23 октября 2021

 $65.52€70.98

18+

ЭКОНОМИКА РОСТА

Работа над ошибками

Что мешает запустить экономику России

Председатель Центрального банка РФ Эльвира Набиуллина
Председатель Центрального банка РФ Эльвира Набиуллина

Фотография: Алексей Никольский/РИА «Новости»

В условиях ухудшения геополитической ситуации и внешнеэкономической конъюнктуры российская экономика не может опираться на механизмы роста, действовавшие ранее. «Газета.Ru» разбиралась в проблемах в экономике, которые необходимо решить в ближайшее время: это поддержка занятости населения и российского экспорта, изменение денежно-кредитной политики и вектора развития банковской системы, а также проведение стимулирующей бюджетной политики.

Занятость уходит в тень

Уровень безработицы — одна из главных характеристик состояния экономики в стране.

Судя по официальным данным, проблем с занятостью в России нет. Согласно Росстату, целом по России уровень безработицы в сентябре 2014 года составил 4,9%. Это всего на 0,1% больше, чем в августе — 4,8%. До этого в августе безработица вообще сокращалась: в июле она была 4,9%, как и в сентябре.

Однако официальные данные о низкой безработице в стране не отражают реального положения дел. Во-первых, в России в последнее время стремительно расширяется неформальная занятость, которая не учитывается статистикой.

Этим летом вице-премьер правительства Ольга Голодец заявляла, что неформальная занятость составляет около 20 млн человек (а это около трети всех занятых). И, как отмечала в октябре в интервью «Газете.Ru» руководитель Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Татьяна Малеева, занятость в неформальном секторе постоянно растет. Неформальная занятость способствует снижению качества производимых товаров услуг, поскольку при неформальной занятости нет стандартов, ответственности и пр.

Кроме того, на многих предприятиях сохраняется избыточная занятость, помогающая поддержать социальную стабильность.

Сейчас такие работодатели заморозили прием кадров. Новых сотрудников многие компании уже несколько месяцев стараются не принимать, отмечает директор Института стратегического анализа ФБК Игорь Николаев.

Чтобы повысить производительность труда принятых сотрудников, работодатели переводят их на сокращенный режим или предоставляют вынужденные неоплачиваемые отпуска.

При этом похожие тенденции наблюдаются как на крупных предприятиях, так и на средних и малых. Так, еще в феврале «Камаз» перевел часть сотрудников на четырехдневную рабочую неделю с оплатой нерабочей пятницы в размере двух третей среднего заработка.

По данным, которые приводит журнал «Эксперт», ссылаясь на подсчеты НИУ ВШЭ, в сентябре 16% промышленных предприятий уволили часть своих сотрудников. Оптимизации проходят сейчас во многих естественных монополиях.

«В целом по рынку мы можем отметить тенденцию роста безработицы. Конечно, имеет значение и время года — декабрь традиционно считается «мертвым сезоном» для подбора персонала и поиска работы, но нынешние негативные тенденции не могут быть объяснены только этим.

Многие компании сокращают численность персонала, нередко переводят сотрудников на неполную рабочую неделю, на проектные работы. Причем это относится как к малому, так и к крупному бизнесу», — комментирует ситуацию руководитель группы подбора персонала кадрового агентства «Юнити» Георгий Самойлович.

Все эти факторы и формируют скрытую безработицу, которая, по экспертным оценкам, превышает официальный уровень безработицы в 2-3 раза. Сокращения сейчас начинаются даже в традиционно благополучных с точки зрения занятости регионах.

Так, в Санкт-Петербурге (по информации Росстата, уровень безработицы в регионе — 1,2%, один из самых низких в России — «Газета.Ru»), по данным опросов работодателей, в последнее время 17% компаний проводили сокращения персонала, тогда как в июле 2014 года таких компаний было только 10%.

О нарастании напряженности в сфере можно судить и по другим показателям. По данным Центра социально-трудовых прав, только по итогам 9 месяцев 2014 года на территории страны было зафиксировано 202 трудовых конфликта. В 40% случаев их причиной была несвоевременная выплата заработной платы. «В занятости есть определённая инерционность, и основные проблемы в этой сфере ещё впереди, даже не в следующем году», — комментирует Игорь Николаев. Чтобы не допустить их развития, говорят эксперты, необходимо уже сейчас принять целый комплекс мер.

Правильная политика в области занятости населения могла бы помочь заместить около трети нашего импорта, говорит сопредседатель «Деловой России» Антон Данилов-Данильян.

