже оценивают входящих с точки зрения тех проблем, которые они могут создать организации движения или пассажирам. Контроль выборочный, этому учат на специальных занятиях. Интенсивность работы досмотровых структур увеличивается, в зависимости от вводных, которые мы получаем от правоохранительных органов. Разные режимы досмотровых служб в будние, выходные или праздничные дни. В зависимости от информации мы можем сосредоточиться на конкретных объектах или на конкретных задачах по всему городу. В метрополитене система безопасности нацелена на приоритетный досмотр тех пассажиров и объектов, которые могут представлять угрозу именно на этом виде транспорта или в отношении которых у нас возникают определенные подозрения.

Газета.Ru

— Но «Китай-город» находится в центре, там большой пассажиропоток, и подключить систему досмотра багажа там стоило в первую очередь...

— Понимаете, у нас нет основных и второстепенных станций. Есть станции с бóльшим пассажиропотоком, с меньшим пассажиропотоком. Вообще эту систему мы отрабатывали на «Площади Революции» в течение четырех или пяти лет. Смотрели на алгоритм, где стоят рамки, где должен стоять интероскоп, чтобы и функционально было, и пассажиропоток не закрывало. Кроме того, у нас есть требования по эвакуации в случае чрезвычайных ситуаций, это также надо учитывать. Нужно было увязывать очень много различного рода технических и организационных вопросов.

— Думаю, что мы какую-то золотую середину в том, что касается обеспечения безопасности метрополитена, нашли. И результат есть: СМИ, периодически освещая эту тему, видят, что изымаются различного рода образцы холодного или травматического оружия, боеприпасы, какие-то строительные принадлежности в виде топоров, ледорубов или что-нибудь такое, что ограничено для проноса.

Газета.Ru

— Может, человек хотел заняться столярным делом?

— Ну мало ли что по различным причинам люди с собой носят. Может, купил где-то топор да решил провезти. Но это является предметом повышенной опасности, а у нас есть определенные правила провоза багажа и грузов в метрополитене. Задача служб безопасности — отслеживать, чтобы вещи, создающие угрозу жизни и здоровью окружающих, в метрополитене не провозились.

Ирина

— Что реально сделано для того, чтобы у нас в Москве не повторились теракты как в Париже или Ницце? Такое ощущение, что понаставили рамок и все, они даже не работают.

— Судя по вопросу, человек хотя бы визуально все же оценил, что меры мы все-таки предпринимаем. Но система, как я уже говорил, многогранная. Какие-то элементы более заметны, например установка досмотрового оборудования в виде рамок, интероскопов, каких-то других технических средств персонального досмотра каждого гражданина. Это у нас есть и в постоянном режиме, и в период проведения массовых мероприятий. Какие-то элементы не так заметны, например система видеонаблюдения и мониторинга мест массового пребывания людей. Кстати, эти системы в последнее время активно развиваются. Например, сейчас у нас идет работа с крупными торговыми центрами по их оснащению видеокамерами, по организации там системы безопасности с соответствующими техническими средствами.

— Кроме того, мы учим персонал этих ТЦ самостоятельно выявлять признаки угрозы жизни и здоровью людей, правильно реагировать. Это обучение проходят и охранники, и администраторы, и те, кто занимается логистикой, — они должны знать, что и откуда им приходит, насколько это все безопасно. Еще один важный момент — люди должны знать, как действовать, кому звонить, если что-то произошло. Поэтому во многих торговых центрах помимо телефонов 01, 02, 03 знают и телефоны конкретных служб, ответственных за этот объект.

Газета.Ru

— С торговыми центрами ясно, а что за их пределами? Что город делает, чтобы не повторить французский печальный опыт?

— У нас и самих такой печальный опыт, к сожалению, имеется. Человек приходит на массовое мероприятие и видит, что оно не ограничивается только рамками, безопасность — это комплексная работа. Это, в частности, зонирование территории, создание естественных препятствий прорыва какой-то техники в места массового скопления людей. Мы, конечно, ставим указатель, что в переулки рядом с массовым мероприятием ездить нельзя, но понимаем, что если у преступника есть намерения повторить теракт в Ницце, то легковой автомобиль его не остановит. Поэтому мы выставляем в близлежащих переулках, которые ведут к месту массового пребывания людей, большегрузную технику.

— Это только один из элементов. Проводится большая подготовительная работа, осмотр всех помещений, в том числе специалистами по взрывотехнике. осмотр близлежащих домов, инструктаж тех лиц, которые будут отвечать за обеспечение порядка, работа с активом в местах проведения этих мероприятий. Ну и так далее.

Газета.Ru

— Насколько работе органов безопасности помогает система видеонаблюдения? В основном там такое качество картинки, что ни лиц не разглядеть, ни номеров машины...

— Система видеонаблюдения в городе последние пять лет развивается и действует очень эффективно. Она активно используется всеми правоохранительными органами и спецслужбами в своей работе, а также в администрировании некоторых правонарушений, например в случае превышения скорости, выезда на встречную полосу и так далее.

— Но это используют не только правоохранительные органы. Хозяйственные структуры смотрят за своевременной уборкой улиц, вывозом мусора, исправностью конструкций на детских или спортивных площадках. С помощью системы видеонаблюдения следим за содержанием дорог, выполняем многие другие функции. И «письма счастья» высылаются не только водителям, но и тем, кто отвечает за содержание тех или иных объектов инфраструктуры — дорог, бордюров, газонов, детских и спортивных площадок.

Газета.Ru

— Еще один вопрос про массовые мероприятия. Этим летом в Москве отменили несколько крупных фестивалей, в частности Outline. Причины до сих пор очень противоречивые, от несоблюдения правил пожарной безопасности до боязни мэрии большого скопления молодежи на неподконтрольных городу площадках в рамках условного Дня города. Что скажете по этому поводу?

— Не думаю, что тут может идти речь о какой-то боязни. Просто у определенной группы лиц на тот момент было незнание всех требований к поведению массовых мероприятий. Если человек заказал артистов, поставил сцену, продал билеты на определенную территорию и думает, что все его функции по проведению мероприятия на этом закончились, то он глубоко ошибается.

