Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Не перешли через Майдан

Почему «революция достоинства» стала судьбоносной и для Украины, и для России

«Газета.Ru» 18.12.2015, 20:50
Wikimedia Commons

Продолжающееся противостояние внутри украинской элиты показывает, что она так и не извлекла уроки из «майдана» двухлетней давности. Но и Россия платит очень высокую цену за занятую тогда внешнеполитическую позицию. Киевская зима 2013–2014 годов оказалась судьбоносной для обеих наших стран, руководство которых оказалось похоже друг на друга даже больше, чем можно было предположить.

Не так себе представляли вторую годовщину «евромайдана» люди, которые в декабре 2013 года мерзли в центре Киева, желая показать тогдашней украинской власти и околополитической элите: хватит определять будущее страны за нашими спинами, мы не быдло, мы граждане.

Они явно ждали не обмена матерными репликами между одним из тогдашних героев — Арсеном Аваковым и Михаилом Саакашвили, который воспринимался как живой символ того, что реформы по итогам уличной революции могут быть успешными. Тем более на глазах у президента новой Украины Петра Порошенко, который оказался явно не в состоянии остановить двух своих зарвавшихся подчиненных, обвиняющих друг друга в коррупции — самом страшном политическом «грехе», против которого и восстал Киев, а вместе с ним и значительная часть страны.

Петр Порошенко на днях заявил, что украинцы кровью заслужили безвизовый режим с Европой. Неужели это простое потребительское улучшение — максимум того, ради чего творилась «революция достоинства»?

Впрочем, два года назад было еще далеко и до кровавой развязки «майдана», и до свержения Виктора Януковича, и до «бегства» Крыма в Россию, и до войны в Донбассе…

Зато теперь уже ясно, что тогдашняя киевская зима стала судьбоносной не только для Украины, но и для России.

Почти очевидно, что украинские элиты так и не обрели столь важной способности устанавливать хотя бы относительно стабильные правила игры, недостаток которой два года назад и отдал протест в руки радикалов.

Можно, конечно, смотреть на то, как премьера страны Арсения Яценюка выносят с трибуны Верховной рады, и говорить о том, что мы в России отвыкли от настоящей парламентской дискуссии, которая нет-нет да и должна выходить за буйки парламентских выражений.

Действительно, в развитых демократических странах подобного рода эпизоды служат для амортизации общественного напряжения, для разрядки негативной энергии, да просто для того, чтобы ввести в высоколобую дискуссию элемент реалити-шоу. Только вот в не столь развитых — аналогичные инциденты, как правило, только распаляют общество и раздувают пожар взаимных претензий. И «майдан» — как раз лучшее тому доказательство.

Но украинская элита, похоже, ничего не забыла и ничему не научилась.

В пятницу Киев объявил мораторий на выплату России $3 млрд госдолга — по сути, это означает дефолт Украины. Смогут ли политические страсти отвлечь Украину от происходящего в ней экономического коллапса?

Перечисляя проблемы Украины, легко забыть, в какой ситуации находится наша собственная страна, и даже сойтись на том, что у нас-то все не так уж и плохо. Только в этот момент стоит вспомнить, что стартовые позиции у двух стран были чуточку разные: наши соседи два года назад уже были в преддефолтном состоянии, пока мы рапортовали, что окончательно оправились от кризиса 2008–2009 годов.

А вот скорость начавшегося падения в общем сопоставима. Вспомним, как в конце прошлого года рубль и гривна соревновались за звание самой быстро обесценивающейся валюты. Сравним победные реляции лидеров обеих стран о том, как эффективно работают их антикризисные планы. И поймем, что они отличаются друг от друга не так сильно, как они сами постоянно повторяют.

Как Украина расплачивается за то, что выбрала радикально революционный способ переустройства собственной жизни, так и Россия — за то, что выбрала самый радикальный способ борьбы против распространения революционной заразы.

С 1 января вступит в силу соглашение об евроассоциации — той самой, из-за которой два года назад разгорелись страсти. Уже очевидно, что она станет еще одним испытанием для экономики Украины, поскольку лишит возможности выгодно торговать с Россией, правительство которой обещает создать все возможные преграды против перепроданных Украиной европейских товаров.

Но и Россия не то чтобы многое выиграла. Программа-максимум — сохранить соседей в сфере собственного влияния — очевидно, провалена. У Москвы уже нет былой возможности влиять на украинскую политику, делая ставки на определенные лица в элите. Украина и дальше будет дрейфовать от нас. Программа-минимум — дестабилизировать страну и сделать максимально дорогим «вход» туда Западу — худо-бедно выполняется, но самой России стоит все дороже.

На многие годы вперед неопределенной остается судьба Донбасса — некогда самого процветающего региона Украины, который теперь завис между двумя странами, разочарованный в обеих, депрессивный и полный оружия.

И это не говоря об антироссийских санкциях и постепенном вытеснении из мировой экономики.

«Майдан» оказался примером удивительной политической недальновидности всех участников, вовлеченных в шедшие вокруг него процессы.

Каждая из сторон — и тогдашняя украинская власть, и ее оппоненты, и Москва, и западные столицы — все время повышала ставки в надежде, что другие спасуют. Но никто не спасовал. Правда, когда карты раскрылись, оказалось, что и банк забрать никто не может...

Надоевшее клише гласит, что за ошибки политиков расплачиваются обычные, ни в чем не повинные люди, но в данном случае и оно не очень применимо, ведь в этой истории самые «обычные» люди сыграли далеко не последнюю роль. На Украине сначала выйдя на майдан Незалежности, потом захватывая администрации в городах и селах Донбасса. В России молчаливо соглашаясь на ухудшение собственной жизни, потому что «кругом враги» и это цена, которую стоит заплатить, чтобы не быть уничтоженными.

Так в чем же изначальная причина общих для наших стран бед? В качестве элиты или в ментальности народов?

Быть может, ответ стоит искать в том, как легко и непринужденно бывший президент Грузии Михаил Саакашвили освоил культурный код украинской политики с ее перебранками, драками и взаимными обвинениями.

Мы все жители разных стран, но выходцы из одной — позднего Советского Союза.

Все наши лидеры — бывшие партийные функционеры, комсомольские вожаки и офицеры спецслужб. И нашу реальность формируют исходя из своих застарелых социальных привычек, где, как известно, «можно верить и в отсутствие веры, можно делать и в отсутствие дела».

Главное — доказать всем вокруг (а возможно, и самим себе), что они современные, прогрессивные, идейные, что они «другие» — и гори огнем все остальное. Не быть, а казаться.

Спустя два года после начала «майдана» Россия и Украина по-прежнему страшно нужны друг другу. Как минимум в качестве кривого зеркала, которое доказывает, что «у нас-то еще ничего», что «могло бы быть и хуже». Мы для них — пример ужасов авторитаризма. Они для нас — образец разгула демократии. Так, может, пора перестать смотреть друг на друга и получше разглядеть самих себя? И тогда, быть может, украинские политики научатся делать общее дело, а не выяснять отношения, а российские — уважать общественное мнение, а не тасовать факты во имя иллюзии сплочения рядов.