«Курс на импортозамещение мог бы дать новые рабочие места», — считает эксперт. По его словам, в зависимости от региона, учитывая специфику рабочей силы, можно было бы создавать новые очаги роста. «Если, например, в регионе несколько лет назад работал химический комбинат, то в нем можно было бы развивать химическую промышленность. Люди, которые были заняты на химическом производстве, могли бы снова начать работать в отрасли», — говорит он. От государства требовалось бы при этом только создать инвестиционный климат, который делал бы российскую продукцию конкурентоспособной.

Для улучшения ситуации на рынке труда нужны налоговые стимулы для компаний, которые создают новые высокопроизводительные рабочие места, компенсация расходов на обучение или повышение квалификации работников, а также меры по поддержке мобильности рабочей силы: содействие в переезде из одного региона в другой — в частности, дешевая ипотека, съемное жилье; помощь в профессиональном переобучении при потере работы,

считает в свою очередь заместитель директора «Центра развития» Валерий Миронов. «У нас мобильность в 3-4- раза ниже, чем в США или в Европе, где люди в течение жизни не раз меняют работу, переезжаю в другой регион или даже другую страну», — говорит эксперт. По мнению же Георгия Самойловича из «Юнити», для поддержки занятости «необходимо жестко ограничить квоту на мигрантов (в том числе из Украины), и влить оставшиеся деньги в импортозамещающие отрасли».

Поддержка экспортеров

Из-за обострения геополитической ситуации объемы российского экспорта падают. Наиболее высокими темпами сокращается экспорт не только продукции топливно-энергетической отрасли, но и металлов, продукции химической промышленности и машиностроения.

В частности, экспорт машин, оборудования и транспортных средств сократился в январе-августе 2014 года на 8,7%, продукции химической промышленности – на 6,3%, цветных металлов — на 4,3% в годовом выражении.

При этом объемы экспорта могут еще больше упасть. Зарубежные санкции уже привели к ограничениям на доступ к внешнему финансированию, а также к ограничениям на импорт технологий и оборудования для компаний нефтегазового сектора. Под угрозой сейчас находится реализация совместных проектов российских нефтегазовых компаний с зарубежными партнерами. Ожидается, что объектами новых санкций и связанных с ними ограничений со стороны США, ЕС и Японии могут стать горнодобывающие и металлургические российские компании.

Учитывая, что компании-экспортеры являются ведущими работодателями в экономике, снижение объемов экспорта может привести к сильному росту безработицы.

Так, металлургическая отрасль дает работу почти 1 млн человек (это 13% количества занятых в обрабатывающей промышленности), при этом 70% металлургических предприятий являются градообразующими.

Расширение поддержки компаний-экспортеров должно стать ответным шагом на санкции, вводимые против России во внешней торговле, убеждены эксперты.

При этом эту поддержку нужно оказывать адресно, считают они. «Сейчас у нас принято выбирать приоритетные отрасли и поддерживать предприятия из этих секторов. Но, как показывает мировой опыт, на экспорт выходят лучшие предприятия во всех отраслях — их немного, около 2-3%. Поэтому и поддержку нужно переориентировать с отраслевой на помощь лучшим, наиболее успешным», — считает Валерий Миронов.

При этом, по словам эксперта, в числе мер поддержки должны быть снижение ставки по кредитам, «девальвация — не такая, как сейчас, а контролируемая», а также заморозка тарифов естественных монополий на определённый период.

По словам заведующего отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН Якова Миркина, чтобы компании-экспортеры могли успешно работать, рост тарифов естественных монополий не должен в ближайшие годы превышать 1% в год.

Также, по мнению экспертов, необходимо предусмотреть специальные меры по поддержке экспорта промышленной продукции и продукции сельского хозяйства. Особенно тяжелая ситуация складывается сейчас с экспортом продукции автомобилестроения.

Россия вступила в ВТО на невыгодных для наших экспортеров условиях. Чтобы из Германии поставить коммерческий автомобиль в Россию, иностранные компании должны заплатить пошлину в 10-15%, а российские предприятия, чтобы продать в Европу автомобиль платят уже пошлину в 22%.

Учитывая, что ставка по кредитам для наших предприятий все время растет (если в начале года наши предприятия брали кредиты по ставку 14%, то сейчас фактически они могут составлять 17% и выше — «Газета.Ru»), а иностранные предприятия используют ресурсы по ставке 2-3%, нашим производителям сложно конкурировать на европейском рынке.