— Если он внимательно посмотрит все требования по организации и проведению мероприятия, на организатора возлагаются все функции, в том числе и по обеспечению его безопасности со всех сторон. Он должен заключить соответствующий договор со структурами, которые будут обеспечивать безопасность, порядок, досмотровые мероприятия. Он должен выполнить требования пожарной безопасности. И не только по системе определения и тушения возгорания, но и по качеству тех конструкций, которые он устанавливает, чтобы при небольшом порыве ветра они не обрушились на людей. Если какой-то из пунктов организатор не выполняет, ни одна структура, которая осуществляет контрольно-надзорные функции и деятельность которой связана с жизнью и здоровьем людей, не возьмет на себя ответственность за то, что могут погибнуть люди. Конечно, проще всего сказать: вот, мэрия не хочет этого события, боится, что люди придут. Мэрия не боится, что люди придут. Мэрия боится из-за того, что люди, которые проводят мероприятия, некомпетентны в проведении этих всех мероприятий.

— Если в прошлом году организаторы выполнили все требования, то и претензий к ним не возникало. Когда мэрия организовывает что-то, ей тоже приходится все правила соблюдать, точно так же проходить все проверки Роспотребнадзора, Ростехнадзора, пожарного надзора. И если нам говорят, что мы не предусмотрели путей эвакуации, то мы переставляем конструкции так, чтобы эти пути эвакуации появились.

— Более того, у мэрии большой опыт проведения различного рода мероприятий, и мы его не скрываем, напротив, всегда готовы дать консультацию, помочь организовать мероприятие так, чтобы оно прошло все согласования с контролирующими и надзорными ведомствами. Обращались ли организаторы Outline в этом году к нам за такой консультацией, сейчас не скажу. У нас очень много обращений по самым различным вопросам. Но в любом случае, если у организаторов этих мероприятий есть какие-то проблемы по организации, мы готовы с ними встретиться и все обсудить.

Евгений Владимирович

— Уважаемый Алексей! У меня вопрос по преступности. Как вы считаете, за последние три года преступность у нас выросла или уменьшилась? Каких видов преступлений стало больше, а каких меньше? Есть ли новые способы мошенничества, о которых стоит знать всем?

— За последние три года удалось локализовать и снизить количество краж из квартир, краж автотранспорта, угонов автотранспорта, грабежей, разбоев, убийств, изнасилований — то есть тех социально значимых преступлений, которые постоянно на слуху. По отдельным видам преступлений идет снижение на 10–15%. Но если мы посмотрим на общую статистику преступлений, она имеет небольшую тенденцию к росту. По Москве это 5% за прошлый год, меньше, чем в целом по стране. Основной рост идет за счет мошенничества. Сегодня это одно из самых распространенных и массовых преступлений в городе.

— Мошенничество бывает разных видов, это не только стучаться в дверь к бабушке. В последнее время резко вырос процент мошенничеств в кредитно-банковской сфере, с помощью электронных дистанционных средств общения. Простых мер профилактики тут уже, к сожалению, недостаточно, нужна серьезная межрегиональная работа специалистов.

— Мошенники работают прежде всего с пожилыми людьми, с помощью звонков и электронных сообщений, связанных с вопросами, например, здоровья, социального обеспечения, всего, что сильнее остального всех волнует. Причем преступники следят за обстановкой в стране, повесткой дня, а не только продают псевдолекарственные средства или «оздоровляющие» чудо-приборы. Например, было 70-летие Победы — мошенники работали под видом социальных работников. Идет система модернизации здравоохранения и распространения электронных услуг — они представляются работниками сферы здравоохранения. Эти люди четко понимают социальную группу, с которой имеют дело, и умеют надавить на нужные точки.

— Поэтому профилактика остается, но в последнее время она видоизменилась. Созданы специальные группы, которые вырабатывают методику расследования преступлений, совершенных электронными дистанционными способами. Но, в отличие от традиционных методик, тут нельзя выехать на место преступления, зафиксировать следы. И тем не менее работа идет. Например, недавно как раз с помощью этой разработанной методики были выявлены группы мошенников из Ростовской и Ленинградской областей. Они работали по Московскому региону и дистанционно, с помощью интернета и телефонов.

Газета.Ru

— Учитывая, что мошенники изобретают новые методы, что можно посоветовать, например, бабушкам и дедушкам?

— При любых встречах с якобы социальными работниками пожилым людям необходимо дать четкую установку, чтобы они не общались на тему денег. По любым вопросам надо перезванивать по тем телефонам соцработников, которые они знают, или обращаться в организацию, откуда якобы пришел человек: поликлинику, собес и так далее.

— Лучше лишний раз перепроверить, посоветоваться с родственниками, с друзьями, обсудить все, прежде чем принимать какие-то шаги, потому что преступник всегда требует принятия мгновенного решения, пока человек не сорвался с диалога. В общем, не теряйте бдительности и объясните это близким.

Илья Градин

— Долгое время лидирующее место среди преступников в Москве занимали мигранты. Но из-за новых миграционных правил, экономической ситуации и других факторов мигрантов в России вроде бы стало меньше. Скажите, пожалуйста, изменилась ли ситуация с преступностью? Какой там сейчас национальный состав? И какими видами преступлений чаще всего промышляют мигранты? Спасибо!

— Количество преступлений, совершенных мигрантами в Москве, никогда не было превалирующим. По крайней мере, за последние пять лет. Среди раскрытых преступлений, совершенных иностранцами и иногородними, мигрантами совершалось 30%. А если смотреть вообще все преступления в Москве, то иностранцы и иногородние совершают 45–50%, то есть половина преступлений совершается москвичами, а половина примерно — приезжими из других городов России и из-за рубежа. Это не обязательно рабочие мигранты, это могут быть и туристы, и учащиеся, и транзитники. Так вот, сегодня долю преступлений, совершенных иностранцами, удалось снизить до 14%. Остальное — москвичи и россияне из других городов.

