Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Мы с миленком Ванею прошли голосование

Выставка «Нет на свете краше птицы, чем свиная колбаса» Ростислава Лебедева в галерее pop/off/art

Велимир Мойст 09.12.2011, 16:13
Выставка «Нет на свете краше птицы, чем свиная колбаса» Ростислава Лебедева popoffart.com
Выставка «Нет на свете краше птицы, чем свиная колбаса» Ростислава Лебедева

На выставке «Нет на свете краше птицы, чем свиная колбаса» в галерее pop/off/art художник Ростислав Лебедев демонстрирует, что эстетика соц-арта поддается реанимации. Соединив казенные плакатные лозунги советской эпохи с текстами народных частушек, автор напоминает о пропасти между жизнью реальной и воспеваемой пропагандистами.

Еще лет десять назад казалось, что участь соц-арта — иронического концептуального стиля, пародировавшего и развенчивавшего идеологические штампы, — решена окончательно. С падением СССР приверженцы направления лишились базового источника своего вдохновения, поскольку канула в Лету пропаганда советского образца. Новые времена потребовали новых «песен», а прежняя соц-артовская модель выглядела все более архаичной. Уловив веяния времени, художники взялись за поиски иных вариантов развития,

их былые достижения стали предметом исследования для музейных ретроспектив.

Вот и Ростислав Лебедев, один из виднейших представителей соц-арта, можно сказать, живой классик, столкнулся когда-то с кризисом подобного свойства. Как и его соратники, он не стал цепляться за отжившую схему и пустился в эксперименты. Их плоды, в частности, можно было наблюдать пару лет назад в той же галерее pop/off/art, где Лебедев представлял свой проект с палехскими шкатулками, расписанными по мотивам «запретных сказок» Афанасьева. Фривольные сюжеты, исполненные в благостной псевдофольклорной манере, вызывали у зрителя некоторый когнитивный диссонанс, чего автор и добивался. В том проекте мало что напоминало о соц-арте, зато чувствовалось намерение художника противопоставить подлинную народную традицию лакированному «интуристовскому» формату. Надо полагать, из похожего намерения родилась и нынешняя выставка, только здесь уже очевиден возврат к соц-артовской тематике.

Будучи человеком интуитивным и прозорливым, Ростислав Лебедев решил, что настала пора опять приглядеться к скрытому конфликту между «правдой народной жизни» и коммунистическим официозом.

Сценарий проекта не назовешь изощренным: автор всего лишь накладывал посредством компьютера строчки частушек на агитплакаты. Основной эффект здесь возникает не в связи с какой-то закрученной художественной интригой, а за счет количества экспонатов. На выставке фигурируют буквально сотни принтов, исполненных по одинаковой схеме. Выхвати любой из них — он вызовет усмешку, а вот в совокупности зрелище порождает несколько даже тягостное впечатление. Как-то вдруг разом вспоминается «беспросветный оптимизм» тогдашнего существования… Недаром устроители при входе в галерею помимо стандартного объявления насчет «лиц до 18» вывесили еще и уведомление следующего содержания: «Лицам с повышенной эмоциональной возбудимостью и обостренным чувством исторической рефлексии вход на выставку не рекомендован».

Необходимость фильтровать публику по возрастному критерию возникает, как нетрудно догадаться, из-за частушечной лексики.

Еще Гоголь подметил, что умеет наш народ высказаться метко и безапелляционно. Никаких купюр или отточий автор проекта себе не позволял, так что контраст между лозунгами типа «Я буду голосовать за кандидатов блока коммунистов и беспартийных» и образчиками песенного фольклора получился максимальным. Несмотря на обилие текстов, мало что можно процитировать на страницах СМИ. Возьмем для примера самое безобидное: на плакате, посвященном Дню космонавтики, помещено такое четверостишие: «Хорошо, что Ю. Гагарин не еврей и не татарин, не тунгус и не узбек, а наш советский человек».

А вот, скажем, частушку про Терешкову здесь привести полностью не получится, хотя вы наверняка и сами знаете, что именно Никита подарил Валентине за полет космический.

На этом опознавании, кстати, проект в первую очередь и держится. Ничего расшифровывать и комментировать для публики здесь не требуется: оба источника — и плакаты, и частушки — самоочевидны. Хотя, конечно, народилось уже поколение, для которого все это лишь «память предков», но бронебойная сила двух эстетик вряд ли оставит кого-то равнодушным. По сути, имеет место то самое «искусство прямого действия», когда автору нет нужды тянуть на себя эстетическое одеяло. Все уже сказано без него, и задача Ростислава Лебедева — лишь создать надлежащую «аранжировку». Предчувствия его не обманули: проект получился на удивление актуальным.