Пенсионный советник
`

Призраки Лувра

В прокате «Франкофония» Александра Сокурова

Ярослав Забалуев 21.03.2016, 09:39
Кадр из фильма «Франкофония» arte France Cinйma
Кадр из фильма «Франкофония»

В прокате «Франкофония» Александра Сокурова — прогулка по французскому музею в компании Наполеона, крайне своевременная и самая доступная работа российского киноклассика.

«Фильм не получается», — Александр Николаевич Сокуров, русский режиссер, тревожно слоняется по коридорам и комнатам своей петербургской квартиры. Время от времени он созванивается с каким-то голландцем, который сквозь шторм везет груз художественных полотен из Роттердама. Ну а когда становится поспокойнее, Сокуров уносится мыслями в свой любимый Лувр, гуляет по его коридорам с Наполеоном и вспоминает, как в годы фашистской оккупации коллекцию спасли немецкий офицер Вольфф-Меттерних и директор Лувра Жожар.

«Франкофония» стала возможна благодаря тому, что нынешнее руководство Лувра посмотрело «Русский ковчег» и попросило Александра Николаевича сделать в главном французском музее нечто подобное.

Сценарий и собственно завершенная картина, по словам режиссера, заказчикам не понравились, но давать заднюю уже, по-видимому, было поздно. Мировая премьера «Франкофонии» состоялась на Венецианском кинофестивале в прошлом году — в Берлин Сокуров не успел, в Канны картину не взяли по каким-то туманным соображениям. Публика, собравшаяся на первый показ в фестивальном дворце на острове Лидо, десять минут рукоплескала живому русскому киноклассику, а когда пришло время раздавать призы, Сокурову не досталось ничего.

Кадр из фильма «Франкофония» arte France Cinйma
Кадр из фильма «Франкофония»

Причин у такого отношения множество. Очевидно, например, что фестивальная публика готова запросто смотреть и награждать фильмы о жизни в концлагере («Сын Саула»), но с видимой неохотой говорит на действительно неудобные темы, вроде коллаборационизма сдавших Париж французов. С другой стороны, ключевой причиной ненаграждения Сокурова, видимо, стало все-таки то, что «Франкофония», как и предыдущие работы автора, нуждается в тщательном и спокойном осмыслении, ее трудно переварить за неделю, да еще и в комплекте с остальной конкурсной программой. Предыдущий сокуровский «Фауст», премированный здесь же «Золотым львом», хотя бы апеллировал к понятному европейскому мифу, в то время как «Франкофония» решена как авторский монолог. При этом фильм запросто ускользает от интерпретаций, которые услужливо предлагает инертное зрительское сознание. Для науч-попа здесь слишком много метафизики, для документального кино — перебор игровых вставок (а для игрового — документальных).

Вроде бы очень простой и непривычно короткий (меньше полутора часов) фильм Сокурова категорически отказывается адекватно сократиться до краткого ответа на простой вопрос «про что кино?».

Кадр из фильма «Франкофония» arte France Cinйma
Кадр из фильма «Франкофония»

Сложности восприятия тут связаны не с нехваткой интеллектуального багажа у потенциального зрителя (школьного курса «Мировой художественной культуры» вполне достаточно), а с тем, что режиссер тихим голосом из-за кадра говорит о том, о чем говорить не принято. О том, что именно искусство делает человека человеком, как тест Роршаха, проявляя в нем главное (в фильме это показано на примере Наполеона), но никого не способно спасти: фашисты, как известно, отлично разбирались в живописи и музыке Вагнера. В какой-то момент Сокуров монтирует вывоз коллекции с Лувра с кадрами из промерзшего блокадного Ленинграда, где в те же дни тоже спасали фонд Эрмитажа.

На первый взгляд, может показаться, что режиссер снял кино про Лувр, чтобы сбежать от ужасающей реальности, но на деле «Франкофония» не про эскапизм, а совсем наоборот.

Ощущение, будто большой художник действительно решил сбивчиво поговорить со своим зрителем о наболевшем, разумеется, обманчиво. Сокуров здесь сам себя делает персонажем, чтобы экранизировать сложнейший процесс — изживание исторической травмы. Это картина как раз о том, как разобраться с беспокойными призраками прошлого — если не прогнать их восвояси, как фашистов, то хотя бы примириться. В общем, о том, чего, если разобраться, сегодня не хватает больше всего. И особенно важно, что «Франкофония», при всей идейной сложности, оказалась едва ли не самым простым фильмом Сокурова — режиссера, которого все знают, но фильмы которого считаются достоянием горстки интеллектуалов. Новая картина — отличный повод побороть это предубеждение.