17 октября 2017

 $57.52€67.61

18+

«Счастье в Перми так и не наступило, но весна в Москве точно будет»

Онлайн-интервью с руководителем департамента культуры Москвы Сергеем Капковым

Руководитель департамента культуры города Москвы Сергей Капков
Руководитель департамента культуры города Москвы Сергей Капков

Фотография: РИА «Новости»

В редакции «Газеты.Ru» состоялось онлайн-интервью с руководителем департамента культуры Москвы Сергеем Капковым.

Мы начинаем онлайн-интервью с главой департамента культуры Москвы Сергеем Капковым. Наш разговор сегодня посвящен Году культуры в Москве, нынешней ситуации в культурной политике, культурной жизни города и тому, какой она будет в ближайший год. Сергей Александрович, если можно, хотел бы начать с вопроса вот какого. У нас существует программа развития до 2018 года, которая была принята с вашим приходом на этот пост. Есть Год культуры. Как это совместить в голове? Что-то добавляется, что-то уходит? Вы берете на себя какие-то дополнительные обязательства, которые вам приходят от федерального центра или продолжает оставаться какая-то та повестка, которая, условно говоря, только на уровне города? // Газета.Ru

Текущая повестка, конечно, остается за нами. Но все-таки в Год культуры, когда большое внимание в обществе и в СМИ, задача – выставить некие приоритеты и их реализовывать. Мне кажется, Год культуры – очень хорошая акция, в плане того, что это привлекает внимание и к культуре, и к развитию культуры. Для нас — это развитие города, и развитие города через культуру. Потому что мы не отходим от того, что департамент культуры – это департамент городской атмосферы. И для нас развитие культуры – это прежде всего формирование определенной среды, создание особой атмосферы. Она должна быть ненавязчивой, но восприниматься самыми разными слоями общества, разными людьми. Она должна заставлять, именно в Москве, узнать, прочитать, увидеть, услышать, чем-то поинтересоваться, понять. И наша задача – попытаться изменить поведенческие стереотипы и воодушевить людей на созидание. Может, так пафосно звучит, но для нас это важно.

Это несколько общо. Если можно, я хотел бы попросить вас более подробно. // Газета.Ru

Я рассказал принципы. Мне кажется, декларировать, озвучивать принципы, особенно в наше непростое время, – это очень важно. А что касается Года культуры, то мы выбрали для себя три вещи. Так как мы шутим, что Год культуры пройдет в формате 3Д. Это децентрализация, потому что наша задача – чтобы учреждения культуры на периферии, будь то дом культуры, музыкальная школа, библиотека, парк, соответствовали московскому, центральному уровню, все-таки в центре мы много уже сделали. Большая задача – это добрососедство. Это и волонтерские движения, работа с общественными, благотворительными организациями, которые в Москве очень ярко представлены и показывают, что население может тоже взять на себя ответственность и стать соучастниками работы города, местных властей. То есть мы готовы отдать часть своей ответственности городским жителям. И отдельная программа – это детство. Я считаю, что при таком огромном предложении культурных возможностей наша задача – намного слаженней и намного содержательней работать со школами города Москвы, с образовательной системой. Потому что в гонке за ЕГЭ, никого не хочу критиковать, конечно, гуманитарные науки начинают проваливаться.

Если можно, вернемся к трем Д, о которых вы упомянули. Хочу задать более общий вопрос. Нам всем совершенно очевидно, что сейчас происходит в экономике. И совершенно очевидно, что сейчас любой человек, который сидит на государственных деньгах, любой человек, который сидит на частных деньгах, планирует, что он будет секвестрировать в первую очередь. Объемы программы культуры Москвы – они были достаточно большие. И в ходе реализации до 2018 года, понятно, что они могут быть секвестрированы в самое ближайшее время. У вас есть какие-то статьи расходов, которые вы приготовили под секвестр? // Газета.Ru

Мне стыдно перед коллегами по мэрии, но у меня нет ни одного расхода, который секвестрирован. Больше того, с приходом Собянина бюджет на культуру за последние два года увеличился в два раза и не секвестрировался никогда, а только увеличивается. Поэтому у нас ни разу такого не было. И я вот на последнем заседании правительства благодарил Сергея Семеновича от лица всех работников отрасли культуры и, наверное, даже от москвичей.

Больше того, у нас даже выделены дополнительные деньги, в связи с Годом культуры, 180 млн рублей. Даже больше, чем 180 млн. У нас общий-то бюджет совсем гигантский, озвучивать неудобно. Нам выделили около 400 млн на Год культуры еще дополнительно. Потому что Москва – это город, создающий смыслы на всю страну. Мы же много раз с вами обсуждали, что даже тренды в архитектуре, в культуре потом множатся по стране. Поэтому мэрия свою ответственность за культуру города осуществляет. Ну, это очень сложно. Знаете, такая странная вещь с советского периода пошла – федеральные учреждения культуры и городские. Театр «Современник» – муниципальный театр, театр «Ленком» – муниципальный театр. Могу все перечислять. Но ту функцию, которую они осуществляют в развитии театрального дела или в развитии культуры нации, – это, конечно, не региональный уровень, это больше даже, чем российский уровень. Это такая заметная институция на уровне, ну, Европы уж точно. По тому гастрольному графику, приглашению на фестивали этих театров. И многих других, того же «Гоголь-центра».

Децентрализация, добрососедство – это те слова, которые мы слышали и в прошлом году. То есть это, насколько я понимаю, ваша долговременная стратегия. Вы о них говорите как о приоритетах именно на Год культуры. Вы создавали какую-то специальную повестку или вы пустили просто эти средства, о которых вы говорили, на усиление того, что сами уже придумали? // Газета.Ru

Нет, во-первых, у нас всегда есть возможность перераспределить средства внутри системы. Мы их назад не возвращаем. Децентрализация – это то, о чем мы с первого дня говорили, реализовать смогли, на самом деле, со второго года работы. Потому что первый год – это были центральные площадки, центральные парки. В прошлый год это уже были библиотеки. Та же библиотека на Ленинском проспекте – это фактически библиотека уже у МКАД. И следующую задачу мы выбрали совместно с префектами, посмотрев густонаселенные районы, посмотрев провалы, – мы выбрали пять учреждений культуры, это именно дома культуры, которые мы полностью перепрошьем, включая новый ремонт и новое содержание. Мы будем требовать от их руководителей, и думаю, найдем понимание, большее количество охвата населения. Чтобы там было интересно и детям, и взрослым. Это мы и называем децентрализация.

