Российская рациональность – рациональность наоборот

Фото: www.newart.ru
Проведенные аффилированным с кремлевской администрацией ВЦИОМом псевдовыборы достаточно скептически встречены экспертами и политиками. Представители коммунистов даже заявили, что процедура эта является подготовкой к фальсификации результатов выборов. Специально для «Газета.Ru-Комментарии» ситуацию комментирует президент фонда «Меркатор» Дмитрий Орешкин.

— Как вы оцениваете социологическое значение проведенного опроса?

— В принципе, в такого рода опросе, как и в любом другом, есть социологическое содержание. Его нельзя назвать репрезентативным, но как точку отсчета это можно использовать. Это не бессмысленная процедура, но сильно подозреваю, что она не чисто социологическая, но и пиаровская тоже.

Конечно, социологические конторы приблизительно за два-три месяца до даты выборов часто грешат заказными рейтингами. Потому что это элемент предвыборной борьбы и элемент воздействия на общественное мнение. Но непосредственно перед выборами большинство добросовестных фирм выруливают на данные, более или менее близкие к реальности, чтобы имя доброе не портить. А некоторые, которые созданы специально под выборы и имеют только пиаровские задачи, дуют уже до конца, раздувая 3% до 20%. Обычно такое бывает на региональных выборах. Появляется какой-нибудь «союз социологов России, центр изучения общественного мнения села Семихатки».

В данном случае речь идет о достаточно серьезной структуре, которая называется ВЦИОМ. Но проблема в том, что этот ВЦИОМ — не тот ВЦИОМ, который заработал это доброе имя.

Сейчас этот ВЦИОМ проходит тест, он дает результаты, а после выборов мы посмотрим, для чего была проведена процедура приватизации — для того, чтобы действительно эта структура работала как социологическая, или для целей пиара. Ситуация, впрочем, отчасти беспроигрышная, поскольку публикуются данные опроса, сделанного в некоторых отдельных точках, которые потом могут оказаться не совсем репрезентативными, и можно сказать, что это не прогноз, что мы представляли данные по трем конкретным точкам, которые вовсе не репрезентируют всю Россию.

Я сравниваю результаты ВЦИОМа и ВЦИОМ-А и вижу, что в общем они близки. Близки они по всем параметрам, за исключением одного. Если, скажем, ВЦИОМ-А фиксирует поддержку президента на уровне 70%, то просто ВЦИОМ — где-то на уровне 78–80%. А остальные цифры примерно одинаковые. Я думаю, что здесь элемент пиара все же есть.

— Насколько достоверны результаты подобного опроса- голосования?

— С некоторым скепсисом надо относиться к этим особым опросам, которые, конечно, совершенно неправильно называть праймериз, потому что опрос — это всегда опрос, и в него надо вносить поправку, тем более в нынешних условиях.

Есть, во-первых, такой «феномен Жириновского». Начиная с 1993 года на выборах ЛДПР получала значительно больше голосов, чем ей обещали социологи. И этому есть понятное объяснение. Люди знают, что ЛДПР не очень хорошая партия и что ее не очень поддерживает власть, поэтому, когда их спрашивает социолог, они стесняются или боятся сказать, что им симпатичен Жириновский. В кабинке они не боятся, они знают, что их никто за руку не схватит. В результате в кабинке Жириновский стабильно получал больше, чем по социологическим опросам. Я думаю, что сейчас аналогичная ситуация с КПРФ. Люди знают, что КПРФ активно не поддерживается властью, или стесняются показаться кондовыми, боятся сказать, что они думают.

Эта вторая составляющая все сильнее, потому что социальный страх все усиливается одновременно с поддержкой Путина. Составляющая страха: как бы меня не наказали за то, что я неправильно голосую, неправильно отвечаю на вопросы или недостаточно активно поддерживаю президента — она незримо присутствует.

Поэтому я думаю, что одно дело — опросы про коммунистов, другое дело — реальное голосование. Думаю, что там коммунисты будут получать больше, чем им обещают социологи.

— В чем смысл имитации процедуры голосования?

— Пиаровский смысл имитации выборов очень простой. Есть очень значительная часть людей, которая всегда голосует, как большинство. Это так называемое конформистское голосование. Чем убедительнее будет продемонстрировано преимущество какой-то партии, в данном случае «Единой России», тем больше эти люди, которые боятся выделиться из массы, склонны голосовать за эту партию. Это отчасти коллективистское чувство, отчасти рациональность наоборот — российская рациональность: «Все так голосуют, и я так голосую. Во всяком случае, меня потом не вызовут и не спросят, почему я голосовал не так, как все». Есть такой труднопонимаемый человеком с высшим образованием страх личной ответственности. Чем яростнее публикуются данные о массовой поддержке кого-то, тем больше сомневающихся людей конформистского плана, а их может быть до трети общего числа избирателей, будут ориентироваться именно на эту партию.

Для уточнения социологической картины такая форма псевдовыборов не дает практически ничего. Это пиаровская акция. На самом деле гораздо дешевле и проще опрашивать по обычным социологических схемам. Праймериз — это праймериз, это реальное голосование, это реальный подсчет голосов, это общественный контроль. Это отлаженная процедура. Здесь ничего этого нет, а есть игра — игра без уверенности в том, что сохраняется твоя анонимность. С точки зрения гарантии анонимности эти праймериз ровно ничего не дают по сравнению с обычной социологической процедурой.

Но выбор именно такого способа, имитации выборов, — это ясный признак того, что у этой частной структуры, нового ВЦИОМа, появились достаточно большие финансовые ресурсы. И несложно догадаться, откуда они появились.

Выбор регионов тоже достаточно условный. Белгород — это далеко не среднероссийская территория, это специфическая вещь. Там гораздо более сильны, чем в среднем по стране, националистические и державнические настроения. Что касается Владимира, то это более представительная территория, но тоже для определенного круга регионов, а не для всей России. Кыштым — достаточно замкнутый специфический город, и я не уверен, что он может репрезентировать большое число городов.

Интервью взял Евгений Натаров