— За последние два года мы выстроили систему адресного контроля за иностранными гражданами. Следим не только за тем, где человек находится, но и за тем, насколько формальная цель его пребывания соответствует реальности. Если человек работает, то он должен платить соответствующий налог. Это надо не только нам, чтобы социальные гарантии этому человеку не оплачивали граждане Российской федерации, но и самим иностранцам, чтобы они в принципе могли этими социальными гарантиями и услугами по поддержанию здоровья воспользоваться.

Газета.Ru

— Вы сказали, что два года назад была выстроена такая особая система контроля мигрантов. С чем это связано?

— Последние два года у нас новое законодательство по пребыванию и учету иностранных граждан, особенно по трудовым мигрантам. Мы ввели дактилоскопию, создали специальные миграционные центры, где можно получить определенный перечень услуг, выйти из тени и заниматься легальными делами.

— Мы по-прежнему отслеживаем на постоянной основе ресурсы, которые за деньги оказывают услуги по предоставлению гражданства, патента, медицинской книжки — естественно, это все нелегально. Мы все эти адреса-телефоны собираем и еженедельно отправляем правоохранительным органам, которые, в свою очередь, проводят профилактические мероприятия. Хочу сказать, что два года назад, когда мы открывали миграционный центр в Сахарово, поддельных медицинских документов или бумаг о якобы знании мигрантом русского языка выявлялось до 15–20% от всех документов. А сегодня это единичные случаи.

Газета.Ru

— Какие дальнейшие шаги Москвы в сфере миграционной политики?

— В этой сфере еще многое предстоит сделать. Мы с вами сказали о тех мигрантах, которые должны встать на соответствующий учет, получить патент. Но у нас есть большая категория граждан, которые имеют право работать без патента. Это, в частности, люди из стран, которые входят в Единый таможенный союз. И нам очень важно также понимать, где эти люди находятся, чем занимаются, потому что бизнес очень четко среагировал на снятие ограничений на трудовую деятельность для них и стал ориентироваться на этих граждан, принимать их на работу, считая, что раз патент не нужен, то можно вообще ничего для сотрудников не делать.

— Проверки показали, что не всегда эти граждане, например работающие в сфере торговли и услуг, имеют соответствующее медицинское сопровождение. Не всегда работодатели ставят их на соответствующий учет по уплате налогов. И тому подобное. Здесь требуется серьезная работа, мы ее ведем и, думаю, к концу года выработаем конкретные предложения на московском и федеральном уровнях.

— Это прежде всего законодательные инструменты и упорядочивание процессов по прохождению тех или иных услуг. Для мигрантов, которым требуются патенты, все уже сделано, они могут оформить весь комплект документов в специализированном центре в Новой Москве. А для приезжих из стран – участников Таможенного союза, например из Казахстана или Киргизии, такой опции пока нет. У них выбор: либо самостоятельно идти в налоговую, сдавать отчеты, заполнять несколько десятков бумаг, либо обращаться к фирмам, предоставляющим такие услуги нелегально. А нам надо сделать так, чтобы люди, которым патент не нужен, могли бы так же легко получить все документы, как и мигранты, для которых патент обязателен. Когда эту систему получится реализовать, собираемость налогов из многих сфер повысится, прозрачности в этой сфере станет больше, да и работодатели, думаю, поймут свою выгоду в том, чтобы оформлять своих работников по закону.

Владимир Дуров

— Как, по вашему мнению, изменилась реальная безопасность московских районов и соответствует ли репутация условного Коптево действительности? Где сейчас безопаснее жить и куда безопаснее приезжать — в центр или в спальные районы?

— Сегодня я вам не назову самый криминогенный или самый безопасный район Москвы, в этом плане столица очень ровный по критерию безопасности город. У нас нет таких криминогенных районов, куда я бы не рекомендовал кому-то идти. В зависимости от того или иного вида преступлений у нас есть определенные приоритеты профилактической работы. Например, если в районе есть крупные торговые центры, то мы вместе с правоохранительными органами и теми структурами, которые отвечают за безопасность, выстраиваемся против краж в общественных местах. И подключаемся к их камерам внешнего видеонаблюдения. Если есть места с транспортно-пересадочными узлами, то мы сосредотачиваем усилия против краж и угона автотранспорта.

— Есть и другие меры по локализации преступности. Например, может быть изменен маршрут патрулирования нарядов и дружинников, это также и технические способы, скажем, благоустройство путей прохода граждан в вечернее время от платформ электричек, станций метро, освещение дороги через МКАД от крупных торговых центров до жилых домов. Это может быть и вопрос, а ходят ли автобусы в этом страшном районе и когда они прекращают ходить. Также это контроль и профилактическая работа с той категорией людей, которая использует подъезды, детские и спортивные площадки для распития алкоголя и употребления разных веществ.

— В любом дворе есть люди, которые ищут, как приложить свои усилия, кому адресовать свои жалобы. И мы встречаемся с этими людьми, обсуждаем проблемы, которые волнуют их в их дворе, в их подъезде. Прежде всего, это работа участковых уполномоченных, народных дружинников, помощников участковых, руководителей опорных пунктов правопорядка в районах.

Газета.Ru

— Хватает ли людей на все эти мероприятия?

— В Москве самый большой по населению район — Марьино, на втором месте — Южное Бутово. Марьино обслуживает целых два отделения полиции, Южное Бутово — один, хотя там есть один микрорайон, где 47 тысяч человек живут. И мы там открыли такой своего рода филиал, потому что до основного отделения многим надо ехать по пробкам, через МКАД или Варшавское шоссе. В этом опорном пункте находятся участковые уполномоченные, представитель по делам несовершеннолетних, оперативный уполномоченный, штаб дружины. Мы дали им возможность дистанционной работы с системой видеонаблюдения. И организовываем там систему навигации, чтобы люди знали, куда идти в случае чего.

— Система «полицейской» навигации появится в Москве до конца года. Она особенно важна для преступлений, где время играет решающую роль: в случае грабежей, разбоя. По горячим следам, при помощи системы видеонаблюдения преступника можно задержать в течение трех-четырех часов. Но для этого человек, у которого отобрали, допустим, телефон, должен знать, куда бежать.