Мне стоит рассказать, какие это дома культуры? Это МКЦ «Зодчий», МКЦ «Онежский», МКЦ «Северное Чертаново», МКЦ «Современник», МКЦ «Дружба». У нас в презентации есть даже улицы. Это все в каждой префектуре, в каждом районе отдельно и поэтому интересно. И то же самое мы делаем по благоустройству парков. Взять, например, тот же парк «Лианозовский», парк «Тушино», который мы делали в прошлом году. Также у нас в этом году есть парк «Садовники», парк «Сиреневый сад», подходы к Олимпийской деревне, Аршиновский парк. То есть это парки, которые не на слуху, но, приложив усилия, это будут заметные уже парки, они станут центральными для Москвы. Туда будут ходить пешком жители, я надеюсь, не на машине ездить. То есть те, кто живет в соседних дворах.

Вы знаете, на самом деле, есть два вопроса от читателей по конкретным объектам. По учреждению культуры МПЦ «Каховка», бывший кинотеатр «Одесса» в Зюзине. Суть вопроса в том, что его закрыли, в ужасном состоянии скульптуры и то, что вокруг находится. И вообще, по поводу района жалуются. В районе пять слабеньких библиотек, книжный магазин. Под лозунгом борьбы с пьянством почему-то перепрофилировали в пивной ресторан, пишет нам, видимо с иронией, читатель. Филиал ДК «ЗИЛ» на Симферопольском, 4, давно уже используется как офисно-торговое учреждение. Управление культуры ЮЗАО здесь рядом, на Каховке, управа и муниципалитет тоже на Каховке. // Газета.Ru

Я разберусь, но думаю, что это не ДК «ЗИЛ». Это, наверное, филиал ДК «ЗИЛ» еще времен завода имени Лихачева, и он, я думаю, не был в структуре городской, просто продали когда-то, и возможно, что там офисы.

– Там, видимо, вообще касается Каховки, потому что все это местные жители пишут.

– Давайте мы отдельно посмотрим эту проблему уже в рамках интервью. А что касается кинотеатров, то кинотеатр «Одесса» — это уже фактически брошенное здание, и сейчас город принял решение продавать эти здания, с сохранением социально-культурной функции. Если бизнес захочет взять кинотеатр и сделать из него кинотеатр, то мы будем только рады. Количество кинотеатров в городе год от года не уменьшается, а увеличивается. У нас, по-моему, сейчас уже 517 экранов. Это, конечно же, и кинотеатры в торговых комплексах, и кинотеатры, которые существуют, оставшись от советского периода. Постепенно их количество все равно растет.

От жителей Марьиной Рощи, видимо, жалоба, по поводу того, что раньше кинотеатр «Гавана» исполняла функцию социального кинотеатра, пишут, 50–80–100 рублей можно было заплатить, посмотреть кино. Решением Путина, как пишут, это стал театр КВН. В районе, я это подтверждаю, как сам бывший житель Марьиной Рощи, нет ни одного бюджетного кинотеатра. Ближайший – это «Космос», и он находится черт-те где, до него нельзя дойти пешком. // Газета.Ru

Еще «Космос», который мы возьмем тоже в разработку, и он будет передан департаменту культуры. То, что касается кинотеатров бюджетных, с бюджетными билетами — у нас есть небольшая возможность своих кинотеатров, но, конечно, они не покрывают своей сетью весь город. Я думаю, что наша задача будет в том, чтобы договариваться, как я не раз уже говорил, с частниками, чтобы они вводили, возвращали систему дневных сеансов, детских билетов и социальных билетов. Потому что, мне кажется, в этой логике может развиваться не только социальная ответственность кинотеатров, но будет и возможность развития кинематографа. Тогда увеличится количество людей, посещающих кинотеатры. Я не помню, рассказывал ли я вам или нет. Мы проводили опрос про кинотеатры. Люди старшего поколения, никого не хотелось обижать, 55, 60 лет, не ходят в современные кинотеатры. И это не вопрос качества кинопоказа. Говорят: это не мое место. Там кальяны, там попкорн.

– Допускаю, что старику, который привык ходить в «Гавану», сложно ходить в «Райкин-плазу» рядом, потому что там надо пройти черт-те что, для того чтобы попасть в этот угол, где идет. Хотя там нормальный кинотеатр.

– Там люди очень конкретно отвечают, что я ощущаю себя самым старым, я ощущаю себя... Первое – это не мое место. То есть для человека кино, для советского человека, – это какой-то выход в свет, это некая форма досуга. И поэтому, конечно, люди переживают, когда происходит с «Гаваной», когда мы закрываем на ремонт кинотеатр «Художественный». Но меняется жизнь. И, соответственно, нам надо будет через, наверное, экономическую мотивацию убеждать людей, что современный кинотеатр – это не страшно. Эта логика, риторика, что люди не ходят в кино, потому что плохие фильмы стали снимать, – она нечестная. И российский кинематограф что-то выдает, и мировой, и европейский кинематограф. Есть фильмы достойные, и по интересам людей любого возраста. Вопрос в том, что мы не видим этого возраста. По-моему, последняя статистика: 12 млн человек ходит в России в кино. И она не растет. Потому что огромное количество, давайте честно, телевизионного продукта по выходным идет. По-моему, кто-то рассказывал, около 50 часов блокбастеров за пятницу-субботу-воскресенье проходит.

– Потому что выгодней продавать на телевидение фильм, чем пускать его в прокат.

– Конечно. Здесь законодательными вещами можно это ограничить. Был кинотеатр «Гавана» или кинотеатр «Эра» в Зеленограде, который закрылся — он был в аренде, по-моему, у «Каро-фильма». Но они отказались, говорят: у нас нет экономики, люди перестали ходить. И вроде Зеленоград такой укомплектованный, почти мини-город.

Можно я немножко сужу этот вопрос? Я сейчас переехал в дом, где находится муниципальный детский кинотеатр — таких, кажется, пять в Москве, и разбросаны они за Третьим кольцом. Нет ли плана развить подведомственный вам ГУК «Москино», чтобы были подобные социальные киноместа? Существуют же социальные парикмахерские, социальные магазины. А социальные кинотеатры? // Газета.Ru

Только «за». Но у нас нет помещений. Все кинотеатры — советского периода. Еще есть на балансе в парках два кинотеатра, «Арктика» и «Владивосток», один в Перовском парке, другой в Бабушкинском. Однозальный кинотеатр, 800 мест. Какой фильм должен быть, чтобы забить этот зал? Разбить зал на несколько невозможно, легче снести кинотеатр и перестроить. Денег у нас таких, конечно, нет. Мы пытаемся в рамках своих возможностей что-то делать — например, показы в той же библиотеке Эйзенштейна, пять кинотеатров в парках в летний период. Мы пытаемся это вернуть, но, не строя помещений, такой возможности нет. Надо начинать глобально работать с прокатчиками и с владельцами кинотеатров, честно могу сказать.

