Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Черный ящик власти

Желание общества узнать, как реально функционирует российская власть, порождает устойчивый спрос на соответствующие изыскания

«Газета.Ru» 21.08.2012, 18:24
The decision making process in Russia is known only to a small circle of people ИТАР-ТАСС
The decision making process in Russia is known only to a small circle of people

Пока остается непонятным, как и кем принимаются важнейшие решения в жизни страны, будут востребованы любые исследования, описывающие устройство российской власти, и в ходу будут наглядные сравнения нынешней модели управления хоть с тем же советским Политбюро.

Доклад политконсультантов Евгения Минченко и Кирилла Петрова, в котором описывается текущая конструкция правящей Россией элиты, привлек внимание ведущих отечественных газет. Это свидетельствует об имеющемся запросе на объяснение того, как устроена российская власть. Но главное заключается в том, что формальные описания – а они содержатся и в Конституции, и в других законодательных актах, посвященных политическому устройству страны – не удовлетворяют резонного интереса, непригодны для выявления процесса принятия решений на национальном уровне и, соответственно, не востребованы теми, для кого такие решения важны при планировании собственных действий. То есть бизнесом, гражданскими организациями и общественными группами.

Доклад Минченко с соавторами ценен тем, что содержит перечисление персоналий и группировок, предположительно контролирующих страну и конкурирующих за ее ресурсы. Полон ли этот перечень, верно ли отражены в нем роли, намерения и взаимоотношения группировок, проверить нельзя – он составлялся исходя из опросов, в которых респонденты «по понятным причинам» предпочитали оставаться анонимными. Не исключено, что другие исследователи, обращаясь к другому набору экспертов, получили бы и другой результат.

Но главный вывод, скорее всего, остался бы тем же – Россией управляют неформальные структуры, а роль арбитра исполняет Владимир Путин.

Бюрократичность такой системы управления вовсе не означает ясности, к кому обращаться, когда надо решить тот или иной вопрос. Ее сословность и даже кастовость совсем не приводит к пусть несправедливой, но все же четкой картине, описывающей состав и полномочия правящей верхушки.

Иными словами, речь идет о попытке описания того, что находится внутри «черного ящика», который авторы доклада именуют «большим правительством» или Политбюро 2.0. Именовать можно по-разному, и в данном случае отсыл к советскому Политбюро скорее объясняется стремлением придать докладу большую броскость и сделать удобнее его медийную трансляцию, чем действительным сходством модели управления Россией на третьем путинском сроке с каким бы то ни было моментом в истории покойного СССР.

Но это не так уж важно.

Важны три вещи – во-первых, получить достоверное представление об устройстве власти в России невозможно исходя из анализа правоустанавливающих документов. Во-вторых, предложить непротиворечивую модель можно только с помощью непрозрачных опросов, и в-третьих, на это, тем не менее, есть спрос.

Иначе говоря, лучше хоть какое-то объяснение происходящему, да пусть даже два или три объяснения, которые будут противоречить друг другу, чем никаких объяснений вовсе.

Нельзя при этом сказать, что «черный ящик» для верховной власти был создан в последние годы. Разнообразные рейтинги влиятельности, кулуарные описания того, что там наверху «на самом деле происходит», были популярным продуктом и в начале двухтысячных, и ранее – при власти Бориса Ельцина, во всяком случае, во второй половине 90-х. Другое дело, что именно сейчас этот вопрос стал приобретать большую драматичность. Хотя попытки ответить на него более убедительными не стали.

Кулуарные договоренности, личные связи, клановые и корпоративные игры, разумеется, являются неотъемлемым свойством любой сложной государственной машины. Однако в странах с развитой сферой публичной политики это пусть важные, но детали. В России же – это несущая конструкция, в которой соблюдение конституционных норм представляется смешной мелочью по сравнению с отношениями между, к примеру, Сечиным и Дворковичем. А возрастающая потребность досконально ее описать вызывается все большими сомнениями в ее устойчивости.

Уход со сцены Берлускони – максимально, наверное, близкого по типажу к Владимиру Путину из европейских лидеров – не привел и не мог привести к демонтажу сложившейся в Италии системы власти со всеми ее достоинствами и пороками. Уход Путина именно к демонтажу и приведет. В лучшем случае. А в худшем – к обрушению перекрытий.