Рейс MH-17

Полет войны


Как крушение Boeing изменило ход военного конфликта на Украине

Полет войны
16.07.15 
Автор: «Газета.Ru»

Официальные результаты международного расследования крушения малайзийского Boeing в небе над Донбассом должны быть опубликованы осенью. Но утечки начались уже накануне годовщины трагедии – 17 июля. Мир ее не забыл. И не простил. Тогда, жарким июльским вечером, изменилось в одночасье все: ход событий на востоке Украины, степень внимания к конфликту, оценка действий России.

Сразу после крушения «Газета.Ru» писала о том, что остаться в стороне от конфликта на Украине мировое сообщество уже не сможет. Слишком большим шоком стала трагедия, которая приковала внимание всего мира к региону, который тут же перестал восприниматься лишь как очередной очаг нестабильности «где-то там».

В самом деле: международный рейс Амстердам — Куала-Лумпур, 283 пассажира и 15 членов экипажа, семьи из самых разных стран, летящие из отпуска с детьми, сотни тел и разбросанные на несколько километров обломки самолета. После этого кошмара события на Украине стали уже не просто внутренними разборками далеких славянских стран, а леденящим душу актом международного терроризма.

Слово «Бук» в английском языке стало означать не только книгу, но и ракетный комплекс российского изобретения и изготовления, из которого, предположительно, сбили лайнер.

Последовали немедленные обвинения в адрес России, особенно усердствовал премьер Австралии Тони Эббот, прямо возложивший ответственность за гибель людей на российских военных.

Через несколько дней с ответным заявлением выступил Владимир Путин. Ночью, необычно для себя встревоженный, президент России, с одной стороны, отметил, что «никто не имеет право использовать трагедию для достижения узкокорыстных целей». С другой, подчеркнул, что Москва «сделает все, что от нее зависит, чтобы конфликт на востоке Украины перешел из сегодняшней военной фазы в фазу обсуждения за столом переговоров мирными и исключительно дипломатическими средствами».

Появилась слабая надежда на то, что гибель невинных людей приведет к дипломатическому прорыву. Как минимум к немедленному прекращению огня и выработке пошагового плана по урегулированию ситуации.

Прошла неделя, другая, третья – война не только не пошла на спад, но разгорелась с новой силой.

Украинские военные вели массированное наступление на Донецк и Луганск, чтобы в итоге угодить в котел, который, возможно, был организован не без знания местности российскими «отпускниками». Западные страны ввели новые санкции, на этот раз не ограничившись запретами на въезд и арестами счетов отдельных российских чиновников, а заблокировав внешнеэкономическую деятельность целого ряда компаний и даже отраслей. Россия ответила продуктовым эмбарго.

Перемирие было подписано в начале сентября в Минске, но и оно не смогло по-настоящему остановить войну.

И тогда появилось тягостное чувство, что крушение Boeing, гибель нескольких сотен людей на самом деле ничего не могут изменить, когда речь идет о большой геополитической игре. Особенно крепло оно в России, чьи политики и официальные деятели то и дело задавали своим западным коллегам вопросы «ну и где же ваше расследование?». Словно забыли, что представители Нидерландов, Бельгии, Австралии и Украины, участвующих в расследовании, с самого начала договорились сообщать о любых результатах только по его окончании.

Российские власти как будто не замечали, что эти преждевременные вопросы и многочисленные «альтернативные» гипотезы, начавшие появляться чуть ли не с первых часов после трагедии, объективно работали против имиджа нашей страны.

Поспешными выводами и голословными суждениями грешили, впрочем, и западные партнеры, и западная пресса, но, как минимум, официальные лица явно сбавили тон в ожидании результатов расследования.

Похоже, Москве казалось, что расследование реальных причин крушения будет оставлено на откуп будущим поколениям во имя высших геополитических интересов типа урегулирования конфликта и нормализации экономических отношений с Россией. Но, как часто у нас бывает, не учли того, что контрагентами в данном случае выступают не только западные лидеры, которые тоже политики и тоже имеют геостратегические цели.

В этой ситуации задействована не только «реал политик», но и люди, для которых гибель родных, друзей, внуков и дочерей — это такой шок, который они не могут и не готовы разменять ни на какие геополитические доводы и бонусы. И западные лидеры не смогут просто так игнорировать неудобные вопросы граждан и прессы. Им этого просто не простят.

Если Россия хочет выйти из этой истории, сохранив лицо, то, видимо, ей нужно демонстрировать готовность в полной мере поддерживать международное расследование. Резоны, по которым наша страна отказывается от создания трибунала по Boeing, можно понять, но в глазах западного общественного мнения это опять же выглядит как страх ответственности. Значит, задача не в том, чтобы избегать международного расследования, а, напротив, в том, чтобы форсировать его, демонстрируя добрую волю.

Тем более, едва ли кто-то думает, что гибель самолета была результатом чьих-то сознательных действий. Скорее всего — трагическая ошибка. Жуткая, непоправимая, но, увы, возможная, когда идет военный конфликт и все стороны взвинчены до предела.

Но найти или по крайней мере обозначить готовность найти ее виновника — это то, что могло бы быть большим имиджевым выигрышем Москвы.

Если это будет кто-то из ополчения самопровозглашенных республик, это будет хорошим шансом лишний раз дистанцироваться от их действий. К примеру, отмежеваться от неудобных представителей ополченцев типа Игоря Стрелкова, которому родственники погибших пассажиров рейса МН-17 из США только что предъявили многомиллионный иск.

Тем более что и западные страны, и Киев демонстрируют готовность к новым компромиссам. Петр Порошенко, очевидно, не без давления иностранных партнеров, согласился внести в конституцию пункт об «особом статусе» подконтрольных ДНР и ЛНР районов. Разбирается с «Правым сектором», стремясь приструнить наиболее радикальные элементы. А Запад явно не торопится ужесточать нынешнее экономическое противостояние и тем более помогать Киеву в военном плане.

Москва и сама косвенно демонстрирует последние месяцы усталость от затянувшегося противостояния. Вот только не знает, как выйти из него, потому что для российских властей сегодня уступать — это как отступать. Все бы уж и рады с этим покончить, только не знают, как не потерять лица, сохранить реноме и влияние.

Честные шаги требуются от всех, в том числе от Москвы. Тяжелые, неприятные и, главное, тонкие — мы их так не любим. Но, возможно, только это и позволит не множить число невинных жертв этой страшной и по большому счету никому уже не нужной войны.