А вот тут вопрос с подковыркой: «У вас каждый год есть сфера любимчиков, раньше это были парки, потом библиотеки. Не пора ли заняться выставочными залами? Некоторые окраинные галереи находятся на очень высоком уровне, при этом, существуя на собственные средства, без помощи города». Ну и многие из них в нынешней экономической ситуации влачат такое существование — «полуэнтузиастическое». // Газета.Ru

Мы не действуем, конечно, по принципу любимчиков и нелюбимчиков. Начинаем с проблем, которые можно быстро решить. По выставочным залам — все московские залы мы объединили в «Выставочные залы Москвы». Раньше это были отдельные юрлица, у каждого была своя самостоятельная культурная творческая программа, и, к сожалению, у кого-то удачная, у кого-то не в лад невпопад.

Таких залов 19. У объединения будет отдельная политика, будет институт кураторов. И тогда мы можем делать выставки, которые будут даже гастролировать по этим площадкам. Потому что все площадки примерно одинаковые. Сначала собирались объединить под «Манежем», но поняли, что это разный масштаб и разные люди должны работать. Кто-то готов большое пространство осваивать, такие как Манеж и выставочный зал «Рабочий и колхозница» на ВДНХ, а кто-то маленькое. Поэтому мы сделали единое объединение. Мы вообще за централизацию. То есть, мы за децентрализацию культуры, но многие вещи лучше централизовать. Так, мы объединяем библиотеки в единую сеть. Потому что культура — она все-таки на человеке держится. И кураторы, идеологи... Мы не можем найти 560, предположим, руководителей библиотек. Нам легче найти одного руководителя, который будет развивать филиалы.

Вы именно в этом вопросе за централизацию. А скажите, есть какие-то места, в которых делается наоборот? Есть галерея «Москворечье», которая, в общем, известна на всю Москву, потому что там очень хорошие кураторы. А есть район Лианозово, который известен Лианозовской школой писателей и поэтов. И есть Беляево, где сейчас появился некий кластер новых художников. Все это - носители районной идентичности, культурной специфики. Вы ее будете стирать этим круговоротом выставок, которые будут ездить с севера на юг? Или будете как-то развивать местную идентичность? // Газета.Ru

Нет. Мы убираем юрлица, но оставляем всех людей там же на местах. У нас будет несколько выставок, которые, как вы говорите, будут осуществлять круговорот. Понятные, качественные, интересные. И все остальное — это будет самостоятельный график работы этих же выставочных залов. Это достаточно все полюбовно прошло. Если бы нас не поддерживали сами же руководители этих выставочных залов, то вы понимаете, что мы бы читали об этом в «Газете.Ru», сами про себя. То есть многие заинтересованы.

Мы вчера проводили совещание по библиотекам. Даже они говорят: давайте объединяться. Жизнь меняется, в том плане, что библиотеке в жилом доме уже непонятно, как функционировать. Нам, может быть, легче делать одну большую библиотеку или читальню — московскую гостиную, и тогда это, может, будет как-то работать. Была модель, в Москве во многих библиотеках она реализовалась, — медиатеки, где вы можете воспользоваться интернетом, поработать... Интернет сейчас стал так дешев, что людям даже ради интернета не надо идти в библиотеку. Наша задача же — человека вытащить к себе, мы конкурируем со всем рынком. И с телевизором, и с футболом, и с шашлыками, и с личным временем. Мы конкурируем за личное время. Поэтому там должно быть интересно. Очень интересно идут лекции, обучение, развитие новых навыков. Почему мы делаем про детство — потому что мы надеемся, что с ребенком придет бабушка, придут родители и мы втянем их в эту историю. Почему много таких ночных акций? Не только потому, что они модные. Только на «Ночь в музее» 1 миллион 300 тысяч человек пришло в прошлом году, это рекорд для всей Европы, — и Восточной, и Западной. Почему — потому что у москвича не очень много времени. Ему говорят: работай круглые сутки. Почему мы продлили один день в неделю работу наших музеев до девяти вечера? Потому что у людей времени нет, они работают.

В одном из ваших интервью, кажется, в журнале «Афиша», вас спросили о том, какие у вас были неудачи и провалы. И вы сказали, что у вас очень туго идет эксперимент с превращением ДК в культурные центры. Вопрос от нас - существует огромный класс или пласт руководителей вот этих домов культуры, которые представляют собой мощнейший консервативный фронт сопротивления. И неудачи неудачами, а вы продолжаете там работать? Вы с ними воюете или договариваетесь? // Газета.Ru

Конечно. Очень сложная у них задача. Сложнее, чем в любом другом учреждении. Они же работают на определенную часть населения и дают им некий продукт, который устраивает и потребителя, и руководителя. Почему устраивает — потому что конкуренции нет. Мы занимаемся, образно говоря, наукой или научным кружком. И он проходит на каком-то среднем или ниже среднего уровня. Но если дать в соседней комнате альтернативу, тогда и будет видно, что интересно, а что нет. Наша задача — сделать конкуренцию и предоставить еще дополнительные услуги. Этот опыт мы прошли два года назад...

То есть надо запустить параллельную структуру.

...как было два года назад в культурном центре «ЗИЛ». Надо просто дать больше предложений.

Хорошо. Вот есть, допустим, в Бибирево ДК «Смена». У него как бы какой-то абсолютно старый сайт, и абсолютно советский набор развлечений, который как бы может понравиться тому, кто ностальгирует по СССР. // Газета.Ru

Но он тоже востребован, этот набор развлечений, который остался от лекал Советского Союза, по которым они живут.

Хорошо. Тогда, исходя из этого, может быть, делать такие старые ДК, а не ставить эксперименты, как это было в Текстильщиках тех же самых?

Мы сейчас уже не ставим эксперименты. Мы обкатали технологии на примере Дома культуры «ЗИЛ». Это был пилотный, заметный проект. Он был очень понятно построен и сформулирован. Его строили братья Васнецовы. 210 тысяч человек его должны посещать. Они же строили, исходя из архитектурных норм. Потому что завод и все-все-все, количество жителей. Ходило 64 тысячи человек. Дальше ты садишься, и начинаешь смотреть, где у тебя излишки помещений, их надо отремонтировать и пустить людей. Надо выгнать арендаторов. У нас в огромном количестве ДК были арендаторы — не только владельцы офисов. Кто-то учит танцам и берет за это деньги. Логичный вопрос: почему мы кому-то сдаем помещение за деньги, почему не можем нанять человека, который он осуществлял ту же самую услуг. Либо тот, кому мы сдаем, может не платить арендную плату. Он, например, может предложить следующее: 50 человек я буду бесплатно обучать, а еще 50, за деньги по таким пропорциям. Но вы мне за это дайте танцевальный зал. Это вот такая система. Я не прихожу в ДК, в отличие от парка, театра, чтобы меня развлекали. Я прихожу и хочу получить какую-то услугу. Но для этого надо изучить общество как минимум близлежащий район, что мы и хотим.

