Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Зашевелились

Сможет ли кризис заставить власть работать

«Газета.Ru» 19.12.2014, 20:30
imdb.com

Несмотря на заявления Владимира Путина на итоговой пресс-конференции в духе «все неизбежно наладится через два года», власть, пожалуй, впервые за многие месяцы задумалась о степени кризиса и о том, как с ним справляться. Возможно, некоторые её представители постепенно приходят к мысли, что пора выходить из геополитической парадигмы и начинать что-то делать в своей стране, пока резкий экономический спад не привел к массовому обнищанию населения.

Слово «кризис» из уст властей не звучит по-прежнему. Только непублично они произносят: «Мы в полноценном экономическом кризисе». Это пока можно объяснить: правители боятся паники и, изображая бодрость, подают пример населению. Пусть пока так, еще не хватало паники у банков, которая уже началась в магазинах, и протестов опорных для президента социальных групп — бюджетников и пенсионеров. Так что, может, пусть пока себе говорят, что, дескать, само рассосется.

Понятно, что не рассосется. Нас ожидают очень тяжелые как минимум два следующих года. Поэтому важнее сейчас не то, что происходит публично, а то, что делается в кабинетах. Похоже, до этой недели не делалось ничего.

Банкиры, экономисты, финансисты говорят, что, в отличие от кризиса 2008–2009 годов, когда от них требовали идей и предложений, сегодня тишь да гладь. Из властных центров никаких запросов, никаких идей встретиться и обсудить, как будем выживать.

И вдруг зашевелились. Уже давно мы не видели такой активности от правительства и Банка России, как на минувшей неделе.

В ночь с 15 на 16 декабря Центробанк радикально повысил ключевую ставку — с 11,5% сразу до 17%. Еще через сутки появился антикризисный план ЦБ по спасению банковской системы от угрозы кризиса ликвидности. Правительство получило, наконец, полномочия и выработало дополнительные меры на случай новых изменений на валютном рынке. «Сейчас правительство готово к более-менее любому (варианту)», — уверил помощник президента по экономике Андрей Белоусов.

Даже Дума, которая в последние годы «радовала» лишь гонкой бессмысленных или прямо вредных запретительных законов, теперь честно и даже в экстренном порядке принимает имеющие отношение к реальности антикризисные законопроекты — об увеличении вдвое порога страхования вкладов населения, о докапитализации банков, о том, как реструктурировать валютную ипотеку граждан (самый тяжелый вариант, в котором оказались некоторые физлица).

Многие, и российский президент в том числе, вспоминают в связи с нынешним экономическим кризисом прошлый кризис 2008–2009 годов. Его российской власти удалось пережить относительно небольшой ценой — в первую очередь благодаря серьезным обоюдным усилиям политического и экономического блоков, а также представителей бизнеса. Тогда банки тоже экстренно докапитализировали, а специально созданная комиссия под руководством первого вице-премьера Игоря Шувалова в ходе постоянных заседаний решала, каким стратегическим компаниям (в том числе и частным) оказать государственную финансовую поддержку.

Сейчас, по официально озвученной версии, все должно пройти само примерно за два года. Либо наша экономика сама приспособится к низким ценам на нефть (непонятно почему, если мы в этой модели с 1970-х, о чем недавно сказал премьер Медведев), либо эти цены опять подскочат.

В общем, всё как-нибудь наладится.

Однако так полагать ошибочно. Не было в России еще такого кризиса. Прежний был не российским, а глобальным, Россию он лишь затронул. В своих действиях Россия подчас только копировала действия еще десятков стран, в том числе ведущих западных, накачивая экономику ликвидностью и спасая системно значимые банки. В итоге из того кризиса нас, по сути, вытащила сама же глобальная экономика.

Сейчас так не получится хотя бы потому, что это «кризиснаш». Это кризис путинской экономической модели, благополучно существовавшей первое десятилетие его правления, давшей первый сбой в прошлом кризисе и окончательно исчерпавшей себя еще в начале этого года. Это кризис международных связей, без которых развитие в глобальном мире невозможно. Это кризис нефтяных цен, которые, может, поднимутся до 80–90 долларов, а может, и нет. Наконец, это кризис модели, в которой никто ничего не считает — ни издержек импортозамещения, ни цены ответных санкций, ни цены этих скачков курса.

Превращение России в страну одного человека по факту парализовало и так не особо эффективно работавшие институты принятия решений в стране. Хотя именно принимать решения, причем быстрые и непопулярные, в ближайшее время придется неизбежно. Вопрос в том, сможет ли российская государственная система действительно очнуться от спячки, ставшей косвенным результатом патриотического сплочения вокруг первого лица в последний год.

Зашевелились последние три дня. Опять активность вокруг того же Игоря Шувалова, первые розданные поручения, пока, надо сказать, довольно спорадические. А что вокруг президента? Говорят, он действительно верит, что и этот кризис переживем так же, как пережили прежний, пятилетний давности.

Но в этот раз все будет не так просто. Сколько времени должно пройти, пока граждане реально почувствуют на себе последствия обвала рубля, разгоняющейся инфляции и рецессии? Возможно, это случится будущей весной, когда окончательно закончатся товары по старым ценам. Экономисты называют февраль. Финансисты вообще считают, что осознание придет сразу после новогодних праздников.

Хотя на итоговой пресс-конференции президент и сказал, что отвечает за всё в стране, шевелиться теперь придется всей государственной системе. Времени на принятие решений осталось немного. Два года президент «дал» мировой экономике на стабилизацию. Она уже стабилизируется. Более того, из своего тяжелейшего кризиса она выходит структурно другой. А вот какой выйдет Россия из своего кризиса и когда? Думайте над ответом, властители, пока не стало совсем поздно.