Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Маленькая бесполезная война

Россияне относятся к результатам российско-грузинской войны все более индифферентно

«Газета.Ru» 08.08.2012, 16:34
Russians don't think the war in Georgia brought any good, or bad, to themselves ИТАР-ТАСС
Russians don't think the war in Georgia brought any good, or bad, to themselves

Спустя четыре года после начала вооруженного конфликта России с Грузией, закончившегося признанием Москвой независимости Южной Осетии и Абхазии, у российских властей не осталось оснований подавать эти события как «маленькую победоносную войну».

Едва ли не единственным информационным поводом для разговоров о четвертой годовщине войны России с Грузией стал скандальный 47-минутный документальный фильм «Потерянный день». Семиминутная версия этого фильма под хлестким заголовком «Трусость Медведева убила 1000 человек» содержится в открытом доступе YouTube. В этом фильме высокопоставленные военные обвиняют тогдашнего верховного главнокомандующего Дмитрия Медведева в нерешительности: по их мнению, если бы приказ о наступлении был дан не 8, а 7 августа, можно было избежать многих жертв среди российских миротворцев и мирных жителей Цхинвали. Военачальники уверяют, что Медведев принял решение о вводе войск в Южную Осетию только после нажима на него тогдашнего премьера Владимира Путина, находившегося на летней Олимпиаде в Пекине.

Сам Путин тут же прокомментировал скандальный фильм: «Военная разведка, думаю, делала свое дело. Решение о применении вооруженной силы очень ответственное: там стреляют и гибнут люди. Прежде чем его принять, надо десять раз подумать». «Долго думали?» — поинтересовались журналисты. «Дня три», — ответил Путин.

Показательно, что российские власти уже давно не используют войну с Грузией, изначально подававшуюся как чуть ли не самое яркое доказательство возвращения былой геополитической мощи «встающей с колен» империи, в официальной пропаганде.

Попытки добиться от мирового сообщества массового признания Южной Осетии и Абхазии провалились. Независимость отколовшихся от Грузии автономий не признала ни одна постсоветская страна, включая даже ближайшего российского союзника Белоруссию. В Южной Осетии Россия с двух попыток не смогла добиться избрания президентом официально поддерживаемого Кремлем кандидата.

Но, главное, сами россияне не воспринимают эту войну как выдающееся историческое событие. К четвертой годовщине операции по «принуждению к миру» Грузии Левада-центр провел традиционный ежегодный опрос об отношении россиян к независимости Южной Осетии и Абхазии и о последствиях войны для самой России.

Число тех, кто считает, что Абхазия и Южная Осетия должны входить в состав России, практически не изменилось и балансирует у отметки 35%.

За независимость этих территорий около 42% россиян (пик пришелся на июнь прошлого года, тогда официальное решение властей России о признании независимости Южной Осетии и Абхазии поддерживали 53%). Однако самыми показательными являются ответы на вопросы о влиянии той войны на саму Россию. В сентябре 2008 года 40% считали, что война пойдет России на пользу. Теперь таковых только 28%. Зато рекордные за все время опросов 48% респондентов полагают, что война не принесла нашей стране ни пользы, ни вреда.

Теперь, по прошествии четырех лет, можно утверждать, что те события не привели ни к существенному укреплению стабильности на Кавказе, ни даже к созданию эффективного внутриполитического мифа об этой маленькой победоносной войне как первом шаге к восстановлению былого имперского могущества России. Та война лишь еще больше напугала бывшие советские республики и привела к охлаждению отношений многих из них с Россией. Неиспользование войны с Грузией официальной российской пропагандой в качестве демонстрации достижений режима (особенно после возвращения в президенты Путина, который формально к ней не причастен) очень показательно.

Политический капитал на итогах августовских событий 2008 года в сегодняшней России нажить невозможно.

А объективные политические итоги четырех лет показывают, что Россия в лучшем случае лишь закрепила статус-кво, занимаясь содержанием двух не входящих в нее территориально кавказских регионов, как это было и до войны.