Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Хирург и Демиург

Зачем государству мирить байкера с режиссером

«Газета.Ru» 28.10.2016, 17:22
Художественный руководитель театра «Сатирикон» Константин Райкин и байкер Александр... Екатерина Чеснокова/Виталий Залесский/РИА «Новости»
Художественный руководитель театра «Сатирикон» Константин Райкин и байкер Александр Залдостанов

Дискуссия о цензуре в искусстве с участием худрука театра «Сатирикон» Константина Райкина, главного байкера страны Хирурга и главного с точки зрения популярности в мире фестивального кино российского кинорежиссера Андрея Звягинцева не просто затмила собой привычную информационную повестку. Эта дискуссия с переходом на личности вновь вынудила государство как-то определяться со своей культурной политикой.

В российском культурном поле (а культура вместе с историей стала в России главным заменителем обычной политики) явно сформировались три основных актора. Или даже, учитывая театральный и постановочный характер происходящего, — три актера: интеллигенция, общественники-охранители и государство. Государство в лице Кремля вынуждено балансировать между двумя первыми. Причем государство периодически стравливает их, но при этом не дает конфликту перейти в тотальную войну новых «патриотических варваров» с «дегенеративным искусством».

С одной стороны, постоянными разговорами о «духовных скрепах» и «правильном патриотическом искусстве», а также порой просто финансированием разных сомнительных провластных НКО государство вроде само натравливает этих активистов на мастеров культуры. С другой, выслушав совершено хамские выпады байкера Хирурга на режиссера Константина Райкина (который до недавнего времени не только много лет публично поддерживал Путина, но является еще и сыном всенародно любимого артиста), государство вынуждено как-то охлаждать пыл «ура-патриотов». Поэтому лично пресс-секретарь президента Дмитрий Песков призвал Хирурга извиниться перед Райкиным.

Песков также назвал нападение на выставку фотографий Джока Стерджеса в Москве «абсолютно хулиганской выходкой».

Более того, даже Путин на заседании Валдайского клуба пожурил лицо новой российской пропаганды Дмитрия Киселева за обещание превратить США в «радиоактивный пепел».

Хотя Киселев всего лишь транслировал в несколько утрированном виде обычную антиамериканскую риторику российских властей.

Несмотря на то что сама дискуссия о цензуре в искусстве ведется порой в откровенно истерическом ключе с переходом на личности («дурак» — «сам дурак»), тема конфликта действительно важная и принципиальная для всей атмосферы в стране, а не только для культуры.

При этом проблема цензуры в искусстве — одна из немногих, которую любые власти при желании способны решить без больших усилий.

Даже делать ничего не надо — просто соблюдать собственные законы. Отвечая на пламенную речь Райкина о вмешательстве толпы в искусство, цензуре и странном нейтралитете государства по отношению к вандалам, тот же Песков пытался оправдать возможность влияния государства на искусство госзаказом. Мол, раз государство дает деньги, оно вправе чего-то требовать взамен от их получателей. Хотя у нас в стране понятие госзаказа для театров не вполне подходит. (Он есть в кино, там происходят государственные питчинги, где решается, на какие сценарии давать госденьги.) В России государством финансируются не конкретные спектакли, а театры. Если это театр государственный, у хозяина есть прекрасный способ определять репертуарную политику — поменять худрука. Что государство и делает. Как, например, в Новосибирской опере после постановки «Тангейзера». Правда, почему-то под нажимом каких-то «православных активистов».

Еще одна важная для прояснения сути этого театрально-политического спектакля, разыгрывающегося на наших глазах, «мелочь»: у государства нет никаких «своих» денег — это деньги налогоплательщиков. Наши с вами, а не министра культуры или даже президента. Как раз об этом написал свой текст в поддержку речи Райкина в газете «Коммерсантъ» кинорежиссер Андрей Звягинцев.

Как ни крути, получается, что государство ни по Конституции, ни по факту происхождения бюджетов не имеет абсолютного права на госзаказ в искусстве. Госзаказ может быть только в оборонной промышленности, поскольку никаких отдельных от государства армий и полиций в нормальных странах не существует.

Если государство не хочет финансировать театр «Сатирикон», если он государству не нравится — на здоровье. Но если существующие на гранты государства «Офицеры России», руководитель которых заседает в Общественной палате, закрывают фотовыставку, за это несут ответственность не только «оскорбленные активисты», но и власти.

Государство на то и существует, чтобы определять государственные границы. Но при этом не границы дозволенного в искусстве.

Если просто регулярно призывать к ответственности осквернителей выставок, глядишь, не надо будет пресс-секретарю президента просить байкера Хирурга извиняться перед уважаемым режиссером и актером. «Охранители» сами все поймут. Государству вполне по силам перестать использовать радикальных общественников в целях защиты «духовных скреп» — буквально щелчком пальца. Это не экономику из кризиса вытаскивать: тут не нужно ни денег, ни реформ.

Полностью встать на сторону «хирургов» и «офицеров», по крайней мере в вопросах отношения к прекрасному, Кремль явно не хочет. Только государство не объясняет этим борцам за чистоту и красоту, где именно пролегает граница (уже с точки зрения Уголовного кодекса), за которую выходить запрещено.

Обливать мочой фотографии на выставке нельзя. Громить скульптуры вроде бы тоже. Тем не менее выставка фотографий была закрыта. Спектакль, не понравившийся православным активистам, был немедленно снят с репертуара.

Никто не пытался наказать уголовно казаков, нападавших на Музей Набокова в Петербурге. Значит, что-то из этого можно? Или все-таки нет?

При этом пока вроде бы не было замечено людей во фраках с дирижерскими палочками, которые пытались бы разгромить, например, ежегодные патриотические новогодние елки, которые устраивают «Ночные волки». Хотя там, как говорят и пишут очевидцы, такие волки и такие елки — что волосы дыбом встают.

В общем, никакой культурной политики и политической культуры без «хирургического вмешательства» государства у нас пока не получается. И художников по-прежнему может обидеть каждый. Особенно если государство не особо возражает.