Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Пять старушек — государству рубль

Захотят ли вязальщики веников и носков становиться на учет

«Газета.Ru» 28.01.2016, 19:36
Продажа солений на продовольственной ярмарке на центральной площади Владивостока Юрий Смитюк/ТАСС
Продажа солений на продовольственной ярмарке на центральной площади Владивостока

Путин поручил правительству к лету оформить возможность самозанятым гражданам легко и быстро оформляться в качестве ИП, покупая патент, в который уже входят налог и страховой взнос. Цель — вывести из тени около 20 млн человек, которые, по словам Ольги Голодец, «непонятно где, чем и как заняты». Идея хорошая, только в текущей ситуации все сложнее объяснить людям, зачем им нужно из этой тени выходить. Где гарантия, что на свету им будет жить проще и богаче?

Самозанятые граждане – это те, кто занимается собственным делом и не задействует наемных работников. То есть армии нянь, парикмахеров, репетиторов, охотников и рыбаков, домашних мастеров, рантье, собирателей грибов, ягод и пр. Это гигантский сектор российской экономики, с которого государство сегодня не получает никаких налогов.

Теневая занятость в России, по разным оценкам, может достигать 40% экономики – больше 20 млн россиян не имеют никакой связи с государством, кроме паспорта. Государство хорошо видит только бюджетников. Реальная жизнь российской глубинки – экономическая и социальная – надежно скрыта от государственного глаза. Вице-премьер правительства Ольга Голодец в 2013-м сообщала о том, что в стране живет 38 млн человек, которые «непонятно где, чем и как заняты».

Между тем именно эта теневая занятость всегда становится буфером, когда наступают кризисные времена. Именно теневые доходы якобы неработающих граждан зачастую избавляют государство от головной боли, а подчас и социальных взрывов. Потому что когда падают официальные доходы, в игру вступает та самая «гаражная» экономика, которая кормит людей. Да, они часто не платят с этого налоги, но они таким образом выживают, не садясь на шею государства.

Но у государства, особенно когда доходы падают, а совсем близких и своих трясти еще не хочется, — другая логика:

в кризис каждый должен быть на счету и платить свою копеечку.

Пять старушек, продающих огурцы, – это, как известно, уже рубль. Не старушке. Казне.

В текущей ситуации увеличить доходы бюджета за счет существенного увеличения собираемости налогов уже невозможно – этот механизм иссяк. Вот власти и пытаются пригласить в клуб налогоплательщиков все новые категории граждан.

Граждане-предприниматели же в кризис, наоборот, норовят уйти в тень – подальше от тяжестей налогообложения, страховых взносов, пенсионных отчислений, проверок с «отстегиванием» и пр.

Процесс, впрочем, начался еще до нынешнего кризиса — с конца 2012 года после резкого повышения страховых взносов за полтора года с учета в налоговых инспекциях снялось более 700 тыс. ИП. И возвращаться из тени пока особого резона не видят.

Выводить людей на свет пока планируют обещаниями спокойной жизни. Покупаешь патент (заявляется, что его стоимость не превысит 20 тыс. руб. в год и будет дифференцирована по видам деятельности) и спишь спокойно – теперь ты предприниматель в законе.

Самая большая преграда на этом пути – тотальное недоверие к власти.

Где гарантии, что однажды принятые правила не изменятся по ходу игры — через год-два-три, а то и через полгода? Слишком часто в российской истории высокие обещания расходились с реальностью. Так, в конце 2014 года президент пообещал малому бизнесу четыре года неповышения налогов, но и года не прошло, как были отменены налоговые льготы, появился налог на недвижимость, торговые сборы, введен тот же «Платон»…

В результате общая налоговая нагрузка зашкаливает сегодня за 40% — это больше, чем в США.

Да и чем, кроме выхода в легальное поле, может привлечь система патентов миллионы самозанятых граждан, которые давно привыкли рассчитывать только на себя, а не на государство?

Трудовым стажем в расчете на будущую пенсию? Но сегодня, кажется, уже никто не верит, что на эту пенсию реально можно прожить – куда надежнее ежегодно откладывать те же 20 тыс. на старость самостоятельно или вкладываться в детей, в которых веры больше, чем в Пенсионный фонд России.

Отсутствием поборов со стороны надзирающих, проверяющих и правоохранительных органов? Это еще большой вопрос, не окажешься ли ты на свету куда более доступной добычей, чем в тени. Судя по исследованиям Симона Кордонского, завкафедрой местного самоуправления НИУ ВШЭ, по всей стране на территории «гаражных кооперативов» идет активная коммерческая деятельность. Где производят все: от автомобилей до обуви, мебели и даже продуктов. Покупая патент, такой гаражный предприниматель рискует сразу стать интересным для десятков проверяющих – от пожарных до санврачей. При этом условия в гараже вряд ли будут соответствовать всем нормативам.

Мы сейчас — если верить Кудрину, пик кризиса еще впереди — находимся в переходном состоянии, когда еще можно сделать лучше, но еще легче сделать хуже.

Непродуманные или слишком резкие усилия государства по возвращению в «белый» сектор из «серого», теневого (особенно когда вместо пряника используют кнут) могут привести к тому, что «серый» толпой уйдет в «черный».

Как, собственно, случилось в истории с «Рутрекером». Торрент-ресурс, который существовал в теневой зоне, распространял пиратский контент, но честно удалял раздачи по требованиям правообладателей, был заблокирован. Теперь им можно пользоваться, только обходя блокировку (судя по цифрам посещаемости ресурса, для россиян это не стало проблемой). Зато правообладателей лишили права блокировать контент – раз вы с нами так, то и мы с вами соответствующим образом. В итоге и правообладатели проиграли, и государство выглядит смешным.

Попытка вывести из «серой» зоны дальнобойщиков с помощью «Платона» привела к перспективе разорения многих официально зарегистрированных автоперевозчиков, повышению цен в магазинах и спровоцировала первую за многие годы межрегиональную серию протестов.

Идея с патентом, на первый взгляд, выглядит вполне разумной. Если, конечно, у государства найдется чем действительно привлечь самозанятых. Их сила в том, что привычный административный ресурс их не возьмет – проверить и оштрафовать 20 млн сам-себе-бизнесменов физически невозможно. Остается предлагать им только пряник. Но вот какой пряник может предложить сегодня государство этим людям — большой вопрос. Что в принципе сегодня оно может предложить бабушке, продающей на улице носочки, или водителю грузовика, перевозящему шкафы и матрасы? Льготные кредиты, страховки, защиту от хулиганов на темной улице?

Если бы обещания государства так часто не расходились с реальностью и бизнесу действительно был бы дан карт-бланш, даже если бы предприниматели где-то чуть мухлевали с налогами и доходами (что происходит во всем мире), бизнес действительно мог бы превратиться из «дойной коровы» в тот драйвер экономического роста, о котором так много говорят на заседаниях правительства.

Но в будущее государство заглядывает редко. Ему нужно решить проблему здесь и сейчас. А потому с большей вероятностью корову прирежут, носочки распустят...