В том же ДК «ЗИЛ» на «ура» идут лекции и кружок автомобильного дизайна. Приходят ветераны ЗИЛа, конструкторы, они рассказывают, показывают чертежи. Дети счастливы. В этом районе замечательно пошли все программы Политехнического музея. Потому что там есть техническая интеллигенция. Она, может, сейчас уже не техническая. Не знаю. Мой дедушка работал на ЗИЛе, в том районе все равно основной костяк остался. Но в Северном Тушино, вообще в районе Тушино, есть два крупных предприятия Рособоронэкспорта, одно делало двигатели, другое участвовало в авиастроении. Невозможно быть уникальным. Поэтому мы делим программы на четыре, три части. Везде по-разному. Это арт, художественная какая-то составляющая, наука — будь то лекции, библиотека, кружки научные. Дальше — личностное развитие. Оно тоже разное — лекционная работа, кружки. И эстетическое развитие — это танец, и так далее. У нас в каждом ДК где-то около четырех направлений должно присутствовать. Дальше — вопрос качества, и кто это делает. Это технология. Вот так вот мы умеем делать.

Вот вы говорили: обкатали на ДК «ЗИЛ». У меня, как у человека, который координирует отдел, в который стекается много информации, было ощущение, прости, я не хочу сейчас наговорить гадостей... Но все же, что ДК «ЗИЛ» был и остался, действительно, единственным удачным и классным примером. Это можно посмотреть по тому, как выросли те люди в карьерном смысле. И что во многом он, работая с местными населением, был с городской претензией. Притягивал к себе со всего города, — там театр, одно, другое, пятое, десятое. А в случае с остальными ДК, вы говорите о работе как бы внутри маленьких конкретных райончиков. Я сам вас спрашивал про районную идентичность. А теперь хочу спросить: у этих ДК будет какая-то конкуренция за внимание к себе городского жителя? Или они просто ради досуга на районе? // Газета.Ru

Мы живем не в вакууме. Почему изначально ДК «ЗИЛ» был пилотным проектом. К нему очень удобная транспортная инфраструктура, и рядом большой жилой массив. Ты уже имеешь постоянную публику, и к тебе легко доехать, даже и на автомобиле, и на метро, честно. Поэтому они активно работают во внешнюю среду. У нас же это проблема — работа наших учреждений во внешнюю среду. Информировать о своей деятельности, приманивать, заманивать, убеждать. Рекламировать себя, рассказывать о себе. Поэтому они активно это делают.

Есть такой культурный центр «Москвич». Там очень внятный директор, недавно назначенный. Он был когда-то, насколько я помню его карьерный рост, директором Театра наций, потом чуть ли не министром культуры Нижегородской области, сейчас вернулся. И работа, честно, там идет огромнейшая. Там и Игорь Бутман выступает, джазовые вечера, и тот же «Цех», там был театральный фестиваль всех молодых режиссеров. Вопрос в том, что он находится в Текстильщиках, что вы туда не доедете никогда. Москва очень большая, мы поэтому говорим, что мы не в вакууме, — им не надо в «Газету.Ru» писать, или, вообще, завести страницу в фейсбуке. У них своя история, они знают, как близлежащий район, а это миллион человек, на себя замкнуть. У Парка Горького всегда будет больше посетителей. У него, по-моему, три миллиона...

Он центральный Парк культуры.

Да. И «Сокольники» тоже центральный, он так называется. И «Измайлово». Три парка. Но «Сокольники», так как окружен жилым массивом, у него, по-моему, посещаемость до ремонта доходила до четырех миллионов человек. Потому что люди ходят в этот парк как в придворовую территорию. И в Текстильщиках люди всегда ходили в него. Он главная культурная площадка. Внутри него даже есть магазины, лавочки, где можно купить что-то, знаете, для детей, для творчества, — фломастеры, карандаши, костюмы для танцев. Потому что больше в Текстильщиках негде это купить. Поэтому культурный центр выполняет эту функцию тоже.

Сергей Александрович, складывается ощущение, что в этом сезоне начатые вами интенсивные театральные реформы пошли на убыль. Так ли это и с чем это связано? Скажите, пожалуйста, будет ли в итоге открыта Кафедра Анатолия Васильева? Почему на должность художественного руководителя театра «Сфера» не было объявлено открытого конкурса и на нее был назначен Александр Коршунов, который будет продолжать прежнюю репертуарную политику, хотя очевидно, что это давно уже один из самых незаметных коллективов на театральной карте Москвы?

Будут ли департаментом выработаны единые критерии назначения режиссеров на должности художественных руководителей? Пока где-то назначается новый худрук, который реформирует театр, где-то — новый худрук, который ничего не меняет, где-то объявляется конкурс. Но единого и осмысленного подхода так и нет. Знаете ли вы, что пришедшей в Театр на Таганке «Группе юбилейного года» чинятся серьезные препятствия не только со стороны труппы и сотрудников театра, но и со стороны нового руководства, которое не выполняет договоренности (можно вспомнить преждевременный и не согласованный с авторами демонтаж выставки «Попытка альтернативы») и всячески усложняет работу команде выпускников ШТЛ? Каково ваше к этому отношение? // Александр

Отвечаю. Вопрос хорошо проработан. Было обращение артистов театра «Сфера», которые рекомендовали данную кандидатуру на роль руководителя театра. Есть отдельный проект развития «Сферы», вот с ребятами из «Школы театрального лидера». И новый руководитель нашел с ними контакт, и я думаю, что постепенно это пойдет. Это вот, понимаете, сразу невозможно, это театр. Это мы еще через два года, может, услышим, а может, и не получится.

Там, видимо, имеется в виду, что выставку сняли раньше времени...

Нет, я рассказываю про «Сферу» пока, там отдельная история. По Таганке. Любимовская Таганка, времен Высоцкого, Смехова, — ее уже нет, давайте честно. Есть или формируется новый театр. Формируется непросто, тяжело. Наша задача — в этом году подвести черту и отпраздновать юбилей театра. У нас запланированы гастроли, и по России, и во Франции.

Это «Группа юбилейного года» будет делать?

Конечно, да. А дальше — мы будем ремонтировать театр. Мы будем думать, что делать. Вот и все. Невозможно при живом Любимове, при непростых отношениях всех внутри, вот это сделать так быстро, как это удалось бы в Театре Ермоловой, в «Гоголь-центре» и так далее. Это тяжелый, сложный, многоуровневый коллектив, который быстро не хочет, не может, не умеет. Этот коллектив выгнал Юрия Петровича Любимова, не моргнув глазом, девять дней еще не прошло после смерти Золотухина, уже те же самые люди на пресс-конференции звали Любимова назад. Юрий Петрович совершенно правильно принял решение не идти туда, хотя и я его уговаривал. Это уже непростая история. Директор, как может, старается балансировать и выдерживать эту ситуацию. Причем мы его усиленно поддерживаем.