«Продавать наш продукт за границей непросто — это продукт длительного пользования: его нужно не только продать, он должен обслуживаться дилерскими центрами, он должен быть сертифицирован, должны быть подготовлены кадры для квалифицированного ремонта, поставки запчастей и многое другое», – комментирует «Газете.Ru» ситуацию представитель «ГАЗ».

По мнению эксперта, хорошей поддержкой экспорта наших компаний стало бы выстраивание каналов коммуникаций с зарубежными партнерами через торговые представительства и посольства. «К нам на предприятия часто приезжают послы разных стран и потом сигнализируют своим компаниям, как можно с нами сотрудничать, какие есть рынки сбыта. Но мы очень редко получаем подобную информацию от российских посольств — например, о тендерах или других потенциальных возможностях», — комментирует представитель «ГАЗ».

По мнению исполнительного директора компании «Финэкспертиза» Агвана Микаеляна, для развития экспорта зерна необходимо система государственных преференций, специальные госпрограммы.

По словам же Вячеслава Телегина, председателя совета Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России (АККОР), поддерживать экспорт сельскохозяйственной продукции необходимо адресными государственными программами и снижением пошлин. «Например, можно было бы активно заниматься экспортом подсолнечника, очень перспективной для нас отрасли. Однако у нас на экспорт подсолнечника пошлина составляет около 20%. Это очень высоко, нужно ее, если не обнулять, то хотя бы сильно уменьшить», — говорит он.

В поисках стимулов

Практика накопления бюджетных резервов, сложившаяся в период благоприятной макроэкономической конъюнктуры 2005-2008 годов, также требует пересмотра, считают эксперты.

Когда экономика демонстрировала высокие темпы роста, изымать накопления не было необходимости, поскольку не было дефицита финансовых ресурсов. Однако сейчас ситуация кардинально изменилась. Из-за сокращения возможностей взять кредит на внешних рынках и роста процентных ставок на внутреннем рынке доступ компаний и населения к финансовым ресурсам резко сократился. Это привело к падению инвестиционной активности в стране. Так, по итогам 2013 года инвестиции в основной капитал сократились на 0,2%, а в 2014 году прогнозируется их снижение на 2,4%.

В такой ситуации попытки минимизации дефицита бюджета только дополнительно ограничивают внутренний спрос. Основной задачей бюджетной политики в 2015-2017 годах должно стать преодоление надвигающейся рецессии и выход на траекторию устойчивого экономического роста. Сделать это можно с помощью политики бюджетного стимулирования.

Финансируя инвестпроекты, власти способствовали бы восстановлению внутреннего спроса.

По мнению Игоря Николаева, необходимо вкладывать средства в инфраструктурные проекты с большим мультипликативным эффектом, которые позволяют привлекать больше частных инвестиций, стимулируют развитие малого и среднего бизнеса в регионах. «Такие проекты намного важнее крупных, в которые можно вложить миллиарды, а толку при этом будет очень мало. Яркий пример — Сочи, АТЭС. Мы их реализовывали, но темпы экономического роста при этом неуклонно снижались. Поэтому уповать только на них — неправильно. Бизнесу сейчас нужно помогать, прислушиваться к его просьбам. Конечно, нужно отменять и антисанкции, в этом случае, в отличие от санкций, всё от нас зависит. И пересматривать бюджетные приоритеты», — комментирует эксперт.

По словам Агвана Микаеляна из «Финэкспертизы», сейчас нужно поддерживать бизнес всеми возможными способами. «Прежде всего, делать это надо ударными налоговыми стимулами, инвестициями в модернизацию. Все это должно работать в сочетании с доступными кредитами и низкими процентными ставками.

Естественно, это повлечет за собой рост налоговой базы, перестройку структуры доходов и расширение возможностей тратить бюджетные средства», — говорит Яков Миркин. При этом, по словам эксперта, в сфере налогового регулирования необходимо предоставить налоговые каникулы для вновь открываемого бизнеса на пять лет, ввести регрессивный налог на прибыль, а также пообещать понизить ставку НДС через 3-4 года и не повышать социальные налоги в течение 5-7 лет.

Некоторые меры бюджетного стимулирования, принятые в России, свидетельствуют о положительном влиянии такой практики. Так, реализуемая сейчас программа поддержки автомобильной промышленности за счет госсубсидий на обслуживание кредитов автопроизводителей и приобретение новых автомобилей населением — привела к замедлению темпов падения производства в отрасли.