— Систему навигации мы решили сделать по просьбе правоохранительных органов. У нас есть указатели, где находится тот или иной отдел ГИБДД, и вот с отделениями полиции мы решили сделать такую же систему. Кроме того, мы периодически во всех подъездах вывешиваем объявления с контактными телефонами участковых уполномоченных, и они сами обходят квартиры, оставляют свои визитки с мобильными номерами. Эти служебные номера решено было выделять по решению МВД, разговоры по ним оплачиваются ведомством.

Газета.Ru

— То есть с точки зрения полицейской статистики все в Москве стало лучше. А с точки зрения восприятия москвичами города?

— Мы регулярно проводим опросы граждан в рамках еженедельного обследования каждого района города. Есть задача: опросить не менее ста человек различных групп, причем они должны быть в разном статусе — живут ли они в этом районе или в гости приехали. И в зависимости от результатов опросов мы выстраиваем рейтинги районов. Главный рейтинг — это по степени доверия к правоохранительным органам, к органам исполнительной власти и по тому, насколько безопасной воспринимается окружающая среда.

— Как выяснилось, среда воспринимается как более безопасная, если там есть система видеонаблюдения. Кстати, система видеонаблюдения в подъездах нам дала очень серьезное снижение краж из квартир.

— Помимо прочего влияют на восприятие безопасности района кодовые замки и присутствие представителей правоохранительных органов, включая дружинников на общественных началах, например, на детских площадках. Исходя из этого мы даем, к примеру, такие рекомендации патрульно-постовой службе: чтобы полиция не просто проезжала по двору, а подходила к бабушкам или мамам с детьми на площадках, спрашивала, все ли хорошо, узнавала, какие есть вопросы. На спортивной площадке — с ребятами пообщалась. То есть как бы обозначали свое присутствие, потому что это создает внутреннюю уверенность у человека, что он в безопасности, он защищен, а полиция отреагирует не только тогда, когда уже что-то страшное случилось.

Газета.Ru

— Краж стало меньше, а каких преступлений в жилых домах стало больше?

— Есть такая статья УК РФ №322, это организация незаконной миграции. Когда у себя на жилплощади вы можете зарегистрировать 50 человек, которые, ясно дело, фактически там жить не будут. И четыре года назад по этой статье было возбуждено ноль уголовных дел. В последнее же время подобных дел сотни. Эти преступления совершают и ассимилировавшиеся мигранты, и просто люди, желающие легко заработать. Это серьезная проблема «резиновых квартир», но мы активно с ней боремся. Например, через портал «Наш город» можно обратиться, сказать адрес, и уже уполномоченные структуры на сигнал реагируют и проводят проверку.

Газета.Ru

— А более тяжких преступлений, например грабежей, стало больше или меньше?

— Грабежи и разбои очень тесно связаны с наркопреступлениями: люди идут на это, поскольку не имеют средств на наркотики. Работа с данной категорией у нас тоже очень активно ведется. Во-первых, мы выявляем наркопритоны. Два года назад мы мобилизовали все свои силы и средства, чтобы сбить волну спайсов. Выявляли телефоны, оперативно передавали правоохранительным органам, закрашивали и затирали эти надписи везде где только можно — делали все, чтобы убрать эти данные из информационного пространства. Отрабатывали все точки, где искали «закладки», киоски, где спайсы продавали под видом солей для ванны или курительного табака.

— Кроме того, мы изменили законодательство в плане сроков выявления и фиксации этого правонарушения. Раньше надо было вещество изъять, отдать на экспертизу и только после этого внести в реестр запрещенных веществ. На все это уходило в лучшем случае три месяца, а то и полгода-год. Уже формула этого вещества успевала поменяться, название. Но было принято решение: сначала вещество изымали и запрещали полностью, а потом уже смотрели что там. Можно было и открыть его распространение обратно, если оно оказывалось безвредным, но я ни одного такого прецедента не знаю.

Газета.Ru

— Как повлияла на вашу работу реформа МВД, упразднение ФСКН и ФМС?

— Одна из моих должностных обязанностей — это координация деятельности правоохранительных органов с органами исполнительной власти. С учетом того что количество субъектов взаимодействия у нас сократилось, а задачи остались те же, работать стало проще. Главное, что мы выстроили нормальную систему, сохранили положительные наработки по линии миграционного законодательства и по линии борьбы с наркотиками.

— Больше всего меня волновал такой момент. После того как функции ФМС и ФСКН перешли полиции, оперативная составляющая должна укрепиться, а профилактика сохраниться. Но это довольно сложно делать, когда ведомство больше волнуют конкретные результаты по борьбе с преступностью. Отмечу, что нам удалось достичь полного понимания с руководством Главного управления МВД по Москве и профилактические функции сохранились, при этом дополнительной нагрузки на участковых уполномоченных, чего я опасался сильнее всего, не легло. Ни одна комиссия по профилактике тех правонарушений, которые касались миграционной службы и службы наркоконтроля, у нас не сокращена. Более того, имевшиеся направления получили новый импульс, потому что стали приходить новые люди с новыми задачами и новыми вариантами решения этих проблем.

— У участковых и без этих дополнительных функций множество задач, спектр их деятельности очень большой. Но в то же время и без их сигналов, например, о наркотиках мы обойтись не можем. Кто, как не они, способен выявить квартиру, которую превратили в наркопритон? Кто заметит надписи о распространении тех же спайсов? Но участковым главное дать сигнал, а дальше уже будут узконаправленные специалисты разбираться либо по криминальной части, либо по профилактической.

Елена Николаева

— Что вы можете сказать о противодействии нелегальному игорному бизнесу в столице? Удалось ли победить подпольные казино? Изобретают ли правонарушители новые способы обойти законодательство и какие?

— Сегодня можно с уверенностью сказать, что если в Москве и есть казино, то только подпольные. Никаких броских вывесок, даже под видом легальных лотерей, не осталось. Сейчас это бизнес за десятью запорами, для определенного круга лиц, со сложной системой конспирации и всякими ухищрениями. Собственно, это и была одна из наших основных задач — чтобы чисто визуально из города убрать такие вещи. То есть, чтобы найти такой клуб подпольный, надо очень-очень сильно постараться и захотеть этого.