В свое время у некоторых из «Группы юбилейного года» буквально руки опускались, в связи с тем что новое руководство играло в дипломатию, а противодействие со стороны труппы было фантастическим. Там, в общем, беспрецедентный уровень напряжения, я бы так сказал. // Газета.Ru

Ну, это же все связано из того, что я говорил. Юбилейный год. Есть бодрый, могучий и внятный бывший главный режиссер в виде Любимова, который тоже существует, к которому всегда апеллирует одна часть, а другая его проклинает. Я не говорю про артистов, я про труппу. И много межличностных конфликтов. Новый, но сильный очень директор. И молодые ребята, молодые не по возрасту, а туда десантирующие или высаженные. И это процесс, конечно, не простой, он быстрым не будет. Эта ситуация — она неизменяема, пока. Это вопрос терпения и опыта. Я думаю, что ребята из «Школы театрального лидера» — для них это уникальный опыт. Точно они не пропадут, и точно что-то интересное в культурной жизни Москвы и театральной мы с ними сделаем. Вы знаете, попытка определить будущее сегодня, вот при этой ситуации, еще юбилейным годом, которым размахивают как флагом на баррикадах, невозможно.

Спрашивают про другого мэтра, про Анатолия Александровича Васильева. Спрашивают про ремонт на Поварской, видимо, зная о том, что вы занимаетесь этим вопросом. // Газета.Ru

Я очень давно и долго общаюсь с Анатолием Александровичем Васильевым. Я предлагал ему, еще тогда министром культуры был Авдеев, который меня с ним познакомил, вернуться в театр на Сретенку, он отказался. И сейчас уже нет смысла возвращаться, потому что театр на Сретенке уже имеет три лаборатории — лабораторию Яцко, лабораторию Крымова и еще одну, пластическую. Это уже другая история. Дальше мы начали обсуждать Поварскую. Но дело в том, что результаты этого проекта выглядят так, что Анатолий Александрович хочет создать учебное заведение, наверное, даже высшее учебное заведение. Но даже по уставу города, по закону, невозможно, чтобы муниципалитет, даже федеральный город владел или создал федеральное учреждение.

У вас нет разве музыкальных училищ каких-то...

Высших учебных заведений нет, мы все передали на федеральный уровень. Дальше что происходит. Объем финансирования Поварской, вот этих шести квартир, 1000 кв. м — около 200 млн рублей, и финансирование потом этого учреждения — 100 млн рублей.

Это планы или текущая ситуация?

Это планы. Вот из той работы, которую мы профинансировали, которую делал Анатолий Александрович, привлекая людей. Чтобы создать эту лабораторию, надо заплатить такие деньги. Больше надо перестроить Поварскую, ну, по планам Анатолия Александровича. Но уже законодательство российское изменилось так, что невозможно перестроить шесть квартир в жилом доме и сделать это театром. Там против все жильцы, там ТСЖ, там совершенно другая история.

То есть это жилой фонд?

Конечно. Нет, наши квартиры — не жилой фонд. А остальные — это жилой фонд. Там живут от крупных предпринимателей до послов стран НАТО. Это заметное место. На той площадке это сделать невозможно. Как дальше с Анатолием Александровичем из этой ситуации выйти и в каком формате его найти, я не знаю. Потому что он человек сложный, непростой, он хотел бы быть первым лицом где-то. А где — у меня пока нет такой возможности. Я совершенно честно, как на духу.

Я могу предложить только то, что могу. То есть у меня другого предложения нет. Театр на Сретенке мы помним, как появился. Юрий Михайлович Лужков его взял и построил. У нас нет такой возможности сейчас. У нас просто даже земли нет, где это строить.

Cергей, можно ли обязать все театры, находящиеся в Москве, объединить в систему «электронный билет»? Они все так или иначе завязаны на город — на льготную аренду, услуги ЖКХ, и если с небольшими театрами нет проблем, самые богатые и популярные театры, «отжавшие от города по максимуму», как раз избегают «электронного билета». Либо под «электронный билет» дают мало мест, т.к. он минимизирует почву для спекуляции на популярные спектакли. // Евгений

По закону — нет. Но, вообще, единый билет, и создание единого билетного хозяйства выгодно только департаменту культуры. Всем остальным это невыгодно. Потому что вы понимаете, что вокруг билетов, спектаклей, премьер, аншлаговых спектаклей кормится и задействовано столько людей, что это отдельный рынок. Мы его пытаемся сейчас причесать хотя бы, чтобы это было прозрачно.

Нескучный сад, любимое многими место спокойного отдыха на природе, превращается в спортивный объект — там есть футбольное поле, спортивная площадка, панда-парк и другие спортивные объекты. Крошечный прудик в прошлом году был изуродован громадными конструкциями для чего-то отдаленно напоминающего вейкборд. Дорожки все чаще перекрывают для забегов, участие в которых является платным. Весь подлесок вырублен, стало очень шумно. Сохраните Нескучный сад как уникальный природный объект — ведь так не хватает в Москве именно природы. Для массово-развлекательных мероприятий есть Парк Горького и другие площадки, для спортивных — существуют спортивные комплексы. Если их не хватает — стройте новые в других местах. Оставьте место для тех, кто хочет просто отдохнуть на природе. То же самое касается Воробьевых гор — сохраните их природу. Я сама занимаюсь спортом и не против строительства спортивных объектов, но не за счет последних уцелевших тихих зеленых мест в центре города.

Также добавлю еще несколько частных вопросов. Просят убрать безобразные, как пишут читатели, буквы «Весна не за горами» на смотровой площадке МГУ. А также спрашивают, почему в Парке Горького, вы уж извините ради бога, по старой памяти, вас все будут спрашивать, туалеты работают до 11, а парк работает круглосуточно? И в чем логика: после 11 тебе нужно в кусты? // Елена

На все эти вопросы очень легко ответить, даже если бы я не руководил в прошлом Парком Горького или каким-либо другим парком. Нескучный сад — там нет ни одного спортивного объекта, который появился вне истории Нескучного сада. Там есть футбольное поле, которое построили в 1946 году военные, которые лечились в Первой градской больнице, и мы его восстановили. Там есть теннисные корты Академии наук, которые мы тоже восстановили. Там есть шахматный клуб Академии наук. И есть площадка для настольного тенниса, которая всегда была легендарная, а сейчас, мне кажется, стала визитной карточкой Москвы в чем-то. И есть турники, которые мы тоже сделали. Там нет ни одного объекта, который мы придумали или захотели сделать. Потому что Нескучный сад — памятник садово-паркового искусства и особо охраняемая природная зона. По поводу Воробьевых гор. Воробьевы горы — очень красивое название, очень красивое место, но никто не помнит, что там нет освещения. Что днем там симпатично, и летом, наверное, тоже, а нет ни одного фонаря.

А их там нельзя ставить?

