Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Пармезан или хлеб

02.10.2015, 09:04

Семен Новопрудский о том, как Россия будет побеждать санкции

Начавшаяся 30 сентября операция «Новосирия вместо Новороссии» — не только пресловутая «геополитика». (День полного и окончательного исчезновения этого слова из употребления, если такое случится, смело можно объявлять государственным праздником.) Это еще и экономика. Потому что во время войны экономических кризисов не бывает.

События могут развиваться так: война на Ближнем Востоке, резкий рост мировых цен на нефть, мир забывает об Украине и прощает нам Крым, собственная публика забывает о «народных республиках» и прощается с Донбассом... А там, глядишь, в качестве медали «За взятие ИГИЛа», официально запрещенного в России, с нас снимают санкции.

Слово «санкции» во всей этой цепочке событий очень важно.

Накануне своего визита в США на Генассамблею ООН российский президент давал интервью американскому журналисту Чарли Роузу для телеканалов CВS и PBS. Роуз спросил Путина и про санкции. «Они вредят, конечно, но они не являются главной причиной снижения темпов роста российской экономики или других проблем, связанных с инфляцией. Для нас главная причина — это, конечно, снижение цен на мировых рынках на наши традиционные товары экспорта, прежде всего на нефть, от нее и газ, и некоторые другие товары. Это главное...» — сказал российский президент. И еще: «Санкции, они, конечно, добавляют сюда свою часть негатива, влияют так или иначе, хотя такого капитального, принципиального значения для нашей экономики вряд ли имеют».

С Путиным вроде бы солидарны даже крупные западные инвестбанкиры. В свежем обзоре инвестиционного банка Citigroup прямо говорится, что

вклад санкций в падение ВВП России составляет лишь 10%. Основная причина, дающая остальные 90% нашего спада, — дешевеющая нефть.

Тут бы нам и обрадоваться. Но, если подумать, лучше огорчиться. В 2012 и 2013 годах нефть в мире уверенно дорожала, а российская экономика уже тогда начинала резко замедляться. И при живых санкциях не начнет бурно расти даже в случае нового резкого повышения цен на нефть. Международные санкции делают попавшую под них страну экономически прокаженной в глазах инвесторов.

Путин в интервью Чарли Роузу был уверен: политика применения санкций никогда не оказывалась эффективной,и «в отношении такой страны, как Россия, вряд ли окажется». Обама в своей речи на Генассамблее ООН, напротив, сказал, что санкции вызвали в РФ глубокий экономический кризис.

Кто из них прав? Никто.

Обама неправ в том, что глубокий кризис в России — следствие санкций. Кризис начался до них, они только углубили его, вырыли вокруг любых масштабных инвестиций в российскую экономику (причем не только внешних, внутренних тоже) большой заградительный ров.

Путин неправ в том, что санкции всегда и везде неэффективны. Только что мы получили наглядный пример, как политика санкций в отношении одной конкретной страны оказалась очень даже эффективной. Называется эта страна Иран. Судя по разным рассказам очевидцев, там среди населения царит восторг по поводу отмены санкций. И бог с ней, с национальной ядерной бомбой под видом национальной гордости. Люди из некогда, правда очень давно, великой страны (Персия долго была империей не хуже первого, второго и третьего Рима) очень соскучились по плодам потребительской цивилизации. Людям не нравится жить в состоянии экономического изгойства их страны и безнадежной бессрочной бедности. Да и Куба постепенно начинает возвращаться в экономическую вменяемость. Не только под воздействием того непреложного факта, что братья Кастро небессмертны, а всем кубинцам, которым надоело жить под вечным лозунгом «Социализм или смерть» (оба хуже), сбежать в «ненавистные Штаты» все равно не удастся. 50 лет санкций тоже сыграли свою роль.

На второй год санкций, не говоря уже про третий или десятый, шутки про «белорусские креветки» и «российский пармезан» в рамках импортозамещения никого в России смешить не будут.

Да, волна нашего возмущения сожжением санкционных продуктов быстро сошла на нет — просто потому, что это перестали показывать по телевизору, а все непоказываемое по телевизору мы приучились считать несуществующим. Главный урон от санкций не в том, сколько из-за них потерял ВВП. Как и нет пользы в том, на сколько они подняли рейтинг ВВП.

Главный урон в том, что Россию стратегически перестали считать местом для надежных и выгодных инвестиций и иностранцы, и свои.

В том, что наклюнувшийся было средний класс, те люди, которые могли бы стать лучшими гражданами нормально развивающейся России, мотором этого развития, снова скатывается в беспросветную долгую бедность. В том, что количество бедных, по официальным российским данным, за год увеличилось более чем на 3 млн человек и перевалило за 22 млн — это, на минуточку, больше четверти трудоспособного населения страны. Хотя понятно, что бедны далеко не только трудоспособные россияне.

Именно война санкций создала ту «новую нормальность» в нашей экономике, о которой теперь пишет в своих статьях даже сам премьер Медведев, а не какие-нибудь «либералы из пятой колонны». Не бывает «мирового господина» с долей в мировой экономике 3%, как у России. При санкциях эта доля будет неуклонно снижаться, а не расти.

Ментальный урон от санкций куда важнее материального. Отсутствие перспектив. Невозможность лучшего будущего в своей стране для детей. Гарантированная нищета для многих из тех, кто умом и талантом мог бы достойно зарабатывать в России.

Эта вечная привычка жить в моральный кредит — откладывать счастье на потом или на детей с внуками, раз уж нам не досталось.

При этом ведь понятно: санкции, про которые наши политики говорят, что они чуть ли не навсегда, на самом деле легко отменяемы. И даже понятно, что для этого надо сделать. В Сирии мы свой выбор, кажется, сделали. В ближайшие дни и месяцы должны сделать на Украине. Ну а разброс экономических последствий нашего выхода из кризиса на новую войну может оказаться поистине гигантским — примерно в диапазоне от возвращения пармезана до подорожания хлеба.