— Но просто убрать игорный бизнес в подполье нельзя, с ним надо максимально бороться, хотя полностью его победить, конечно, не удастся. Как и любой вид преступления, в той или иной мере он будет присутствовать в городе. Наша задача — создать условия, когда это максимально невыгодно, сократить масштабы, а в идеале — свести все к нулю. Поэтому оперативные органы очень эффективно выявляют подобные заведения, это происходит регулярно, ни одна сводка без подобных новостей не обходится. Очень большую помощь тут оказывают граждане, которые, например, замечают, что в подвал зачастили какие-то подозрительные личности или квартира соседская стала пользоваться внезапной популярностью у определенной группы лиц.

Газета.Ru

— Какой статус у всяких онлайн-казино, которые сейчас активно рекламируются на разных интернет-порталах и сервисах? Это вообще считается за казино? Или они как-то хитро зарегистрированы там, где можно?

— «Однорукие бандиты» с крутящимися вишенками, черепашками сегодня ушли, в основном в интернет. И для выявления этих преступлений — а статус у онлайн-казино нелегальный — уже есть определенный набор оперативных средств, с помощью которых эти виртуальные игровые клубы можно закрыть.

— Конечно, организаторы онлайн-казино пытаются выдать это за розыгрыш лотереи, но это и в так называемых букмекерских конторах встречается. Бывает, что смотришь условия лотереи и поражаешься фантазии людей и богатству русского языка. В частности, предлагается делать ставки не на реальные события, а, например, на определенное расположение фишек, которые в автоматах крутятся. Но у лотереи есть свои, прописанные законом, правила и атрибуты. Все, что не соответствует, считается другим видом деятельности и подпадает под запрет.

— Вы себе даже не представляете, подо что только не маскируют игровые автоматы, на какие ухищрения только не идут! Например, днем аппарат работает как платежный терминал, а вечером превращается в игровой автомат: приходит человек и включает соответствующий программный продукт или дистанционно все запускает. Был определенный период, когда люди считали, что чиновники работают до 18 часов. И привозили оборудование в 20–22 часа, люди приходили, играли. Но мы-то работаем до последнего клиента по обеспечению безопасности в местах массового пребывания людей, и все эти вещи начали быстро пресекать.

Марианна

— Алексей Валентинович, несколько лет назад с помпой открылись «гайд-парки» в двух местах Москвы. Но в последнее время о них ни слуху ни духу. Что с ними сейчас, пользуются ли ими, какая их судьба? Если они еще работают, есть ли запретные темы, на которые там нельзя провести митинг? С уважением, Марианна

— «Гайд-парки» у нас работают. На момент их открытия их было два, в «Сокольниках» и в Парке Горького. После реорганизации и завершения ремонта в Парке Горького пространство «гайд-парка» вошло в активную зону проведения парковых мероприятий, так что осталась только одна точка, в парке «Сокольники». Могу сказать, что место пользуется популярностью. В прошлом году, например, там провели 22 мероприятия, а только за прошедший период 2016 года было проведено более 40 мероприятий. Заявок было больше, но мы отсеивали, если это, например, подавалось как митинг, а на самом деле была рекламная акция, например. Если это не соответствует законодательству, то мы говорим: уважаемый товарищ, данная тематика не может рассматриваться на этой площадке, потому что по законодательству та идея, с которой вы хотите выступить, не может быть выброшена в публичное пространство.

— В «гайд-парки» мы также рекомендуем уйти некоторым региональным организаторам мероприятий. Есть определенный процент граждан, периодически предприниматели из Ленинградской области, из Татарстана хотят провести митинг в центре Москвы и подают заявку. Мы же все-таки столичный город, и организаторы считают, что так резонанс будет больше. Но у нас очень много проблем, каждый день, особенно сейчас, проводится до 400 мероприятий в будни и до 900 в выходные, это не только митинги, но и фестивали, ярмарки, концертные программы. И мы не можем забивать центр Москвы еще и региональными какими-то, локальными историями. Поэтому «гайд-парк» нас в таких ситуациях выручает, и людей, которые хотят высказать свои взгляды, тоже.

Газета.Ru

— А гей-парад в «гайд-парке» можно провести? Площадка же в стороне, там можно все организовать так, чтобы несовершеннолетние этого не видели, тогда это не будет считаться пропагандой.

— В своей квартире пусть человек устраивает такое мероприятие. У нас есть закон о защите несовершеннолетних от определенной информации, выстраивать каменную стену вокруг мероприятия не стоит. Одно дело — провести такой парад, другое — получить соответствующее уведомление от прокуратуры, что это увидели граждане, гуляя по городу с детьми. Законодательство, связанное с защитой несовершеннолетних, их нравственным воспитанием, у департамента в приоритете. Иными словами, гей-парада в Москве не будет. Во всяком случае, пока я в департаменте работаю, его перспектив я не вижу.

Газета.Ru

— Вы ожидаете какие-то массовые митинги после выборов?

— Мы не ожидаем никаких массовых митингов, но готовимся к любой ситуации, которая может быть. Судя по сегодняшней ситуации, эта избирательная кампания по конфликтной проблематике — одна из самых спокойных. Есть свои проблемы, но аспектов, которые могли бы спровоцировать недовольство граждан, мы не видим. Сегодня мы больше нацелены на выявление тех, кто готовит различного рода провокации.

— Под провокациями я имею в виду два основных направления. Первое — когда человек знает все правила проведения мероприятия и сознательно нарушает их, чтобы войти в конфликт с властями, чтобы заявить о себе, как-то расшатать ситуацию. И второе — когда группы выстраивают конфликтную ситуацию, прикрываясь другой политической силой или другим кандидатом. Во всем этом надо разбираться максимально оперативно и четко и донести до общественности реальное положение дел.

Газета.Ru

— Вы назвали огромные цифры, в голове не укладывается, что в день в Москве может пройти 900 мероприятий. Какое сейчас в городе соотношение санкционированных и несанкционированных мероприятий?