Их можно ставить, просто они разрушились, и никто новые не построил. В этом году мы будем это делать. То, что там аварийные трамплины, которые не функционируют, тоже никто не замечает. И с ними тоже придется что-то рано или поздно делать. И то, что мы благоустроим Воробьевы горы, волноваться не стоит. Мы именно благоустроим так, по экспертизе, вместе... На Воробьевых горах установлена надпись «Весна не за горами». Она еще не окончена, к 8 Марта она будет украшена мимозой. И это такое поздравление. Эти же буквы не из бетона, их собрали на три дня и через три дня разберут. Я сам к чему-то отношусь очень сакрально, а к вещам, которые на три дня, я бы всем рекомендовал относиться легче, с улыбкой. Это же наш город. Весна не за горами, не за Воробьевыми горами, скоро весна. Я вам честно скажу, что уже буквально в ближайшие дни будет +7, +8. Город уже соскучился по весне. Мы готовим большую Пасху, и месячный субботник будет, и концертная программа. Ну, правда, все соскучились. У нас зима была и не снежная, и невнятная. Что плохого, что такая надпись появилась. Она же не бросается в глаза. Она незаметная, в таком понимании. Она же не сделана из стекла и бетона. Это легкая такая шутка.

Это привет Перми, где было счастье не за горами.

Счастье в Перми так и не наступило, но весна в Москве точно будет. А по поводу туалетов в парке — мы открывались, когда туалеты, правда, были круглосуточные. Давайте быть объективными: ночью другая публика или разная публика может оказаться в парке. У нас люди в туалете засыпали, у нас выпившие люди громили сантехнику, у нас люди в туалетах употребляли наркотики. Варианта два. Либо поставить видеокамеры и охрану, чтобы за этим смотрела, что я считаю некорректным. Либо на ночь закрывать. Но здесь читатель не до конца прав, хотя это, наверное, тоже наша недоработка. Надо спросить у охраны, там есть два туалета, которые работают. Ну, на весь парк. Мы большую часть закрываем. Но я объяснил, в силу каких причин. В силу безопасности. Это же парк — пешеходный маршрут, мы много с вами на эту тему говорили. Это зеркало общества. Хотите жить как в Европе — живите как в Европе. Не кидайте сигареты, бутылки мимо урны. Ни в одном европейском парке нет столько охраны, сколько у нас в Центральном парке Горького.

В Москве нет урн.

В Парке Горького они есть, я же говорю про парк. Поэтому здесь ситуация такая, что мы вынуждены подстраиваться. У нас одна альтернатива: либо у нас что-то случится, либо мы закрыли и показали направление.

Когда я бываю в городах Западной Европы, мне нравится там то, что по городу на маленьких площадях разбросаны местечковые мини-ярмарки. Стоит пара палаток по продаже сыра, сосисок жареных, вина, меда и рядом лавочки — перекусить. Я так понимаю, что это местные производители привозят свой товар. По-моему, было бы замечательно увидеть подобное в Москве. // Александр

Классная идея. Отвечаю. Потому что когда вы бываете в Европе, тот сыр и сосиски, которые там продают, это сделали люди, которые живут в пригороде этих маленьких городов.

У нас мало совхозов?

Много, но они не работают. Кто там делает сосиски и сыр? Но я не шучу, на самом деле. Но опыт ярмарок, конечно же, у нас есть. У нас сейчас будет уже пасхальная ярмарка, рождественскую ярмарку мы сделали интересную. У нас, вообще, отсутствует как класс мелкий лавочник. Что огромная проблема.

Вы посмотрите на фудмаркеты, которые в загончиках каждый раз.

Мы же это и делаем. И в Парке Горького у нас нет сетевиков. Мы где-то их выискиваем, ловим, заманиваем в других парках. Потому что это совершенно ручная работа. И наша-то задача — чтобы такие люди развивались. Когда их будет больше — тогда и будет ярмарка. Каждый из нас давно или недавно был на городском рынке. Ну, кто торгует? Совершенно разные люди. Мы не видим крестьян.

Наша бывшая сотрудница, замечательный обозреватель по вопросам церкви Даша Загвоздина как раз организовала собственный кооператив под названием «Дашины пирожки». // Газета.Ru

Если бы класс частных предпринимателей рос, то и город был бы другой.

Мне кажется, для многих это разновидность и деятельности, и некоторого досуга. Некоторые это сочетают с какой-то другой деятельностью.

Да, но главное, чтобы эта деятельность и досуг приносил доход, на который ты можешь жить.

Эта культура, она будет как-то развиваться дальше или нет? Уже мы видим ее, например, на Патриарших прудах...

На прудах, на фудмаркетах... Это делается в парках. Она, конечно, будет развиваться. Но это история снизу. Эти люди должны стать классом. Серьезно.

Если им сейчас не помочь, мне кажется, они не станут.

Так мы им пытаемся помочь. Мы тащим их на Масленицу. Кто стоит — это же мы даем домики. Они заходят — мы ни копейки не берем. Ребятки с самоваром пришли, блины из шпината делают, мама с дочерью вафли печет. Только так. Мы их видим. Их, может быть, больше, чем мы их видим. Но кого можем — везде куда-то тащим.

Когда завершатся работы в парке Останкино? Очень долго и нудно все тянется, у нас де-факто отняли парк. Я живу в районе Марфино, сейчас закрыты одновременно федеральный Ботанический сад на ремонт, да еще и Останкино перекопано. Дайте воздух, дайте погулять!

И еще вопрос от редакции. Мы примерно каждый год с вами разговариваем про то, что вот к городу переходит ВДНХ, выставочный центр, и так далее. Я думаю, что регулярно многие наши читатели бывают с детьми, без детей, и так далее. Все-таки, что там происходит? // Ангелина

Ну, случилось наконец то, о чем мы несколько лет разговариваем, — пакет акций ГАО «ВВЦ» из федеральной собственности передан в собственность города Москвы. Теперь, со всеми стандартами московского паркового благоустройства, мы, как город, туда десантируемся и начнем и благоустройство, и вывод торговли, и много-много чего. Я бы даже вам рекомендовал, как журналистам, сейчас поехать посмотреть, что там происходит на ВВЦ.

А что там происходит? Там происходит какой-то глобальный ремонт?

Нет, там как раз никакого глобального ремонта не происходит. Просто происходит полное отсутствие советской власти, если так можно сказать.

Там такая веселая анархия. Я там был на «Парк-лайф» летом.

Да. Вот наша задача — сделать это не веселой анархией, а системной общественной парковой территорией, которая принадлежит всем россиянам. С ВВЦ же самое обидное то, что это историческая память. Это же выставка достижений народного хозяйства. Ею тогда гордились, да и сейчас нам есть чем гордиться. И этот тренд надо развивать, а не выставку гробов там устраивать, что там тоже существует. Или музей пьянства.

А что все-таки с парком Останкино, который там рядом? // Газета.Ru

Парк Останкино реконструируется. Долго, нудно. Потому что мало того, что это особо охраняемая зона, это тоже памятник садово-паркового искусства. За год его точно невозможно сделать. И мы надеемся к июлю, но всегда надо на строителей закладываться, к сентябрю он будет сделан окончательно. И мы его закончим. Больше того, мы будем рассматривать территорию ВВЦ и Останкино как единую прогулочную зону.

