Хороший человек

Денис Драгунский о матрице успеха и языке совести

Прослушать новость
Остановить прослушивание

Недавно мой товарищ показал мне две в общем-то однотипные книжки, из той бесконечной серии, которая обещает научить успеху. Объясняет, как достичь высокого положения в обществе и руководящей должности на службе, привлекать симпатии окружающих, зарабатывать много денег, и вообще – процветать. Первая книжка была издана в конце 1970-х, а вторая – в начале 2010-х.

Обе написаны простым языком, с множеством примеров «из жизни», про каких-то выдуманных Робертов и Мэри, которые – применяя предлагаемые методики успеха – этого успеха в конце концов достигали. Но оказалось, что между этими книгами – огромная разница. Концептуальное, извините за выражение, различие.

В чем же оно? В том, что считается главными качествами личности, которые позволяют человеку занять лидерские позиции, стать влиятельным, привлечь людей на свою сторону, и в итоге – достичь столь желанного успеха.

В книге 1970-х такими качествами считались – пунктуальность, верность слову, честность в большом и малом, умение быть благодарным, трудолюбие, готовность в сложной ситуации взять ответственность на себя. Не говоря уже о профессиональной квалификации, которую надо упорно повышать, и это заметит начальство, и это оценят коллеги.

С точки зрения 2010-х – это все нафталиновая чепуха. Главные качества личности, которые обеспечат вам успех, влияние и продвижение – это личное обаяние, коммуникативные навыки, хорошее чувство юмора, оптимизм, позитивный взгляд на мир, и еще такие милые, но загадочные свойства, как «динамизм», «эффективность» и, главное, «харизматичность».

Не знаю, как насчет динамизма и эффективности (это мило, но крайне неконкретно: можно динамично играть в компьютерные игры и эффективно избегать служебной ответственности; хотя то же самое можно обратить и на пользу дела) – но вот насчет харизматичности вынужден разочаровать. Харизматичным бывает лидер, причем крупного масштаба – председатель партии, глава парламентской фракции, и, разумеется, лидер государства. В самом крайнем случае, харизматичным может быть глава (President & CEO) крупнейшей корпорации.

Но если на фирме вдруг появится харизматичный менеджер по продажам, его немедленно уволят. И объяснят: ваша харизма, молодой человек – портит всю атмосферу в коллективе. А скорее всего, и объяснять ничего не станут.

А что такое «хорошие коммуникативные навыки»? Если вынести за скобки обязательную во все века элементарную вежливость – то это всего лишь умение заболтать проблему, ловко отбрехаться от справедливых замечаний, скрыть свою неумелость и лень, замаскировать провалы и недочеты ворохом красивых фраз.

Одним словом, если в 1970-е годы в трудный для коллектива момент надо было разработать план выхода из тупика и, засучив рукава, начать что-то делать, то в 2010-е – надо устроить вечеринку с воздушными шариками. Ведь главное – позитивный взгляд и чувство юмора!

Впрочем, жизнь не стоит на месте. Могу предположить, что через два-три года главными слагаемыми успеха станет гендерная, а заодно и этническая, и конфессиональная, и какая хотите корректность, соблюдение личных границ, недопущение обесценивания травмы, избегание культурной апроприации.

Но не будем забегать вперед. Оглядимся вокруг и постараемся понять, что такие ценности, как «честность» и «благодарность» (в сумме означающие «совесть») давно ушли в прошлое, заменившись «коммуникабельностью» и «позитивностью».

Давно ли вы слышали вот такие осудительные слова: «как ему не стыдно!» «совсем совесть потерял!» «неблагодарный!» «лжец!».

Я не слышал такого уже лет десять, наверное. Более того! Меня мягко прерывали, поправляли, когда я пытался эти слова употребить. Но не так, как меня бы оспорили лет тридцать-сорок тому назад. Если бы в те годы назвал человека «лжецом», мне бы сказали: «Нет, он говорит правду, а ты ошибаешься». Я бы назвал человека «бессовестным», а мне бы сказали: «Как тебе не стыдно! Не повторяй клевету!».

Иные нынче времена. «Он не лжет, это у него такая позиция, и он ее защищает». «Он не бессовестный, что за бред! Он просто действует в своих собственных интересах».

Что же касается понятия «хороший человек» — то оно в лучшем случае вызовет сочувственную улыбку. Непременно спросят с профессиональной иронией философа-релятивиста: «Хороший – для кого? Для себя, для жены, для любовницы? Для России? Хороший – когда? Сейчас или год назад? Нельзя же быть хорошим всегда и для всех!».

Релятивизм поднялся на невиданную высоту: не так давно я встретился с воистину замечательным случаем, достойным хрестоматии.

Один мой юный знакомый бросил новобрачную жену и институт ради удовольствия прожить со своей взбалмошной великовозрастной любовницей несколько месяцев в далеком теплом краю. Я очень его отговаривал, призывал если не вовсе отказаться от приключения, то хотя бы поискать компромисс. Не оскорблять свою молодую жену и не бросать институт, поступление в который было столь трудным для него (долго готовился) и для его родителей (заплатили большие деньги). Но нет. «Я ее люблю, я хочу к ней всей душой, и значит, я прав!»

