Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Логика уличной драки

29.08.2014, 07:11

Юлия Меламед о том, как эффективно изувечить себя, чтобы напугать противника

Это был сильный ход. Те, что кричали, что контрсанкции — глупость, что абсурд наносить вред себе, а не противнику, элементарно не разглядели мощи этого удара. Это же ход конем по голове. Нарушение логики. Психическая атака. И — паралич противника.

Теперь это хорошо видно.

Стоят двое друг перед другом. Два неприятеля. Демонстрируют возможности, прессуют друг друга. Вот тебя припугнули, а ты в ответ — себя увечишь. Известный прием уличной шпаны.

Когда тебя приперли к стене и против тебя сильный противник, он демонстрирует навыки боевого искусства, а ты навыками не владеешь, — что делает в этих ситуациях шпана? Наносит себе увечье. Могут, например, бычок о свою ладонь затушить. Или даже ножом себя легонько полоснуть. При этом надо дерзко и безумненько смотреть в глаза врагу.

Или крикнуть не своим голосом, что-то нелогичное совершить. Как, ну как вы мне можете навредить, если я сам собой не дорожу! «Вы хотите жить. А мы хотим умереть!» — как говорят асоциальные типы разных мастей и масштабов. И это вовсе не глупо — а очень даже хитро и вполне эффективно, если тебе угрожают, начать биться головой о стену и орать страшным, пробирающим до скелета голосом. После демонстрации такой удали противнику только и остается, что в ужасе бежать.

Говорят, что, введя контрсанкции, руководители России вредили вовсе не себе, а другим людям в нашей стране. Может, говорят, они это сделали с прицелом на западных фермеров, которые попадут-таки под удар, а потом начнут давить на правительства своих стран, или с расчетом устроить блокаду собственной оппозиции. Все это жалкие попытки найти старомодную рациональность в таких масштабных поступках!

Такова уличная культура драки. Вот они — те самые двое, которые стоят друг против друга и перед схваткой играют бицепсами. Зло смотрят. Один другому угрожает. Тот в ответ хватает мальчишку, подвернувшегося под руку, сжимает, крутит до крови, до судорог ему руку или ухо, чтобы тот рыдал, а сам глядит, глядит в глаза противника с ненавистью. И улыбается.

Это не глупость, не легкомыслие, а прием, которым пользуются на улице все. Главное харизма, выразительный взгляд, отсутствие логики — и боги в помощь! И кто наглей — тот прав.

Прием очень старинный, эффектный, результативный. Нанесение вреда себе сразу парализует волю противника. История его давняя. Сколько существуют конфликты — столько существует и история нанесения себе увечий для устрашения врага.

«Знаете, Афанасий Иванович, это, как говорят, у японцев в этом роде бывает, — говорил Иван Петрович Птицын, — обиженный там идет к обидчику и говорит ему: «Ты меня обидел, за это я пришел распороть в твоих глазах свой живот», и с этими словами действительно распарывает в глазах обидчика свой живот и чувствует, должно быть, чрезвычайное удовлетворение, точно и в самом деле отомстил». («Идиот», Достоевский.)

А то еще был такой герой Гай Муций Сцевола. Римский безумный юноша. А может, и не безумный. Из патрициев. Все его в общем-то знают. История известная. Но подробности захватывающие. В 509 году до нашей эры некий царь Ларс фон Порсен (этруск) осадил Рим. Сцевола пробрался в шатер Ларса и, как это часто случается, совершил роковую ошибку, убив царского вельможу вместо царя, так как тот был одет роскошнее. Аналогичный случай произошел с одним датским принцем, который в решающий момент убил вместо Клавдия Полония.

Юношу схватили.

Стояла теплая римская ночь. Небо было звездным. Дул легкий любезный ветер. Юношу приготовили к пыткам.

Вместе со Сцеволой (которого тогда еще не звали Сцеволой) в заговоре состояли 300 человек, каждый из которых жизнью поклялся убить царя-захватчика. И вот в эту самую минуту

Гай сам положил свою правую руку в огонь, подождал, пока она обуглится, и объявил о трехстах других юношах-шахидах. После такого, разумеется, всякие пытки теряли смысл.

Ларс Порсен был настолько потрясен, что немедленно свернул полки и снял осаду Рима. Война была прекращена ценой одной руки. А Гаю Муцию пожаловали обширные луга, кажется, за Тибром и именовали с тех пор Сцеволой (левшой).

Да, герой жертвовал собой — а не другими. Но каков ход! Какое действие он оказывает. Какое впечатление производит зрелище добровольного самоистязания! Как ставит оно противника в тупик! Что после этого сделаешь?! Вариантов никаких — только бежать. Другой роли тебе не предложено.

Враги думали, что, припирая нас к стене, они вынуждают нас сдаться. Дети! Они хотели нас взять живьем! Да где это видано, чтобы, припирая кого бы то ни было публично к стене, можно добиться своей цели?

Прямолинейные, не в меру логичные, рассчитывающие только на здравый смысл поклонники тухлых идей Просвещения — ничего они не добьются. К своей цели так идти нельзя.

Теперь, когда мы раздавили их нашей антилогикой, нашей удалью и нашей харизмой, что им делать?

А что делать, если хочешь выиграть и при этом не хочешь драться? Пугать-давить?! Нет.

Как дать возможность врагу выйти с честью из этой игры, из этой смертной битвы на мясорубках, как дать ему развернуться на этой дуэли, да с достоинством, да звонко щелкнув шпорами, да так, чтобы за спиной не шептались, чтобы полковая честь не была посрамлена? Где умные секунданты?

Один ноль в пользу «России». «Запад», сжав зубы, терпит гуманитарный конвой, летучим голландцем бороздящий луганские моря. Без сопровождения Красного Креста. И не причалит теперь никогда. Меркель что-то робко спросила: а что делают российские военные на Украине? Вот и не будем ей отвечать! Пусть сама догадается. «Этот Фишер ни за что не сможет угадать, чем буду я ходить».

Внутренние формы протеста выродились, сами собой трансформировавшись из тех, что практикуют в цивилизованном государстве (митинги с требованиями), в те, что именуются «фига в кармане», то есть какие использовали только в СССР, например, флешмоб: покрась всё в цвета украинского флага и беги.

Как пишет в твиттере фейковый МИД: «На массовый митинг против войны в Москве вышел один человек».

А остальные? Что остальные. Остальные — в приподнятом настроении, им свисти в глаза — не сморгнут. Крякнут да закусят.

А все потому что сильный был ход. Мощный...