Если можно, такую «шпильку» в конце. Просто когда мы говорим с вами про определенные сферы, например социальное кино, вы говорите о том, что нет денег, такой возможности, мы не можем менять сложившуюся инфраструктуру, и так далее. ВВЦ, чтобы его переделать по тем высоким стандартам, которые там разрабатывались, экспортировались, были успешно применены во многих парках, — недешевая затея. То есть у нас есть деньги на парки, нет денег на социальный кинотеатр. // Газета.Ru

Я по-другому скажу. ВВЦ, кроме уникальной территории, это еще наличие павильонов. Павильоны разные, от «Нефтегазовой промышленности», павильона «Космос» и другие, которые не требуют, как я надеюсь, на сегодняшний момент, большого вложения бюджетных средств. Эти павильоны можно раздать нескучным и современным людям. Если вы не знаете, то в июле, по-моему, уже откроется там политехнический музей, павильон. Город возьмет и сделает только благоустройство, освещение, безопасность, озеленение и реставрацию уникальных объектов. Таких, как фонтан. То есть ВВЦ можно развивать по принципу государственно-частного партнерства.

Кинотеатры социальные ты не можешь развивать по принципу государственно-частного партнерства, объясню, почему. Ты можешь приходить в готовые кинотеатры и с владельцами уже договариваться в рамках государственно-частного партнерства, чтобы они делали детские билеты, социальные показы и так далее. А ВВЦ надо рассматривать как отдельный такой вот город внутри города. Он живет по другим функциям. На вложенные деньги там есть финансовая отдача. Так же, как на вложенные деньги в парки города тоже есть финансовая отдача. На вложенные деньги в театры города есть финансовая отдача. Наша отрасль, как бы ни говорили, 11 млн рублей в год зарабатывает. Нас иногда как бы шпыняют по федеральному каналу, сколько мы тратим на культуру. Но культура и зарабатывает: люди платят за билеты, люди платят за воду в парке. Мы живем-то в рынке.

Если можно, последний вопрос от меня, который интересует лично меня. Что все-таки на Год культуры можно делать на том уровне, о котором мы говорили сегодня? В рамках политики децентрализации или в рамках театров, в рамках, в общем, деятельности департамента культуры. Чтобы мы максимально могли с помощью культуры профилактировать такие разные социальные явления, как Бирюлево и как стрельба в Отрадном? Что мы можем делать на уровне района, на уровне города, на уровне департамента культуры... // Газета.Ru

Это образование — детское, эстетическое. Мне кажется, воспитанный и интеллигентный ребенок, подросток, человек — он чувствует другого человека больше, чем обиженный, злой и маловоспитанный человек. Поэтому для нас так важно детское образование. Второе, конечно же, в плотно населенных районах, таких как Бирюлево, — эти пять ДК. В Бирюлеве это ДК «Дружба». Мы его берем и делаем в этом году. Потому что это должно стать точкой развития. Потому что урбанисты говорят: чтобы не повторялось Бирюлево, нужны какие-то культурные центры. Вопрос в том, что они говорят, что даже большой торговый центр может являться этим культурным центром, а не овощебаза. Это же проблема от отсутствия мест, где собраться. И отсутствия коммуникаций между разными членами общества. В этом районе живет много людей. Но они своих не видят. Потому что человек как в метро бежит к работе, ну, он видит большую группу выходцев с определенных южных окраин российской империи. Наверное, даже так, их много. И потом, достаточно одной спички. Преступление же было бытовое, в широком понимании, оно же не межнациональное. И когда это все вспыхивает...

Мы же понимаем, как толпа ведет себя, — она ведет себя примерно одинаково, что на Болотной, что на Поклонной. Толпу легко колыхнуть. Люди на этих митингах видят своих. Это я говорю как человек, который был и на тех, и на тех митингах. И здесь так же: люди начинают движуху — и пошло народное волнение. Это другая история. После парков мне это понятно. Люди в парках тоже ходят своих увидеть. И это разная совершенно публика, и ничего в этом страшного нет. Это только профилактика. Профилактика через культуру, через общение, через точки активности и через большую работу в школах. Вы же об этом много и часто пишете. То есть я же об этом нового ничего не скажу. Это не одного года работа.

Когда есть городской министр культуры, всегда приятно его об этом лишний раз спросить. Спасибо большое. Мы заканчиваем онлайн-интервью. Спасибо за внимание. // Газета.Ru

Спасибо вам.


14

Нескучный сад, любимое многими место спокойного отдыха на природе, превращается в спортивный объект — там есть футбольное поле, спортивная площадка, панда-парк и другие спортивные объекты. Крошечный прудик в прошлом году был изуродован громадными конструкциями для чего-то отдаленно напоминающего вейкборд. Дорожки все чаще перекрывают для забегов, участие в которых является платным. Весь подлесок вырублен, стало очень шумно. Сохраните Нескучный сад как уникальный природный объект — ведь так не хватает в Москве именно природы. Для массово-развлекательных мероприятий есть Парк Горького и другие площадки, для спортивных — существуют спортивные комплексы. Если их не хватает — стройте новые в других местах. Оставьте место для тех, кто хочет просто отдохнуть на природе. То же самое касается Воробьевых гор — сохраните их природу. Я сама занимаюсь спортом и не против строительства спортивных объектов, но не за счет последних уцелевших тихих зеленых мест в центре города. Также добавлю еще несколько частных вопросов. Просят убрать безобразные, как пишут читатели, буквы «Весна не за горами» на смотровой площадке МГУ. А также спрашивают, почему в Парке Горького, вы уж извините ради бога, по старой памяти, вас все будут спрашивать, туалеты работают до 11, а парк работает круглосуточно? И в чем логика: после 11 тебе нужно в кусты? // Елена


13

Когда я бываю в городах Западной Европы, мне нравится там то, что по городу на маленьких площадях разбросаны местечковые мини-ярмарки. Стоит пара палаток по продаже сыра, сосисок жареных, вина, меда и рядом лавочки — перекусить. Я так понимаю, что это местные производители привозят свой товар. По-моему, было бы замечательно увидеть подобное в Москве. // Александр


12

Добрый день. Решением Путина любимый студентами кинотеатр Гавана, в котором билеты для всех стоили 50-80-120 руб.передали КВН. Гавана была любимой меккой для студентов, пенсионеров, льготников, да и просто любителей сэкономить, ведь за малые деньги можно было посмотреть все топовые фильмы, т.к. кинотеатром управляла одна из известных сетей, а город дотировал показы. Можно ли вернуться к этой практике и вернуть на Северо-Востоке Москвы или ближе к центру такой социальный кинотеатр, давайте сохранять лучшее что было, концепция кинотеатра Гавана объединяла и стар, и млад, где в одной среди комфортно было людям разных возрастов. Будет здорово, если в Москве вновь появится кинотеатр с названием Гавана, где будет по-кубински легко, дешево, просто. // Ангелина


