Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Оппозиция ее количества

29.10.2013, 08:40

Андрей Колесников о том, что за авторитарным режимом всегда может прийти следующий

Алексей Навальный в интервью телеканалу «Дождь»: «Когда у меня после декабрьских митингов 2011 года спрашивали, сколько еще проживет режим Путина, я тоже говорил: полтора года. Всем хотелось и казалось, что режим Путина проживет не более полутора лет, — тогда было общественное настроение такое. Правда оказалась такой, что нам необходимо готовиться к более длительной борьбе, более напряженной, интеллектуальной».

Что меня всегда поражало в новой оппозиции, так это святая вера в то, что Владимир Путин от того, что часть городского среднего класса вышла на улицы, сам почернеет, засохнет и отвалится. И еще то, что практически все новые «витринные» имена демдвижения с некоторым изумлением перед самими собой признавались: да, голосовал оба предыдущих раза за Путина, да, был всем доволен. И вдруг — прозрел. То есть я не ставлю под сомнение вот это «вдруг прозрел» — с кем не бывает. Я удивляюсь тому, что не просто мирились с вождем, с которым все было ясно с августа 1999 года (ну, с 2001 года — сталинский гимн, и уж точно все понятно с октября 2003-го — арест Ходорковского), а еще и голосовали за него, заложив мощнейший фундамент политической системы, которую теперь пытаются раскачать и уронить.

Навальный признается, что добровольно заблуждался насчет масштаба исторического времени, отмеренного нынешнему главе государства. Борьба предстоит и впрямь напряженная.

Оппонент серьезный, хотя иногда его левая рука, из последних сил допускавшая лидера оппозиции к выборам в Москве, не знала, что делает правая, честно, по-солдатски, закатывавшая его на взрослый реальный срок лишения свободы.

И вот по поводу того, как строить отношения с властью, высказался в те же дни Михаил Ходорковский, отметивший сталинские десять лет пребывания в «архипелаге гуд лаке». Его взгляд не замылен информационным шумом, он способен оценивать ситуацию en gros, по-крупному. И здесь МБХ видит опасность: «Внутри страны уменьшается число сторонников демократического реформирования власти за пределы путинского режима, медленно, но неуклонно растут радикальные настроения, которые неизбежно в кризисной ситуации породят соответствующего им лидера. Иными словами, что бы Путин ни делал, в России существует риск того, что за его авторитарным режимом придет следующий».

Странно, что недавно прозревшие не возмутились его словами. Или просто не прочли?

Дальше — больше. Знаменитый сиделец предлагает искать компромисс с разумной частью элиты, нащупывать согласие, избегать мести. Бывают ситуации в истории, когда бывшие рабы не ищут свободы, а немедленно хотят стать господами, а бывают и такие, когда, как пишет Ходорковский, появляется Нельсон Мандела: «Гений Манделы состоял в том, что, когда он вышел из тюрьмы, он вместо того, чтобы захлопнуть дверь перед носом своих тюремщиков, оставил ее открытой, чтобы они могли выйти вместе с ним».

Можно назвать Ходорковского «сегежским мечтателем». Не согласиться с ним в том, что с властью, даже с лучшей частью элиты, возможен компромисс. Режим и в самом деле движется по улице с односторонним движением, строго в одном направлении, без светофоров и с мигалкой, и имитация «валдайской демократии» никого не должна вводить в заблуждение.

Но ведь и элиты, особенно финансово-экономические, которые не могут смириться со стагнацией в экономике, недовольны режимом, отдельно стоящими столпами которого они и являются. И элиты сочувствуют мирному протесту, болотному, и боятся протеста бирюлевского. Судьбу того же Ходорковского они примеряют на себя и уже почти открыто говорят, что его пора выпускать. А согласно совсем недавнему опросу ФОМ, несмотря на то, что среднестатистические россияне считают лидерами оппозиции Геннадия Зюганова (9%) и Владимира Жириновского (9%), совсем рядом с ними появилась третья фигура — Алексей Навальный — 8% (четвертым идет «колеблемый треножник» Михаил Прохоров — 4%). И вот этот новый расклад власти придется учитывать. Хотя никто не обещает, что в нынешнем состоянии центр управления ее полетами во сне и наяву способен это обстоятельство принимать во внимание.

Впрочем, если он не будет принимать это во внимание, элиты станут во все большей степени выражать глухое недовольство политической нечувствительностью и близорукостью самого верхнего человека. И раскалываться внутри себя, дистанцируясь от фундаменталистов-госкапиталистов.

Все революции на территории, как говорит наша официозная РПЦ, «исторической Руси» в последние десятилетия начинались сверху: хрущевская оттепель, косыгинская «либерманизация», горбачевская перестройка, гайдаровские либеральные реформы (медведевская модернизация недотянула по внутренней стыдливой энергетике даже до косыгинских реформ).

Сейчас ждать от власти, что она двинет вперед либерализацию-модернизацию-демократизацию, невозможно. Значит, перемены впервые придут не сверху, а снизу. По мере созревания гражданского самосознания. Качественные изменения здесь пока важнее количественных.

Только осуществятся они не за полтора года (которые уже, кстати, истекли с декабря 2011-го). Мускулисто-резкие и истерически-популистские изменения, с этим вот самым «Русь слиняла в три дня», прав Ходорковский, не принесут, собственно, никаких перемен.