Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Панк по смыслу

В Москве выступили The Mars Volta

Ярослав Забалуев 07.07.2011, 10:38
Юлия Григорьева

На своем московском концерте одни из основателей эмо-кора из группы The Mars Volta напомнили о Фредди Меркьюри и Фрэнке Заппе, показали высший класс сценической акробатики и неожиданно вернули архаичному прогрессив-року изначальный смысл.

В самом термине прогрессив-рок есть нечто не поддающееся объяснению и непреодолимо привлекательное. То есть если это прогрессивный, то остальной какой? И вообще, прогрессивный по отношению к чему? Точные ответы на эти вопросы (если они вообще были) уже давно утеряны, тем паче что стиль (рожденный, условно, альбомом King Crimson «In The Court Of The Crimson King») уже разменял пятый десяток, что идет в разрез с его наименованием. Сегодня прог-роком — от King Crimson и Emerson, Lake and Palmer до Porcupine Tree — интересуются в основном либо те, кто вырос на этой музыке, либо те, кто считает, что искусство — это не удовольствие, а тяжелая работа. Тем более удивительно было встретить на подходах к А2 совсем молодых людей, покрытых татуировками.

Таких в склонности к зауми и любви к математическим гармониям не заподозришь, а ведь выступившая там в среду группа The Mars Volta проходит по разряду самых изощренных умников — с песнями по 20 минут, сложными ассоциативными текстами и прочей ерундой, не имеющей отношения ни к одному из действующих музыкальных трендов.

Тем не менее, как только музыканты под звуки мексиканских труб вышли на сцену, даже самому несведущему стало кристально ясно, почему эта, по сути, переусложненная музыка пользуется такой популярностью. Вокалист Седрик Бикслер-Завала с первых же аккордов стал выделывать с микрофоном такое, что, право, лучше один раз увидеть. Он крутил его, как дрессированную змею, бил им о каблуки туфель, брал в зубы, обматывал вокруг обернутого черной шелковой рубахой локтя, ставил на стойку и творил с ней такое, что позавидовал бы и Фредди Меркьюри. Пел он при этом так высоко, будто фальцет для него не способ сорвать голос (как это случилось, скажем, с Робертом Плантом), а совершенно естественный тембр. Не отставал от него и второй лидер группы: уже посещавший Москву со своим сайд-проектом гитарист Омар Родригес-Лопес, который, выдавая запилы один запутанней другого, умудрялся отплясывать что-то отдаленно напоминающее сальсу.

Самые преданные фанаты, конечно, не были удивлены.

Они в курсе, что эти обладатели красивых мексиканских фамилий (оба уроженцы пограничного с Мексикой Эль-Пасо) начинали свою карьеру с жанра, далекого от многомудрого прог-рока. В своей первой группе At The Drive-In они до того расширили границы бескомпромиссного хард-кора, что их наработками тяжелая музыка жила еще почти десятилетие. Дело в том, что именно они привнесли в прямолинейный стиль эйфорические мелодии, прически и привычку к нервической акробатике, которые легли в основу популярного еще пять лет назад эмо-кора. Сегодня Родригес-Лопес и Бикслер-Завала уже не бьются с размаху оземь и не крушат сцену, однако себя не переделаешь, и энергия панк-рока, наложенная на сложнейшую структуру нынешних песен, сообщила арахаичному в общем стилю тот драйв, которого ему обычно так не хватает.

Московский концерт стал одной из первых точек летнего тура, в котором The Mars Volta обкатывают программу грядущего альбома, и программа была составлена поистине бескомпромиссно: шесть из десяти песен оказались совершенно новыми.

В результате публике оставалось только покачиваться в такт постоянным сменам ритма да внимать камланиям Бикслера-Завалы — одного из лучших, судя по всему, из ныне живущих фронтменов.

В финале музыканты выдали небольшой блок из условных хитов — столь же сложных, но знакомых слушателям композиций, самой понятной из которых стала истерическая баллада «The Widow». В кульминации завершающей (семиминутной примерно) «Goliath» вокалист прыгнул на руки, попрощался и музыканты покинули сцену. Сет группы занял всего чуть больше часа, что, конечно, мало для полноценного сольного концерта, но вполне достаточно, учитывая насыщенность музыки, в которой нашлось место фри-джазу, хард-кору, сальсе и пассажам в духе Фрэнка Заппы. Проще говоря, шоу явно состоялось (несмотря на серьезные проблемы со звуком в начале) и не предполагало продолжения. И все же разгоряченные поклонники еще пятнадцать минут пытались вызвать кумиров на сцену — такого не бывало, кажется, даже на концертах куда более форматных артистов вроде Лиэма Галлахера.

Ну а причина столь настойчивой благодарности, видимо, в том, что The Mars Volta, всыпав в прогрессив панковского тротила, вернули ему изначальный смысл.

King Crimson, Yes и прочие играли не столько для того, чтобы показать свою виртуозность, — они просто делали музыку для тех, кому ничего на свете не было бы слишком. И The Mars Volta со всей своей акробатикой, забубенными соло, патетикой и длиннющими песнями не только верно восприняли этот урок, но и позволили публике уверенней смотреть вокруг себя, стать смелее и любопытнее. Тем более что летом это как нельзя кстати.