11

У вас каждый год есть сфера-любимчик. Раньше это были парки, потом библиотеки, не пора ли заняться выставочными залами? Некоторые окраинные галереи находятся на высоком уровне, при этом существуя только на собственные средства, без помощи города. // Олег Аврамов


10

В Москве существует программа развития культуры до 2018 года, на федеральном уровне - похожий документ. Теперь добавился еще и целый год культуры. Он дополняет эти программы или это отдельное мероприятие, никак с ними не связанное и не пересекающееся? Сколько денег в бюджет департамента добавит этот год? // Игорь


9

Ответьте честно, в связи с экономической ситуацией - какие из инноваций поставлены “в лист ожидания” или вовсе подготовлены к замораживанию? // Анастасия


8

Почему туалеты в парке горького работают только до 11, хотя парк работает круглосуточно? В чём логика? В том, что после 11 нужно в кусты? Так ли это? // Андрей


7

Уже не первый год не решается вопрос о ремонте помещения театра на Поварской и возвращения его А.А.Васильеву. Вы пригласили и убедили Анатолия Васильева вернуться в Россию для продолжения его деятельности. На сегодня там - законсервированная разруха. Уникальный режиссер, уникальное пространство - режиссер в России безработный, пространство уничтожено. Когда наконец проблема с Поварской будет решена? Когда А.Васильев наконец сможет вернуться в Российское театральное и педагогическое пространство?! // Адель


6

Уберите, пожалуйста, безобразные буквы «Весна не за горами» на смотровой площадке МГУ. Это пошло и бессмысленно. Кроме того, дайте указание убрать реагент и грязь с газонов Партера МГУ. Пожалуйста, оставьте нам нашу Москву. // Ирина


5

Сергей Александрович, складывается ощущение, что в этом сезоне начатые вами интенсивные театральные реформы пошли на убыль. Так ли это и с чем это связано? Скажите, пожалуйста, будет ли в итоге открыта Кафедра Анатолия Васильева? Почему на должность художественного руководителя театра «Сфера» не было объявлено открытого конкурса и на нее был назначен Александр Коршунов, который будет продолжать прежнюю репертуарную политику, хотя очевидно, что это давно уже один из самых незаметных коллективов на театральной карте Москвы?

Будут ли департаментом выработаны единые критерии назначения режиссеров на должности художественных руководителей? Пока где-то назначается новый худрук, который реформирует театр, где-то — новый худрук, который ничего не меняет, где-то объявляется конкурс. Но единого и осмысленного подхода так и нет. Знаете ли вы, что пришедшей в Театр на Таганке «Группе юбилейного года» чинятся серьезные препятствия не только со стороны труппы и сотрудников театра, но и со стороны нового руководства, которое не выполняет договоренности (можно вспомнить преждевременный и не согласованный с авторами демонтаж выставки «Попытка альтернативы») и всячески усложняет работу команде выпускников ШТЛ? Каково ваше к этому отношение? // Александр


4

Здравствуйте! С одной стороны хочу отметить, что меня радуют усилия департамента культуры по развитию культурной программы города, в частности создание Гоголь - центра и других площадок для развития самого разнообразного творчества. С другой стороны вызывает большое беспокойство явно излишнее рвение в вопросах благоустройства территорий, в частности парков и скверов, что приводит как к трате миллионов денег, так и к ущербу для природы. В результате «движение к цивилизации» город теряет экологию и естнественную природу - вместо живописных лугов с многообразием цветов и растений появляются мертвые однотипные газоны с постоянным выкашиванием, по паркам прокладываются ненужные дороги с вырубкой и повреждением деревьев и т.д., по скверам убирается листва, лишая деревья естественного удобрения, сыпятся вредные реагенты и т.д. Очень хотелось бы, чтобы развитие культуры не шло в ущерб природе, не приводило к гибели естественных экосистем. Знаю, что сейчас большое количество парков передается в департамент культуры, очень надеюсь, что там разнообразится концертная и развлекательная программа, но при этом не будет нанесен вред природе и прекрасные живописные луга парков не превратятся в примитивные рулоны с газоном... Убежден, что развитие культуры и подлинной цивилизации вполне сочетается с бережным отношением к природе. С уважением, Андрей // Андрей


3

Когда завершатся работы в парке Останкино? Очень долго и нудно все тянется, у нас де-факто отняли парк. Я живу в районе Марфино, сейчас закрыты одновременно федеральный Ботанический сад на ремонт, да еще и Останкино перекопано. Дайте воздух, дайте погулять! И еще вопрос от редакции. Мы примерно каждый год с вами разговариваем про то, что вот к городу переходит ВДНХ, выставочный центр, и так далее. Я думаю, что регулярно многие наши читатели бывают с детьми, без детей, и так далее. Все-таки, что там происходит? // Ангелина


2

Здравствуйте! Скажите пожалуйста каким образом будет использоваться как учреждение культуры МПЦ(ранее с 1967г до 1999г работал кинотеатр «Одесса») по ул.Каховка.23 в Зюзино? Когда принималось решение о его реконструкции в 2010г, префектура ЮЗАО, в лице тогдашнего префекта Челышева В., обещала, что после реконструкции к-р Одесса будет работать и для досуга жителей района!? Напротив МПЦ стоит заброшенный памятник(судя по всему реплика) без названия и имен авторов. Перед главным входом хоть и небольшая, но удобная небольшая площадь, которая используется под парковку сотрудников и клиентов Сбер.банка. А можно использовать как вернисаж, выступление музыкальных оркестров, например 9мая. В фойе м.Каховская расположены барельефы безвременно ушедшего выдающегося скульптора Людмилы Сошинской.Ее творческое наследие судя по печати бесхозно. Можно было бы, часть ее работ выставить в холле МПЦ. В районе 5 слабеньких библиотек, книжный магазин на Каховке дом 19корп1 под лозунгом борьбы с пьянством перепрофилировали в октябре 2009г в пивной ресторан «Хмельноф» и продуктовый рынок. Филиал ДК Зил на Симферопоьском, 4 давно уже используется так же, как офисно-торговое учреждение. Зато управление культуры ЮЗАО здесь рядом, на Каховке 21к3, и управа и муниципалитет на Каховке 12. Спасибо. Олег. // Олег


1

Cергей, можно ли обязать все театры, находящиеся в Москве, объединить в систему «электронный билет»? Они все так или иначе завязаны на город — на льготную аренду, услуги ЖКХ, и если с небольшими театрами нет проблем, самые богатые и популярные театры, «отжавшие от города по максимуму», как раз избегают «электронного билета». Либо под «электронный билет» дают мало мест, т.к. он минимизирует почву для спекуляции на популярные спектакли. // Евгений

  • Livejournal

Все интервью

Главное сегодня