— Количество несанкционированных мероприятий, по сравнению с прошлыми кампаниями, приблизительно на одном и том же уровне. Просто раньше было больше дискуссий по местам проведения, устраивает-не устраивает. А сегодня мы этих дискуссий не ведем. Люди порой специально подают заявки на места, которые чисто физически нельзя для них перекрыть, не вызвав коллапс в городе. Я понимаю еще, когда улицу перекрывают на День города, все москвичи этот праздник ждут. А когда то же самое требует сделать небольшая группа активистов, мы стараемся скорректировать их требования, предлагаем не перекрывать какую-то улицу, а пройти другим маршрутом в другое время. Раньше люди на дискуссии по местам для митингов создавали себе определенный имидж, рекламировали себя. Департамент им в этом деле пиара помогать не обязан и не собирается.

Газета.Ru

— С другой стороны, у нас и площадок-то подходящих все меньше и меньше. На Триумфальной площади качели поставили, Манежную площадь внезапно начинают раскапывать, как только митинг намечается. Выглядит как целенаправленная политика мэрии.

— Начнем с того что подходящих площадок для того, чтобы провести мероприятие на три тысячи человек и больше без серьезного вмешательства в нормальную жизнедеятельность города, единицы. До трех тысяч площадку найти полегче. Потом, есть подходящие по площади пространства, но они находятся не совсем в ведении города. Нам часто говорят, например, давайте мы проведем что-то на Воробьевых горах. А мы не можем разрешить, потому что бóльшая часть принадлежит МГУ. Или Поклонная гора — часть территории принадлежит парку, у которого есть свои программные задачи. То есть нам еще и с ними это предварительно согласовать надо.

— Что касается якобы целенаправленной политики мэрии, то я вам честно скажу, что за последние пять лет у нас ни на одном закрытом и открытом совещании не обсуждалась проблема уменьшить пространство города Москвы. За пять лет мы ни одну площадь, ни Манежную, ни какую-то другую, не переделывали и не перекладывали там мостовые перед или после мероприятий. Всегда эти работы были заранее запланированы, вне зависимости от митингов. Я вообще считаю, что если люди идут с какой-то целью и задачей и проводят мероприятие, то их журналисты найдут где угодно, хоть в поселке Киевский Новой Москвы, хоть на Арбате, хоть на Преображенской площади. И эффект будет не меньшим, чем если бы оно проводилось где-то там в другом месте.

— С той же «Другой Россией» у нас проблем нет, с Триумфальной при помощи качелей их никто не выживал. Они выбрали другую площадку, работают теперь у метро «Улица 1905 года». А качели на Триумфальной появились не для того, чтобы кого-то вытеснить, а, наоборот, чтобы люди туда пришли. Если мы будем еще делать специально огромные площадки для массовых митингов, то это будет по меньшей мере странно.

Максим

— Подскажите, пожалуйста, как обстоят дела с проверками Роскомнадзора относительно соблюдения требования 152-ФЗ (защита персональных данных) в учреждениях, подведомственных правительству Москвы, особенно в учреждениях, предоставляющих социальные услуги населению Москвы? Вы взаимодействуете с регулятором по данному вопросу?

— Вопрос находится в ведении департамента информационных технологий, этим занимается специальная служба. У департамента информационных технологий есть соглашение со структурами, которые проверяют на прочность программные продукты, работающие в городской среде, выявляют слабые места там, где они есть. Плюс есть отдельные требования при разработке таких продуктов, это все прописывается в конкурсной документации.

— Если возникают проблемы с утратой персональных данных, а мастерство людей, которые могут проникнуть в те или иные структуры, к сожалению, постоянно растет, то принимаются соответствующие меры. Включая по персональным данным конкретного человека, у которого ушла соответствующая информация. Пишется заявление в Ростехнадзор в произвольной форме с просьбой закрыть персональные данные. Указываются те ресурсы, на которых данные распространены, и надзор оперативно принимает меры будь то по «Живому журналу», Facebook или что-то еще.

Вадим Хмелев

— Судя по названию, ваш департамент занимается борьбой с коррупцией. Сколько коррумпированных чиновников удалось поймать? Как вы их выявляете превентивно, на полиграфе? Что бывает с теми, кто не прошел проверку на полиграфе, их увольняют с госслужбы?

— Опрос с помощью полиграфа или других технических средств ведется в двух случаях. Первый — при приеме на работу в мэрию, второй — если человек работает в сфере закупок, такую проверку проходят все члены комиссий. И руководителям дается рекомендация, что такой-то человек проверку прошел с таким-то результатом. Поскольку это рекомендация, то руководитель может взять на себя ответственность за сотрудника и не принимать каких-то кадровых мер. Но если что-то случится, то руководитель тогда тоже будет нести ответственность, его предупредили о подчиненном.

— Если говорить о борьбе с коррупцией в целом по городу, то большая работа ведется по проверке деклараций о доходах и расходах, это делается совместно с кадровыми подразделениями. Кроме того, проводится профилактическая работа. В частности, она заключается в том, чтобы те услуги, что закреплены за городом, сделать максимально прозрачными. Это и МФЦ — сейчас «Мои документы». Чтобы человек не выбивал всеми средствами справки, а сами чиновники бегали и делали это за него. Все, насколько возможно, ушло в систему \«одного окна\», чтобы не было непосредственно контакта человека, принимающего решение, с тем, кто хочет это решение получить.

— Та же самая процедура «опрозрачивания» происходит в сфере строительства, торговли, розыгрыша земельных участков или помещений. Все торги вывешены в открытом доступе, и любой человек может, если увидит какие-то недостатки, обратиться в то же управление ФАС по Москве.

— Если говорить о коррупции среди чиновников, работающих в структуре правительства Москвы, то в этом году выявлено 12 таких случаев. В прошлом году было 22 таких случая. В основном это должностные лица, которые выполняют контрольные функции: стройнадзор, имущественный надзор, ОАТИ. Были представители подведомственных учреждений, например из ГБУ «Жилищник», там тоже в основном были люди связаны со сдачей и приемкой работ. Очень часто идут заявления о коррупции, а на самом деле это просто халатность, невыполнение или некачественное выполнение работ. То есть что-то такое делают не со зла, а от большого ума. При этом отмечается тенденция к снижению. Если в прошлом году было 22 случая, то в позапрошлом 24, а три года назад около 30.

