Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Приказано быть беднее

Почему вопрос профессиональной этики стал сегодня политическим

Сегодня в стране — работа над ошибками. Депутаты Красноярского края отменяют двойное повышение зарплат самим себе. Сенатор Александров дезавуирует свои же слова о том, что депутат должен получать гораздо больше врача и учителя. В Тимирязевском суде Москвы освобождают из-под стражи тяжелого инвалида, недавно осужденного на четыре с половиной года колонии. На Кубани пытаются доказать, что свадьба дочери судьи была вовсе не такой роскошной. Что случилось? Неужели общественное мнение еще имеет значение или сверху поступил сигнал «быть скромнее в быту и на работе»?

За отмену решения по увеличению вдвое собственных зарплат красноярские депутаты в среду проголосовали единогласно. Рассмотрение вопроса заняло всего около 15 минут. Впрочем, две недели назад за повышение депутатских зарплат со ста до двухсот тысяч рублей они тоже голосовали солидарно.

Губернатор региона даже успел молниеносно подписать данное решение, сообщив, что, дескать, все справедливо: ведь зарплата регионального депутата в пять раз ниже зарплаты депутата Госдумы.

Реклама

И лишь разразившийся скандал (журналист местного телевидения так зажигательно прокомментировал эту новость, что ролик с записью эфира разошелся миллионным тиражом по всей стране) вынудил прокуратуру начать проверку законности этого решения. А депутаты поспешили отыграть назад — видимо, уж лучше зарплата в сто тысяч, чем общение с правоохранительными органами.

Сенатор Алексей Александров в среду заявил, что все граждане страны — не только депутаты, но и шахтеры, и врачи, и учителя — должны получать достойную зарплату. Сенатор, видимо, тоже провел некую собственную работу над ошибками, потому что всего несколько дней назад считал немного по-другому. «Депутат, безусловно, должен получать гораздо больше, чем учитель, врач или представители иных профессий, потому что его работа более ответственная и требующая более высокой квалификации», — говорил он, комментируя скандал вокруг красноярских коллег-законодателей.

Тимирязевский суд Москвы в среду освободил из-под стражи инвалида первой группы Антона Мамаева, осужденного за разбой на четыре с половиной года колонии. Как писала «Газета.Ru», тюрьма для этого человека, который не может самостоятельно ни поесть, ни помыться, — как минимум пытка, если не смертный приговор. И судья, отправивший его в колонию на долгий срок, не мог об этом не задуматься. Но, судя по всему, решил, что милосердие в его профессиональные обязанности не входит.

Только после вмешательства правозащитников было проведено медицинское обследование, согласно которому Мамаев «не может содержаться под арестом или в местах лишения свободы, — сообщает «Интерфакс». На новом судебном заседании его освободили из СИЗО под подписку о невыезде.

И только на Кубани, прославившейся на всю страну «свадьбой года», работать над ошибками не спешат.

Как пишут информагентства, «совет судей Краснодарского края, изучив материалы, поступившие от организаторов скандальной свадьбы, пришел к выводу, что праздник оплатил бывший муж судьи Елены Хахалевой, а стоимость торжества не превышала 4,5 млн рублей». Дескать, копейки, о чем вообще говорить…

Не очень, правда, верится, что краснодарские судьи так наивны, что искренне верят в то, что все расходы на свадьбу были оформлены официально. Но дело даже не в этом. Кубанские служители Фемиды, кажется, действительно не понимают, что вопрос здесь не столько в деньгах, сколько в том, насколько этично маме-судье, сыну-депутату, жениху-сотруднику СК закатывать роскошные праздники, которые оплачивает некий бизнесмен, пусть даже бывший муж.

Именно вопросы профессиональной, трудовой, административной этики сегодня все чаще вызывают бурные дискуссии в обществе.

Никто, конечно, не призывает к тому, чтобы судьи, депутаты или сотрудники следственных органов жили впроголодь. Но так уж сложилось в мире, что представители власти — это элита общества, которая задает ему моральные ориентиры.

Какую мораль могут вынести из «кубанской свадьбы» обыватели? Что деньги и связи решают все? Так это мораль феодального общества, а мы сегодня вроде как об открытом обществе цифровой экономики грезим.

Какие ориентиры гражданам задают депутаты и сенаторы, считающие, что они должны получать гораздо больше врачей/учителей? Что не стоит советовать детям идти в медики и педагоги, а стоит — в чиновники и депутаты, поближе к деньгам?

Каким предстает российское правосудие, когда судью совершенно не волнует, что будет с осужденным им человеком в заключении?

Каков смысл жизни нынешних богатых людей (например, тех же жен-мужей-детей властной элиты, которые, по счастливой случайности, часто являются очень удачными бизнесменами), кроме как пускать пыль в глаза?

В дореволюционные годы русские купцы и пиры, конечно, закатывали, но при этом строили больницы, школы и музеи, которые приносят пользу людям до сих пор. А что оставят после себя нынешние?

Трудно сказать, будут ли использованы в президентской кампании слова «справедливость, уважение и доверие», но то, что сегодня в стране страшный дефицит и с первым, и со вторым, и с третьим, — это точно. И, кажется, это становится очевидным не только гражданам, иначе сюжеты о красноярских депутатах и кубанской свадьбе вряд ли бы попадали в сюжеты федеральных телеканалов.

Главный вопрос — смогут ли сегодня власти изменить ситуацию: выровнять доходы, установить реальный контроль над расходами, обеспечить ротацию властных кадров, вернуть понятия профессиональной репутации и этики в жизнь — или страна будет и дальше сползать в феодализм, кумовство и неизбежную при этом архаику. Ответ не очевиден.