Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Все дело в словах

Сергей Алексашенко разбирает статью Медведева

Сергей Алексашенко 30.09.2013, 09:58
Станислав Красильников/ИТАР-ТАСС

Премьер-министр верно определил причины ухудшения экономики, однако предложенные им тактические решения мало с этими причинами соотносятся.

Статью премьер-министра Медведева в газете «Ведомости» с многообещающим заголовком «Время простых решений прошло» бессмысленно разбирать глубоко, как первоисточники марксизма-ленинизма. Главное ее достоинство в том, что она появилась: нечасто российские лидеры столь много времени посвящают проблемам бизнеса.

Формально в статье есть все: анализ причин, стратегические наметки и тактические решения. Вместе с тем у премьер-министра Медведева нет того, что называется track-record, истории выполненных обещаний.

Мы уже слышали, что «свобода лучше, чем несвобода», и при этом видели второй приговор Ходорковскому, Pussy Riot, дело «Кировлеса» и Болотной. Мы уже слышали про «четыре И», но видим, как инвестиции снижаются, капитал из России бежит, инфраструктура деградирует, а инновации существуют только в бюрократических отчетах госкомпаний.

Слышали мы и про политическую реформу, свободные выборы и честную власть и видели, как на последних выборах в большинстве регионов (пожалуй, кроме Москвы, Екатеринбурга и Петрозаводска) власть выламывала руки оппонентам и, не стесняясь, корректировала в свою пользу итоги голосования. Поэтому первое, что стоит сказать: слова премьера, конечно, важны, но оценивать его будут по делам.

Однако давайте и на слова посмотрим. Тем более структура статьи позволяет это сделать. Там есть три очевидные части, выстроенные в правильной логической последовательности: причины ухудшения дел в экономике, стратегические направления деятельности и тактические решения. Вот и посмотрим, как они связаны между собой.

Итак, причины. Первая — неблагоприятные внешние условия. Этот миф повторяется как мантра, хотя, на самом деле никакого ухудшения уже не происходит.

Экономики развитых стран (США, Европы, Японии) чувствуют себя сегодня намного лучше, чем, скажем, год назад. Спад в Европе закончился, США и Япония ускорили рост. Нефтяные цены — спасибо Сирии и Ирану — не растут, но и не падают. Финансовые рынки более спокойны и предлагают заемщикам из развивающихся стран условия лучше, чем еще год назад.

Причина вторая (хотя думаю, для многих крупных компаний она стоит на первом месте) — возросшие издержки предпринимательской деятельности. С 2007 года цены на газ для экономики выросли на 115%, на электроэнергию — на 71%, реальная заработная плата (сверх уровня инфляции) – на 74%, реальный курс рубля – на 16%. Все это делает «невыгодным продолжение производства … а также реализацию … инвестиционных проектов». Ни добавить, ни убавить!

Причина третья — у государства закончились «шальные» деньги, которые позволяли реализовывать крайне низкоэффективные, с моей точки зрения, мегапроекты. Здесь перепутаны причина и следствие: снижение бюджетных доходов является следствием резкого торможения экономики. Но с чем нельзя не согласиться — в статистике эти инвестиции трансформировались в динамику ВВП, даже если половина денег куда-то уходила…

Причина четвертая — «у инвесторов сохраняется … вполне объяснимое недоверие к публичным институтам, что самое печальное – в том числе и к судебной системе». Ну что ж, хорошо, что это по крайней мере произнесено.

Поскольку власть не может «сама себя высечь», предлагаю признать, что причины определены верно. Идем к стратегии, где названы три базовых принципа, на которых необходимо основывать свои шаги.

Первое — обеспечить предпринимателям максимальную свободу действий, переориентировать господдержку на создание современных рабочих мест. Второе — радикально повысить эффективность использования имеющихся ресурсов, повысить производительность труда. Третье — обеспечить качественное госуправление, защиту прав собственности, необходимую инфраструктуру, сжатие масштабов государства.

Коротко, но емко. Тема безумной тарифной и курсовой политики куда-то исчезла, зато премьер возлагает на государство задачу повышения производительности труда, которую вообще-то должен решать бизнес. Я готов и на это не обращать внимания, так как считаю, что главное, что тормозит инвестиции и рост экономики, – защита прав собственности — прозвучало. Поэтому давайте теперь посмотрим, в какие решения трансформируются правильный диагноз и базовые принципы государственной политики.

Первое. Долгосрочные принципы тарифной политики: замораживание тарифов в 2014 году, а потом индексация по инфляции в следующие два года. Стоп. Во-первых, три года – это не долгосрочные принципы политики. Во-вторых, что нового в восстановлении индексации в 2015–2016 годах? Кроме того, куда делся объявленный пару недель назад принцип индексации «инфляция минус»? В статье премьера он относится только к населению, но уже обнесен такими условиями – параметры индексации могут быть разными в зависимости от стартовой ситуации, структурных решений, введения социальной нормы потребления, модернизации почты, — что сразу становится понятно: если «минус» и будет, то очень маленький. И никаких «инфляция минус 30»...

Второе. Поддержка малого бизнеса – медленное, а не резкое повышение страховых платежей, налоговые льготы для малых IT-компаний, возможность региональных льгот по налогам, квоты при госзакупках, кредиты малому бизнесу за счет Фонда национального благосостояния. То есть сначала отберем через налоги, а потом дадим кредиты под 12–15%. Чрезвычайно эффективно.

Третье. Развитие национальной финансовой индустрии, превращение Москвы в международный финансовый центр. И это все! В прямом смысле: больше никаких решений. А куда делись защита прав собственности и качество судебной системы, сжатие государства и эффективное использование ресурсов государства (бюджетных денег прежде всего), приватизация и инфраструктура?

Тезис был, а затем, когда дело в статье дошло до обозначения насущных для развития практических шагов, испарился.

Поэтому у статьи, как мне кажется, нужно поменять название: «Время решений не пришло». Тогда все сразу стало бы понятно.

Автор — директор по макроэкономическим исследованиям Высшей школы экономики