Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

В лесу прифронтовом

11.09.2015, 10:40

Семен Новопрудский о том, куда заведет страну «экономический суверенитет» академика Глазьева

Живем мы как в сказке. В русской народной. В дремучем — во всех смыслах — лесу. Чем больше доказываем миру, что мы не дикие «мужики и бабы» с балалайками, медведями и вилами (а элита — с виллами), тем более дикими кажемся. Потому что ведем себя не так, как говорим.

Вирус болезни «энтео», которым заражена нация, проникает во все ткани государственного организма, во все поры личной жизни граждан.

Весной прошлого года Хозяйка избы сказала: «Избушка, избушка, повернись к Востоку передом, к Западу задом». Наш «перед» Востоку пока не очень приглянулся. Поэтому теперь Хозяйка избы, похоже, готовится произнести новое заклинание: «Избушка, избушка, повернись к миру задом, к лесу передом».

Мы одновременно мечтаем навязывать миру — тем, кому сможем, — свою волю в политике и обойтись без этого мира в экономике. Но так не бывает.

15 сентября, пишут СМИ, межведомственная комиссия Совета безопасности РФ по безопасности в экономической и социальной сфере в закрытом режиме заслушает доклад советника президента Сергея Глазьева по вопросу «О дополнительных мерах по нейтрализации угроз экономической безопасности РФ в условиях международных санкций».

Сам доклад называется невинно: «Конкурентный потенциал России и пути его реализации для обеспечения национальной безопасности». Речь в нем идет об «экономическом суверенитете», который, по мысли академика Глазьева, позволит нам избежать угроз «экономической безопасности», «внешнего контроля над инфраструктурой управления», участи мировой «периферии», угнетаемой «неэквивалентным обменом». И счастливо избежав всего этого, войти в новое «ядро мировой экономической системы» вопреки воле стран нынешнего «ядра».

Видимо, вопреки воле того же Китая, который в силу размеров своей экономики и товарооборота тоже является этим самым «ядром».

Отставим в стороне, что в обязанности Глазьева как советника президента входят вопросы интеграции России в рамках Евразийского экономического союза и Таможенного союза и не входит написание докладов об экономическом курсе самой России. В конце концов

любой человек имеет право писать любые доклады в порядке личного самовыражения. Просто вряд ли любого будут слушать в комиссии Совбеза.

Не будем подробно обсуждать, насколько реалистично предложение Глазьева увеличить в рамках перехода к «экономике знаний» долю расходов на образование, здравоохранение и социальную политику в ВВП с нынешних 6,5 до 40%. Это ведь придется у оборонки отнимать, больше не у кого. А кто же из нынешней власти даст такое сделать?

И какая вообще может быть «экономика знаний» в стране, где главный пропагандируемый государством рецепт всякого развития и спасения от экономических бед точно отражает анекдот: «Подскажите, чем нам, русским, победить неблагоприятно складывающиеся обстоятельства? — Economy. Just economy. — Спасибо. Иконами так иконами».

Нет смысла всерьез говорить о последствиях предлагаемого в этом докладе замораживания цен на продукты, кредитования промышленности под 2–4%, запрета валютных заимствований для нефинансовых организаций. Или рассуждать, как повлияют на экономику те 20 трлн руб., которые докладчик предлагает напечатать в ближайшие пять лет ради промышленного роста на 30–35% в год. Потому что других инвесторов, кроме печатного станка, у такой экономики не останется.

И кредиты задаром, которые в итоге не возвращались, и регулируемые государством цены, из-за которых в магазинах было шаром покати, зато на рынках или из-под полы все это продавалось совсем по другим ценам, родившийся 54 года назад академик Глазьев прекрасно должен помнить по Советскому Союзу. Еще он должен помнить, чем все это вообще кончилось. И почему город Запорожье, где он появился на свет, теперь находится в другой стране.

Cама логика «экономического суверенитета» в нынешнем российском политическом контексте — это прямой призыв к «экономике войны», а не к «экономике знаний».

Даже если искренне считать, что санкции против России стали причиной, а не следствием нашей политики, трудно отрицать: сама по себе эта политика с нашей стороны тоже конфронтационная. Импортозамещение останется в народной памяти кострами из иностранной еды по телевизору — даже не «сырным продуктом» вместо нормального сыра.

Экономический суверенитет с искусственным ограничением цен и дармовыми кредитами, которые вдруг почему-то не разворуют чиновники, а начнут тратить исключительно на создание новых прорывных технологий честные и умные директора предприятий, с введением жесткого валютного контроля — псевдонимы добровольной экономической самоизоляции России.

Ничего удивительного в таких предложениях нет. Хотя пресс-секретарь президента пока говорит, что это не позиция Кремля, шансов на реализацию подобных идей с каждым днем все больше. Не просто потому, что в последние полтора года стало ясно, что действующим законом или реальным политическим действием в России может стать любая самая несмешная шутка. Но прежде всего потому, что

экономика войны органично дополняет политику войны, которой мы уже достаточно долго живем. Мы не развиваемся — мы спасаем мир или спасаемся от мира, нужное подчеркнуть.

Покойный академик Дмитрий Львов, предлагавший, в частности, заставить (именно заставить) другие страны покупать нашу нефть и газ за рубли, чьи идеи развивает Глазьев, не был советником президента и не делал докладов в Совбезе РФ. Россия в те времена не собиралась воевать с вражеским мясом, сыром или яблоками, хотя уже живо интересовалась Украиной.

Контекст, в котором делаются определенные экономические предложения, имеет решающее значение. План мобилизационной экономики, который предлагает Глазьев, нынче совпадает с духом времени. С «линией партии и правительства». С пафосом госпропаганды. То, что совсем недавно казалось не заслуживающей внимание «ересью», теперь просто естественное развитие логики действий государства.

Это и есть поворот «к миру задом, к лесу передом». Если мы к курсу на политическую самоизоляцию добавим строительство экономической стены, да еще и при сохранении своих неадекватных внешнеполитических амбиций, которых, к слову, нет у самой главной сторонницы идеи собственного «экономического суверенитета» в мире — Северной Кореи, Россию может просто разорвать изнутри.

В такой логике любые иностранные инвестиции — попытки коварно подчинить нас, скупив наши заводы-газеты-пароходы с нефтяными месторождениями в придачу. Любая внешняя торговля — прямая угроза национальной безопасности. Обмен валюты и намерение завести собственный бизнес — государственное преступление, как это было в СССР.

«Суверенная демократия», которая была официальной доктриной власти в середине 2000-х, предсказуемо эволюционировала в провинциальную диктатуру с имперскими замашками. Теперь приделаем к ней «экономический суверенитет», запретим гражданам выезжать из страны, и Северная Корея не будет чувствовать себя так одиноко, требуя у США очередную порцию мешков с рисом в качестве экстренной гуманитарной помощи (потому что «кушать хочется») и одновременно угрожая кормильцам ядерной войной, если риса не дадут.