— Надо отметить, что в Москве очень много федеральных структур. И когда в СМИ говорится о каких-то коррупционных схемах города Москвы, то это не значит, что это правительство Москвы. Это часто те или иные федеральные структуры. Там все отличается на порядок, можно говорить о сотне или сотнях случаев коррупции в год.

Газета.Ru

— По информации на сайте ваш департамент оказывает услугу по выдаче разрешений на полеты воздушных судов и на подъемы привязных аэростатов. Кто-то этой услугой пользуется? И зачем людям аэростаты сейчас?

— Есть определенный порядок выдачи разрешений на полеты над городом, на подъем аэростатов, прыжки с парашютом и так далее. Мы ежегодно получаем заявки от разных структур, имеющих свою ведомственную авиацию. Это МЧС, МВД, спецслужбы, службы оказания экстренной медицинской помощи. Таким структурам выдается разрешение на год.

— Если полетать над Москвой хочет частное лицо, оно также подает соответствующую заявку на конкретное мероприятие в конкретный день и конкретное время, на конкретную высоту. И эти детали согласовываются.

— Что касается аэростатов, то они, как правило, используются на культурных мероприятиях, в рекламных целях. Есть заявки по катанию на воздушных шарах, но это не свободный полет, а по вертикали: подъем и спуск. В целом в год бывает где-то четыре-пять заявок на подъем аэростатов или воздушных шаров.

— Есть даже заявки на прыжки с парашютом в Москве, и не только на День ВДВ. Например, год назад был фестиваль «Круг света», там была заявка на прыжок с парашютом. Но она была технологически очень сложная, там хотели прыгнуть в вечернее время, так что сами организаторы решили в итоге отказаться от такой идеи. Но на дневное время мы с определенной периодичностью такие заявки получаем. Раньше в Тушино часто такое было, сейчас, конечно, район поменял свою специфику.

Артем

— В последнее время большое распространение получили беспилотные летательные аппараты. И в Мосгордуме даже летом или весной поднимали вопрос законодательного регулирования использования подобных аппаратов. По вашему мнению, каким стоило бы сделать механизм регулирования? И как вы считаете, какое будущее у этих аппаратов? Используются ли они уже, или будут ли использоваться городом для собственных нужд?

— Беспилотный летательный аппарат, имеющий номер и зарегистрированный соответствующим образом, может использоваться в городе. Остальные должны согласовываться частным порядком через наш департамент. Сейчас процедура съемок с беспилотников согласовывается на федеральном уровне. Мы сейчас обсуждаем, как эту историю можно упростить, сместить часть на городской уровень, и чтобы это не урон безопасности был.

— Понимаете, если что-то поднять наверх, то очень важно, чтобы это что-то не упало потом людям на головы. Кроме того, в Москве есть зоны, где полеты даже квадрокоптеров запрещены, это связано с тем, что деятельность определенных организаций носит закрытый характер. Это закрытые объекты промышленного или научного производства, административные объекты, федеральные, где есть определенный режим безопасности и охраны.

— Учитывая все эти факторы, надо выстраивать процедуру согласования. Я вижу это так: человек подает заявку в наш департамент, указал номер беспилотника, марку, цель и место. На это место выходит специалист и смотрит: а безопасно ли там беспилотник запускать? И проследит, что человек, получивший разрешение, действительно пришел на указанное им место в указанное им время. Также мы должны быть уверены в технической исправности аппарата, значит, нужно предоставлять сертификат технической пригодности. И вот эти правила должны быть, во-первых, четко сформулированы, во-вторых, находиться в открытом доступе, и в-третьих, процедуру надо стараться при этом максимально ускорить. Потому что это уже составляющая сегодняшней жизни города.

— Беспилотные летательные аппараты используются СМИ, инженерными службами, службами спасения. МЧС использует беспилотники для обнаружения пожаров в «новой» Москве. Инженерная служба мониторит незаконное строительство, не всегда же можно просто за забор заглянуть и проверить, соответствует ли действительность тому, что прописано в договоре о земельном участке.

Газета.Ru

— Сколько по времени будет занимать это согласование полета беспилотника?

— В зависимости от того мероприятия, которое проводится, и той задачи, которая решается. Конкретные сроки должны прописать правоохранительные органы совместно с законодательными структурами. Понимаете, говорить о том, что, мол, журналистам не дают снять пожар, требуя какие-то длительные согласования, легко, пока никто не погиб. Как только мы начинаем терять людей из-за несогласованности и несчастного случая, сразу же встает вопрос, куда смотрели органы власти. Органы власти должны быть полностью уверены, что все современные достижения техники безопасны для людей. Я понимаю, что МЧС может получить разрешение на такие полеты на год, в уведомительном порядке. Они точно знают, в каком состоянии аппарат, для чего он им нужен, как с ним правильно и безопасно работать. А если это нужно, чтобы просто снять красивую картинку онлайн, то будь добр пройти все нужные механизмы для согласования, тут нет причины разрешать пользоваться аппаратами без разового согласования.

19

Имеем такую ситуацию. Частная фирма организовала платную парковку на земельном участке в собственности г. Москвы, при этом согласно кадастровому учету данный земельный участок является территорией общего пользования, в аренду никому не предоставлялся. Местные органы власти об этом знают но никаких мер в связи с самовольным занятием земельного участка не предпринимает (все задокументировано, есть письменные обращения и ответы). Напротив оказывают прямое содействие данной организации (тоже задокументировано), что может свидетельствовать о возможной коррупционной связи. Занимается ли Ваше департамент такими вопросами ? // Виталий

18

Добрый день! Я являюсь руководителем кинотеатра «35 мм», расположенного в здании Центрального дома предпринимателя ( ул. Покровка, д.47/24). Вот уже 2 года боремся за свое существование. Причина – затянувшийся ремонт в здании ЦДП. КСП по г. Москве выявило хищения в особо крупном размере при проведении ремонтных работ, при наличии всей фактуры правоохранительные органы бездействуют. Курирующие стройку должностные лица Департамента науки, промышленной политики и предпринимательства г. Москвы, продолжают работать. А наш кинотеатр авторского кино выживают, как нежелательного свидетеля коррупционных схем, халатности чиновников и воровства. Как можете это прокомментировать? // Ирина

