Пенсионный советник
Продразверстка и военный госкапитализм

Белоусов объяснил, почему металлургам пора делиться сверхдоходами

Помощник президента по вопросам экономики Андрей Белоусов предложил взыскать с металлургических и химических компаний так называемые «сверхдоходы» в размере 513,7 млрд рублей. Деньги нужны для финансирования выполнения майского указа президента Владимира Путина. Хотя в определенной мере советы Белоусова этому указу сами противоречат.

«Любителям рассказывать анекдоты хочу напомнить главный закон капитализма: «Делиться надо»», — так Андрей Белоусов ответил на критику своей идеи со стороны Владимира Лисина, владельца НЛМК. Кроме того, он отметил в разговоре с «Ведомостями», что его инициатива необходима для выравнивания налоговой нагрузки в России.

Реклама

Утечка в прессу письма помощника президента Владимиру Путину, а сначала даже не в прессу, а в один из телеграм-каналов, сама по себе многое говорит о том, как у нас подчас готовятся и принимаются важнейшие для экономики решения. Не только секретно от участников рынка и основных объектов будущих поборов, но и в политически весьма неподходящий момент. В то время,как российский фондовый рынок и вместе с ним рубль не могут «отдышаться» от санкционных ударов со стороны Америки и пребывают в шоке от еще предстоящих, последовала внезапная «атака с тыла».

Или, как модно теперь говорить, удар в спину.

Предложение Белоусова при этом прямо противоречит обещаниям правительства, а также президента, которому он адресовал свое письмо, — не повышать налоги для бизнеса. Впрочем, формально речь идет не о новом налоге, а о волюнтаристском поборе. Который предлагается осуществить в «лучших традициях» большевистской продразверстки времен политики «военного коммунизма», когда у крестьян, которых на глазок определяли как «зажиточных», изымали зерно на нужды революции. Так что, судя по этому критерию, похоже, у нас настают времена «военного госкапитализма». Под угрозой оказывается и сложившийся баланс элит, и политическая стабильность.

Откуда взялась сумма в 513,7 млрд рублей? Это немногим меньше, чем планируется собрать путем повышения НДС с января (620 млрд). Эти деньги названы «сверхдоходами» за 2017 год, «образовавшимися благодаря рыночной конъюнктуре и независимо от действий руководства компаний». Речь, возможно, идет о росте мировых цен на металлы и ряд другой продукции (цены на металлы действительно выросли примерно на 20%). Белоусов при этом обращается к опыту предыдущего 2016 года, когда правительство изъяло таким же образом «сверхприбыль» у нефтяников, а металлурги и химики, мол, платят меньше налогов — в среднем 7% против 28% в нефтяной отрасли. Ссылка на нефтяников между тем выглядит некорректно. В случае нефтедобычи речь идет о полезных ископаемых, которые, как записано в Конституции, являются общенародным достоянием. В случае с металлургами и химиками речь идет о готовой продукции (на нее, кстати, еще и НДС повышают с 2019 года), которая общенародным достоянием не является.

В рыночной практике нет примеров изъятия именно готовой продукции, тем более на выполнение политических обещаний, даже не на решение текущих обострившихся проблем.

В письме перечисляются 14 компаний — все крупнейшие металлургические и угольные, кроме «Русала», который попал под американские санкции, а также химические «Сибур», «Фосагро», «Уралкалий» и «Акрон». Поскольку в список Белоусова попали не все профильные компании, то это создает ощущение, что за критерий «зажиточности» взята рентабельность выше 22%. Тем самым высокий чиновник еще раз от имени государства признается в том, что у нас нет в экономике равных правил игры для всех. Кроме того, как верно подметил Владимир Лисин, основной владелец НЛМК, президент металлургической ассоциации «Русская сталь», это похоже на «поощрение неэффективности»: мол, чем меньше рентабельность, тем меньше придется заплатить.

Сторонники «продразверсток» и принудительных изъятий как методов экономического регулирования не хотят признавать, что эффективность работы тех или иных корпораций основана в том числе на том, чтобы предвидеть и использовать рыночную конъюнктуру. В этом смысле замечание о том, что полученные «сверхдоходы» якобы не зависят от деятельности владельцев и руководства компаний, попросту неверно. У тех, у кого «не зависят», рентабельность как раз ниже или отрицательная.

Советы Белоусова также в определенной мере противоречат тому же указу Путина, на поиски источников финансирования которого они вроде бы направлены.

Указ предусматривает, помимо развития социальной сферы, еще и ускорение развития экономики в целом. За счет которого, собственно, и должно происходить повышение благосостояния граждан. А не на основе реквизиций, конфискаций и контрибуций у бизнеса. Экономика не сводится к «социалке». Теперь многие или все инвестиционные программы металлургов и химиков могут пойти под нож. А вместе с ними — новые рабочие места, зарплаты и те же налоги. Так что на следующем этапе в условиях экономического спада придется снова искать у кого-то «сверхдоходы».

А поскольку в условиях таких методов регулирования экономики особых стимулов повышать эффективность становится все меньше (собственно, как в эпоху «военного коммунизма» у крестьян, почему даже большевикам с их «нерыночным мышлением» от такой политики скоро пришлось отказаться), то придется начать «обыскивать» на предмет «сверхдоходов и роскоши» уже обычных граждан. Например, начать изымать на выполнение очередных указов «сверхвклады» в банках, а также «сверхденьги» — валюту. Это все тоже при большевиках проходили.

Действительно, ведь можно утверждать, что такие «сверхдоходы» образовались у граждан вне зависимости от их усилий, а в силу благоприятной мировой конъюнктуры (высоких цен на нефть, например), а также потому, что треклятый Запад не обкладывал нас тогда своими санкциями.

Кстати, о санкциях. С высокой вероятностью новый мощный санкционный удар со стороны США последует уже в ближайшие три месяца. Первый пакет ограничительных мер, увязанный с «делом Скрипалей», вступит в силу 22 августа, второй — через 90 дней, если Россия не выполнит определенные условия, связанные с запретом химического и биологического оружия, которые пока выглядят как унизительные и невыполнимые в принципе. Помимо этого, в Конгрессе лежат аж шесть законопроектов об ужесточении санкций против нашей страны уже «за все сразу» — от Крыма до «вмешательства» в выборы в США. В совокупности новая санкционная волна может накрыть до 70% российской экономики.

Так или иначе под ограничения могут попасть практически и все перечисленные в «списке Белоусова» компании. Но если оттуда исключен «Русал» — именно по принципу попадания под американские санкции, то стоит ли спешить облагать поборами в отношении тех, кто «на подходе»? Впрочем, о чем это мы... У нас не принято просчитывать ходы так задолго.