Пенсионный советник

Магический мемуарист

«Жить, чтобы рассказывать о жизни» Габриэля Гарсиа Маркеса

Максим Эйдис 31.03.2012, 13:02
Вышла книга Габриэля Гарсиа Маркеса «Жить, чтобы рассказывать о жизни» Reuters
Вышла книга Габриэля Гарсиа Маркеса «Жить, чтобы рассказывать о жизни»

В своей книге «Жить, чтобы рассказывать о жизни», вышедшей на русском языке, Габриэль Гарсиа Маркес вместо обещанных мемуаров представил роман в стиле «магического реализма».

В бурные последние месяцы имя Габриэля Гарсиа Маркеса у всех на слуху. И дело здесь, конечно, не во всплывшем в интернете фальшивом прощальном письме колумбийского писателя, появившемся еще в 2000 году, и уж тем более не в присвоении Маркесу российского ордена Почета в связи с его 85-летием. И то и другое, скорее, следствия, причина же в том, что полуфантастическая реальность Латинской Америки, которую со множеством подробностей живописал нобелевский лауреат в своих романах, оказалась куда ближе к нашей, чем представлялось когда-то первым русским читателям «Ста лет одиночества». Именно поэтому «Жить, чтобы рассказать о жизни» — первая книга из задуманной писателем мемуарной трилогии — выходит в России как нельзя вовремя.

Впрочем, назвать эту книгу мемуарами вряд ли возможно: автор, улыбаясь, когда-то анонсировал описанные в ней события как «чистую правду, правду от Гарсиа Маркеса», и этим все сказано.

Да, перед нами очередной роман в стиле магического реализма, не то ремейк, не то сиквел «Ста лет одиночества», написанный на этот раз от первого лица. Кинематографические сравнения здесь более чем уместны: сам писатель, по его признанию, много десятилетий увлечен кино и даже был одним из первых колумбийских кинокритиков, а «Жить, чтобы рассказать о жизни» поначалу приносит читателю ровно те же смешанные чувства, какие приносит просмотр документального фильма, снятого о съемках фильма художественного. С одной стороны, о писательской «кухне» Маркеса безумно интересно читать, с другой – кажется, будто каждая страница приносит тебе очередное разочарование. Например, если верить Маркесу, его дед Николас был полковником армии либералов во время Тысячелетней войны и именно ему пришлось вместе с женой бежать из родного города Барранкилья в пыльный и знойный поселок Аракатака, после того как полковник убил своего земляка на дуэли.

Именно он взял когда-то маленького Габито с собой за покупками в комиссариат банановой компании «Юнайтед фрут», где будущий автор «Ста лет одиночества» впервые увидел лед.

Именно его внебрачные дети, с начерченными на лбу крестами, оставшимися от католической Пепельной среды, заявились в семейный дом в Аракатаке и были тепло приняты Таранкилиной «Миной» Игуаран, бабушкой писателя. Наконец, именно полковник Гарсиа, на старости лет разочаровавшись в политике, занялся по семейной традиции ювелирным делом, время от времени мастеря своих знаменитых золотых рыбок. Точно так же истории бесчисленных ночных горшков в чулане, трех тысяч мертвых рабочих, сброшенных в море, каштана во дворе, летающего священника и девочки, поедающей землю, согласно Маркесу, вовсе не были придуманы автором истории рода Буэндиа, а лишь были скомпилированы и переработаны в роман, который Маркес задумал написать еще в юности.

К счастью, разочарование от того, что множество невероятных подробностей «Ста лет одиночества» (до издания которого события мемуаров так и не добираются, оборвавшись на бегстве Гарсиа Маркеса из Колумбии в Европу), длится недолго. Их быстро сменяет юношеский восторг от новой встречи с неподражаемым стилем одного из величайших рассказчиков современной литературы, вполне обоснованные сомнения в подлинности описываемых событий и восхищение, которое вызывают другие, доселе нам не известные и якобы подлинные события биографии.

Ясновидящий попугай, предсказавший вторжение дикого быка в дом семьи Маркесов и чуть не закончивший свои дни в котелке; танцующий сверчок, съеденный приятелем Маркеса на ужин; лицо умершего сенатора, привидевшееся в зеркале автору вместо собственного; образование при помощи секса; любовь на всю жизнь; политические кризисы и кровопролитные войны, журналистика и литература; секс и пьянки, нищета и первая слава; Аракатака, Барранкилья, Богота, Картахена и Женева...

На простое перечисление всех фантастических событий и подробностей, которые то ли имели, то ли нет место в жизни писателя, не хватило бы и ста журнальных рецензий. К счастью, в этом нет никакой необходимости: теперь, спустя десять лет после того, как Габриэль Гарсиа Маркес издал первый том своих вымышленных мемуаров, и российские читатели могут узнать историю жизни, которую он прожил, чтобы рассказать о ней.