По данным Комитета автопроизводителей Ассоциации Европейского Бизнеса (АЕБ), продажи новых легковых и легковых коммерческих автомобилей в октябре 2014 года снизились на 9,9%, тогда как в сентябре падение было гораздо больше — на 20,1%.

Вячеслав Телегин из АККОР рассказывает, как другая программа — Минэкономики, по возврату НДС на экспортные поставки — помогла многим производителям.

«Когда эта программа пять лет назад начиналась, то она носила больше декларативный характер, сейчас же этой программой может воспользоваться и наш небольшой кооператив при поставках нута. Мы поставляем нут в Таджикистан, Белоруссию», — рассказывает он, надеясь, что эта программа будет продолжена и дальше.

Неподъемные кредиты

Денежно-кредитная политика ЦБ, ставящего во главу угла снижение инфляции, также не способствует росту нашей экономики. Наоборот, предпринимаемая ЦБ борьба с растущей инфляцией монетарными способами ставит под угрозу восстановление экономического роста.

В 2014 году Центробанк, пытаясь сдержать инфляцию, поднял ключевую ставку с 5,5% в начале года до 9,5% на конец октября. Борьбе с инфляцией это не помогло (по последним оценкам Минфина, инфляция по итогам 2014 года может достичь 9,2%), но привело к резкому удорожанию кредитных ресурсов для предприятий. Так, на конец ноября из-за повышения ключевой ставки и сокращения рублевой ликвидности ставки по рублевым кредитам компаниям выросли до максимума почти за 2 года. По данным ЦБ, средневзвешенная ставка по кредитам в рублях, выданным банками РФ (без учета Сбербанка) нефинансовым предприятиям на срок свыше года, в октябре увеличилась до 12,87%.

Адекватной нынешним экономическим реалиям такую политику назвать нельзя.

Справиться с инфляцией с помочью таких мер ЦБ все равно не сможет, поскольку рост цен большей частью носит немонетарный характер (это повышение цен на продукты из-за санкций, рост тарифов и т.д.) и не зависит напрямую от действий Банка России. По словам главного экономиста БКС Владимира Тихомирова, около 50% роста цен сейчас вызвана именно немонетарными факторами.

При этом постоянное повышение ключевой ставки ЦБ приводит к росту стоимости заимствований и ставит под вопрос выживание многих предприятий как крупного, так и малого и среднего бизнеса.

Так, в настоящее время стоимость заемных средств в большинстве несырьевых отраслей существенно превышает уровень рентабельности. По данным за 2013 г., в сельском хозяйстве рентабельность продаж составляла 6,3%, в производстве машин и оборудования — 7,5%. В 2014 году показатели рентабельности только ухудшились, в то время как процентные ставки продолжили расти, и в настоящее время для большинства предприятий фактически превышают 16-18% годовых.

Таким образом, безуспешные попытки снижения инфляции стоят нашей экономике слишком дорого. «Монетарные способы сдерживания инфляции работали в 2008-м году, сейчас совершенно другая ситуация, таким образом инфляцию победить невозможно, эти способы не сработают.

Сейчас, наоборот, всячески нужно поддерживать бизнес внутри страны различными способами. Причем поддерживать надо как крупный, так и мелкий бизнес», — говорит Агван Микаелян.

В потребительском кредитовании рост стоимости заимствований усиливает сокращение потребительского спроса со стороны населения и повышает риски развития кризиса просроченной задолженности.

В условиях роста процентных ставок и, соответственно, снижения объемов розничного кредитования, население сокращает потребление. Так, по данным ЦБ, на 1 ноября 2014 года объемы кредитов физлиц увеличились на 12,8% против 24,2% за аналогичный период в прошлом годе. По итогам этого года эксперты не ждут роста потребкредитов более чем на 15%, а в следующем году предполагают еще большее замедление — до 5%.На фоне снижения кредитования темпы роста оборота розничной торговли в третьем квартале 2014 года составили 1,4% в годовом выражении. Это самый низкий показатель с первого квартала 2010 года.