17

Подскажите, пожалуйста, как обстоят дела с проверками Роскомнадзора относительно соблюдения требования 152-ФЗ (защита персональных данных) в учреждениях, подведомственных правительству Москвы, особенно в учреждениях, предоставляющих социальные услуги населению Москвы? Вы взаимодействуете с регулятором по данному вопросу? // Максим

16

Как будет организована безопасность на Московском центральном кольце? Сейчас на ряде станций нет вообще никаких пунктов досмотра и рамок. Почему этого не было сделано до открытия кольца? // Влад

15

Для чего закупали аппараты для просвечивания сумок в метро, если они не работают? К примеру, по моей памяти, рентгены на станции "Китай-город" стояли упакованными в течение двух лет точно, ни разу не видела, чтобы они работали. К чему такая трата средств, если их запускают, очевидно, по исключительным поводам? Также интересно, как организована безопасность в метрополитене с учетом этой дополнительной проверки. На ваш взгляд, не создают ли рентгены дополнительные очереди на входе в метро и, соответственно, дополнительную возможность для терактов? // Вика

14

Зачем нужен Ваш департамент, если есть Федеральная служба безопасности с её подразделением по Москве и ГУ МВД по Москве, в котором есть антикоррупционные службы? // Константин

13

Почему полиция не обращает внимание на расклейщиков незаконных рекламных объявлений в городе?Помимо вандализма, когда город вынужден тратить немалые деньги из бюджета для удаления этой рекламы -многие из рекламных листовок, в самых видных и проходных местах наклееных на фонарные столбы, автобусные остановки, на фасады зданий- содержат рекламу таких незаконных, даже преступных услуг, как предложение продать фальшивые больничные листы, водительские удостоверения, налоговые справки,фальшивые дипломы ВУЗОВ, фальшивые трудовые книжки и так далее. Не кажется ли вам, что такие объявления говорят о том, что преступники совершенно не боятся московской полиции,чувствуют свою полнейшую безнаказанность и , возможно, здесь есть и элемент коррупции? // Сергей

12

Добрый день! Перечислите пожалуйста 7 основных пунктов ваших должностных обязанностей. // Антон

11

Добрый день! Вопросы вопросами, но хочется выразить благодарность за Ваш труд. Действительно, в Москве стало намного спокойнее. Система безопасности Москвы представляет собой хороший опыт для внедрения в других городах России. Она неназойлива и не рождает агрессии, но позволяет чувствовать себя уверенно и спокойно в мегаполисе и воспитывает уважительное отношение жителей и гостей к городу. // Юлия

10

Добрый день. Наслышан из сообщений СМИ и расследований на антикоррупционных ресурсах о серьезной коррупции и растрате бюджетных средств на реконструкцию/ремонт Дома предпринимателей на Покровке, где находится в том числе кинотеатр 35 мм. Факты, которые излагает Сергей Митрохин на основании проведенного им депутатского расследования кажутся вопиющими, а масштабы большими. По его данным коррупционная составляющая этого псевдоремонта составляет в районе 60 млн. руб. Создается ощущение, что только воля руководства Москвы сдерживает активные следственные действия по этому объекту. Знаете ли Вы об этой ситуации и насколько реально довести это дело до конца и наказать виновных, которые вместо поддержки предпринимателей обогощали свой карман? // Владимир

9

Согласно информации на сайте, департамент оказывает услугу по выдаче разрешений на полеты воздушных судов и на подъемы привязных аэростатов. Кто-то пользуется ей? И если да, то зачем? // Анна

8

В последнее время большое распространение получили беспилотные летательные аппараты. И в Мосгордуме даже летом или весной поднимали вопрос законодательного регулирования использования подобных аппаратов. По вашему мнению, каким стоило бы сделать механизм регулирования? И как вы считаете, какое будущее у этих аппаратов? Используются ли они уже, или будут ли использоваться городом для собственных нужд? // Артем

7

Судя по названию, ваш департамент занимается борьбой с коррупцией. Сколько коррумпированных чиновников удалось поймать? Как вы их выявляете превентивно, на полиграфе? Что бывает с теми, кто не прошел проверку на полиграфе, их увольняют с госслужбы? // Вадим Хмелев

6

Алексей Валентинович, несколько лет назад с помпой открылись "гайд-парки" в двух местах Москвы. Но в последнее время о них ни слуху ни духу. Что с ними сейчас, пользуются ли ими, какая их судьба? Если они еще работают, есть ли запретные темы, на которые там нельзя провести митинг? С уважением, Марианна // Марианна

5

Как, по вашему мнению, изменилась реальная безопасность московских районов и соответствует ли репутация условного Коптево действительности? Где сейчас безопаснее жить и куда безопаснее приезжать -- в центр или в спальные районы? // Владимир Дуров

4

Что вы можете сказать о противодействии нелегальному игорному бизнесу в столице? Удалось ли победить подпольные казино? Изобретают ли правонарушители новые способы обойти законодательство и какие? // Елена Николаева

3

Долгое время лидирующее место среди преступников в Москве занимали мигранты. Но из-за новых миграционных правил, экономической ситуации и других факторов мигрантов в России вроде бы стало меньше. Скажите, пожалуйста, изменилась ли ситуация с преступностью? Какой там сейчас национальный состав? И какими видами преступлений чаще всего промышляют мигранты? Спасибо! // Илья Градин

2

Уважаемый Алексей! У меня вопрос по преступности. Как вы считаете, за последние три года преступность у нас выросла или уменьшилась? Каких видов преступлений стало больше, а каких меньше? Есть ли новые способы мошенничества, о которых стоит знать всем? // Евгений Владимирович

1

Что реально сделано для того, чтобы у нас в Москве не повторились теракты как в Париже или Ницце? Такое ощущение, что понаставили рамок и все, они даже не работают. // Ирина