Хорошо. Разумеется, капризная немолодая любовница выгнала его довольно скоро. Он вернулся. Маячила перспектива вымаливать прощение у жены и восстанавливаться в институте. Я имел бестактность спросить его: «Теперь-то ты видишь, что ты был неправ?» Я ожидал любого ответа, но прежде всего такого: «Ну зачем вы меня мучаете! Что я, сам не понимаю? Отстаньте вы от меня со своими поучениями!».

Ответ был бы грубоватый, но понятный. В моей, так сказать, привычной парадигме. Парадигма, однако, резко изменилась, и ответ был совершенно неожиданным: «Нет! Тогда я очень хотел всего вот этого, и поэтому я тогда тоже был прав».

В общем, я всегда прав, когда я хочу. Мое желание и есть моя правда. А правда бывает только моя, и ничья больше. Газета «Правда» уже вон сколько лет не издается!

Когда-то давно, в самом начале 1950-х, была такая песенка, вроде колыбельной. Отец думает о будущем своего сына.

Я гадаю, не смыкая век,
Кем ты проживёшь свой долгий век?
Лётчиком, артистом
Или машинистом?
Лишь бы был мой сын хороший человек.
Токарем, юристом
Или футболистом?
Лишь бы был мой сын хороший человек.

Хороший человек (то есть честный, совестливый, обязательный, благодарный) – вот стрежень судьбы. Вот что поможет парню стать хорошим, успешным, уважаемым летчиком, артистом или машинистом.

Однако уже в середине 1970-х в советской прогрессивной публицистике вдруг стала популярна фраза: «Хороший человек – это не профессия!». Попытаемся понять, почему. Думаю, потому, что в 1950-1960-е, вплоть до начала 1970-х, наша страна (как, впрочем, почти все индустриальные страны) – была царством массовых однотипных профессий. Токарь, летчик, машинист, а также юрист, артист и даже футболист – были люди с примерно одинаковой (каждый в своей области) профессиональной подготовкой, с примерно одинаковым набором умений и навыков. Их могло отличать одно – кто-то был хороший человек (честный, совестливый, благодарный) – а кто-то не очень, или совсем не.

Поэтому и продвижение по лестнице успеха в идеале – да, да, не придирайтесь, я лучше вашего знаю про советский блат, взяточничество и кумовство – итак, в идеале предпочтение отдавалось хорошему человеку.

Но с наступлением новой технологической эры (в СССР ее поначалу называли НТР, «научно-техническая революция») – появилось много новых рабочих и инженерных (а также художественных) специальностей, да и старые стали ветвиться и делиться. Поэтому умения и навыки, особенно новые, неизвестные ранее – стали цениться особенно.

Если говорить упрощенно-фельетонно, то старый совестливый и честный токарь Прохор Потапыч уступил молодому хитрому и бесстыжему Стасику, оператору станка с числовым программным управлением.

Стасик стал нужнее производству, а на его неидеальные человеческие качества махнули рукой. Кроме того, с ним (возможно, именно поэтому) легче было договориться всем – от парторга до начцеха. А Потапыч упирался в принципы, не желал подписывать липовые наряды, хотя от этого зависела премия всему коллективу. Смешно? Но, увы, похоже на правду.

Вот такой, извините, марксизм крупного помола: усложнение производства приводит к моральному релятивизму. И до какого-то момента это работает. Кажется, что легче договариваться, и все хоп-хоп.

Но это только кажется. И – только «до момента».

Когда-то я подумал: куда делись все великие достижения советской науки? Подумать только, в стране Сталин и террор, никаких гражданских и политических прав, не говоря уже о правах человека – а тут тебе Иоффе, Капица, Ландау, Сахаров. А также великие химики, математики, биологи, даже лингвисты и литературоведы. Как это?

Мне кажется, что все дело в гимназиях. Цвет советской науки 1930-х годов сам учился в гимназиях. Вторая волна великих – это те, кто учился у тех, кто учился в гимназиях. С греческим, латынью и логикой.

А уже на третью волну гимназического потенциала не хватило. Он естественным образом выдохся. Короче – когда перемерли те, кто учился у людей, учившихся в гимназиях, кончилась и великая наука.

Зачем будущему физику латынь и греческий? Или учитель, который их когда-то изучал? А затем, чтобы голова работала. Логика мышления плюс пресс культуры – оттуда выходят великие открытия, преобразующие мир.

Ценности добра, совести, благодарности, честности и чести – это матрица, на которой формируется общество. Это естественный язык, коренящийся в древнейшей истории, там, где существует не просто «обмен», но «дар» и непременный «ответный дар». Этот язык куда более жизнеспособен и перспективен, чем сиюминутное эсперанто «коммуникативных навыков» и сплошного «позитива».

Кризис коммуникаций уже наступил. Все эти крики насчет «личного пространства» и «обесценивания травмы» (с предварительным вываливанием этой травмы на публику), с бесконечными обидами на всякие «неправильные» слова о гендере, расе, этносе, религии и социальном происхождении – это и есть отчаянный крик общества: «Мы разучились понимать друг друга! У нас нет языка для общепонятного разговора!».

Но этот язык никуда не делся. Это язык честности и благодарности. Проще говоря, язык совести.

Поэтому не удивлюсь, если лет через пять «хороший человек» станет самой востребованной и дефицитной профессией. Записывайтесь на курсы, пока не поздно!