Кроме падения потребительского спроса, рост процентных ставок также создает риск возникновения кризиса просроченной задолженности. Сейчас долговая нагрузка на российские домохозяйства составляет около 25% их располагаемых доходов, а непогашенные кредиты имеют около 32% домохозяйств. Эти показатели существенно ниже, чем во многих развитых и развивающихся экономиках. Однако если процентные ставки продолжат расти и, соответственно, стоимость обслуживания и рефинансирования долга также увеличится, уровень просроченной задолженности может резко вырасти.

По словам Павла Медведева, финансового омбудсмена, оказывающего поддержку заемщикам, попавшим в сложное финансовое положение, в ноябре количество обращений к нему от граждан за помощью по сравнению с сентябрем выросло почти в два с половиной раза.

При этом, если анализировать структуру обращений, то количество обращений с просьбой о реструктуризации долгов выросло в 10 раз. Это произошло именно из-за роста закредитованности граждан, предполагает Медведев. По мнению Агвана Микаеляна, сейчас Банку России не стоит ставить инфляцию во главу угла. Необходимо проводить более гибкую денежно-кредитную политику, направленную на стимулирование экономического роста, например, через снижение ключевой ставки ЦБ, говорит заведующий отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН Яков Миркин. По его словам, было бы целесообразно уменьшить ключевую ставку ЦБ с нынешних 9,5% до 1-1,5%.

Деньги не доходят для регионов

Нынешнее состояние банковской системы становится препятствием для развития экономики в целом, и особенно — для регионов. Высокий уровень концентрации в банковской системе (на первые 5 банков приходится более 50% активов банковской системы) и отсутствие крепких региональных банков приводит к тому, что финансовые ресурсы «не доходят» до регионов,

консервируя в них низкий уровень экономического развития. На данный момент из первых 100 банков только 14 относятся к региональным, при этом половина из них — из Санкт-Петербурге. Во всей стране есть порядка 140 банков, которые потенциально могут выдать кредит одному заемщику на 1 млрд. руб. (исходя из размера капитала), но из них лишь около четверти — региональные. Восточнее Новосибирска вообще практически нет банков с серьезными возможностями.

При этом ведущие банки в настоящее время заняты проблемами рефинансирования своих собственных обязательств и иностранных займов своих крупнейших заемщиков. У крупных банков нет возможности вникать в проблемы мелких заемщиков и обеспечивать хотя бы приемлемое качество финансовых услуг в регионах. «Мелкие банки выигрывают у больших часто за счет скорости принятия решений. Они индивидуально подходят к своим клиентам, рассматривают каждую заявку. Часто председатель или сопредседатель банка может вникать в проблемы каждого конкретного клиента из региона, он хорошо знает бизнес, который кредитует. Это совсем другой подход, не такой, как у крупных банков, которые работают фактически как конвейер, для них клиенты в регионах не имеют такого значения», — говорит Антон Данилов-Данильян.

По словам эксперта, важно не мешать развиваться региональным банкам и в перспективе хорошо бы предусмотреть возможность для таких банков напрямую занимать деньги на аукционах ЦБ, чтобы пассивы не доставались им слишком дорого.

Однако, похоже, в приоритетах ЦБ развитие региональных банков не значится. А это равносильно тому, что малый и средний бизнес может фактически остаться без доступа к финансированию.

Мешает развитию региональных банков и внедряемые ЦБ стандарты «Базель III», ужесточающие требования к банкам по формированию капитала.

По словам президента Ассоциации региональных банков России Анатолия Аксакова, ЦБ стоило бы учитывать нынешнюю ситуацию и рассмотреть возможность отложить до лучших времен внедрение более жестких подходов. Время для внедрения «Базель III» выбрано неудачное, констатирует он. По экспертным оценкам, негативный эффект от внедрения «Базель III» может составить 1-2% ВВП. Однако, учитывая нынешнюю неблагоприятную ситуацию, при сохранении жесткой денежно-кредитной политики потери ВВП от неправильной политики ЦБ могут быть гораздо выше. Рост кредитования итак замедляется из-за увеличения стоимости фондирования для банков. Необходимость формировать дополнительную подушку безопасности, в соответствии с более жесткими подходами по «Базелю III», еще больше затормозит рост кредитования и лишит российскую экономики возможности выбраться из стагнации в ближайшие годы.

ПОДЕЛИТЕСЬ ЛИЧНЫМ ОПЫТОМ
  • Livejournal

Уважаемые читатели! В связи с последними изменениями в российском законодательстве на сайте «Газеты.Ru» временно вводится премодерация комментариев.

ПОДЕЛИТЕСЬ ЛИЧНЫМ ОПЫТОМ