Короля сыграла свита

Концерт Чака Берри

Фото: Татьяна Мыльникова
На концерте Чак Берри не ходил гусиной походкой, вызвал на сцену красавиц из зала, а аппаратура вместо сладких ранних рок-н-роллов издавала чудовищный свист.

В клубе «Б1 Максимум» случился первый аншлаг. Выражался он в огромной очереди на вход, чуть не кругом огибавшей бывший Завод имени Орджоникидзе, и в небольшой давке на входе. Публика недовольно бурчала, ныла, грозилась пожаловаться в общество по охране прав потребителя — как будто не в этот день объявили Страшное Террористическое Предупреждение, как будто не сегодня отменили все школьные экскурсии в метро. Да какое там метро — припарковаться было негде за три квартала от клуба.

Впрочем, опасения не успеть к началу концерта Чака Берри не оправдались. Внутри шел разогрев.

Сначала выступил White Белов и группа «Удачное приобретение». Потом вышел Градский — дедушка русского рок-н-ролла — и под фортепиано спел «Естурдэй» «Биттлз» своим красивым высоким тенором. Все бы ничего, но он делал это сидя и по бумажке. Отличная импровизация, нечего сказать: «Олл май траблз сим соу фар эвэй — ой, тут не по-русски написано».

Со сцены он ретировался под крики «Хватит!».

Тут бы уже и выйти Чаку Берри на сцену, ан нет. Конферансье утверждал, что у Чака задержали самолет, но вот он уже сел, специально для него таможня делает исключение, и очень скоро он уже будет в клубе.

На сцену тем временем выходит группа «Пижоны» — люди в одинаковых фиолетовых шляпах, у солиста контрабас в виде синей замшевой туфли — легендарного рок-н-ролльного Blue Suede Shoe. Они играют все те же ритм-н-блюзовые стандарты и звучат довольно посредственно, но это же легко объяснить — разве может хорошо звучать замшевая туфля со струнами? Могут разве хорошо играть пижоны в фиолетовых шляпах? Вот сейчас приедет бог рок-н-ролла и даст джазу.

Бог вышел на сцену без четверти двенадцать — притом что концерт был назначен на восемь.

Зато к тому моменту действительно все три с половиной тысячи меломанов были в танцевальном партере клуба — он действительно большой, и давки, в общем, не было.

И началось что-то совершенно потусторонне страшное.

Чак Берри был одет в моряцкий картуз и красную рубашку с блестками. В руках у него был античный Gibson Les Paul, первая электрогитара вселенной, и он начал на нем играть и петь песенку. У него это не очень получалось — звукооператор то ли рассчитывал на то, что Чак приедет вовремя и у него будет время на длинный саундчек, то ли просто был профнепригоден, но все, что могло, страшно фонило, подойти к микрофону легенда просто не могла, в песнях в неожиданных моментах начинался страшный свист. В лучшие моменты концерт был отстроен просто плохо — звук был жестким и гнусным, как если сильно и бессмысленно бить палкой по консервной банке. В худшие моменты все заводилось и возникал полифонический свист. Чередование худших и лучших моментов можно было даже объяснить: звукооператор время от времени хватал цифровую камеру и начинал фоткать легенду. Тут же раздавался свист, и он с проклятиями начинал крутить ручки.

Чак Берри отчаянно пытался спасти положение.

Он шутил, танцевал, а под конец вытащил, как полагается легенде рок-н-ролла, девок из публики на сцену. Это, конечно, было оптимистично — особенно одна, в очень короткой черной юбке, оранжевой майке и двумя хвостиками на затылке. Однако играл-то он все равно так себе.

То есть слава богу. Чтоб вы в 80 лет так играли на гитаре. Он гулял по сцене, шевелил бедрами, наяривал на своем «Гибсоне», играл аккордами, хуками и соло, пел зажигательные частушки про круглосуточный рок-н-ролл, «Луизиану» и «Jonny B Good», но он все-таки очень старый, нейроны бегают не быстро, пальцы, наверное, не такие гибкие… С хорошим звуком, тихо, так, чтобы явить грандиозный жизненный опыт и присутствие грандиозной личности — наверное, это смотрелось бы совсем по-другому. А так, на концерте почти стадионного формата… это выглядело очень плохо: дедушку жестоко кинули, и от огорчения он играл мимо ладов.

Публика была обескуражена.

Несколько раз можно было подслушать такие предложения: «Jonny B Good сыграл — пошли домой». Уже в начале первого публика, заплатившая, между прочим, за билет 1200 рублей, потекла из зала устойчивой струйкой. А через час после начала концерта, когда Чак Берри в конце песни «Rock around the clock» спрашивал у публики, хочет ли она бисов, толпа валом повалила в гардероб. Ни прекрасный клавишник, единственный белый в группе, ни второй гитарист с басистом, ни черная певица и гармонистка в полосатой майке — прекрасные музыканты, сделавшие все, чтобы сделать хорошую мину при плохой игре и дать отличный концерт, несмотря ни на что, — ничто публику не остановило.

Это, конечно, не самый вопиющий случай с задержкой концерта, в Б2 Грэйс Джонс вышла на сцену после половины первого ночи, безо всякого разогрева, но она зато дала бескомпромиссный зажигательный сет на два часа — с переодеваниями, эротическим шоу и катанием по залу на охраннике.

На минувшем концерте лучше всего удалась оранжевая фанатка.