Почему получается как всегда

Механизмов ручного управления экономикой становится критически много

nanonewsnet.ru
Если экономические власти слышат только то, что им хочется, вряд ли они смогут принимать эффективные решения.

В последнее время все чаще задумываешься: вот интересно, если бы в голову пришла такая бредовая идея – делать в экономической политике максимум не для улучшения, а для ухудшения экономической ситуации – можно ли было тогда ожидать худшего положения дел по сравнению с нынешней ситуацией или нет?

Но ведь никто не хочет худшего. Почему же так получается? Почему вообще складывается такое впечатление?

Да нет, кажется мне, наверное. Но так уж устроены, по-видимому, мозги аналитика, что если какая идея пришла, если такие сомнения зародились, ты фактически включился в работу.

И что тогда — себя ломать? Давайте возьмем самые последние экономические инициативы (так и хочется «почему-то» сказать «партии и правительства»). Вот, к примеру, федеральный закон о создании при вузах и научных организациях, предприятий, которые занимались внедрением научных разработок. Вступил в силу этот закон несколько дней назад – 15 августа 2009 года. И именно ради его принятия депутаты Госдумы были отозваны из отпусков в конце июля. Много было шума по этому поводу. Что же в нем такого примечательного, антикризисного, эпохального? Почему вдруг понадобилась такая спешка? Это оказался интересный документ. Почитайте его! Вообще,

я еще лет пятнадцать назад сформулировал такой закон кризисного времени в нашей стране: чем хуже состояние бюджета страны, тем нерациональнее он используется

(хотя, впрочем, может, это и не уникальный именно для России закон). Оно, на самом деле, и понятно. У тех, кто раздает бюджетные деньги, и у тех, кто их получает, возобладает в этот период «психология временщика»: неизвестно, что будет с бюджетом завтра, надо по максимуму «урвать» сегодня.

Не буду пересказывать весь закон о предприятиях при вузах. Особенность его такова: можно без согласия собственника (т. е. государства!) создать, к примеру, при государственном вузе какую-нибудь структуру, внеся в качестве вклада в уставный капитал бюджетные денежные средства. Потом можно продать эту долю уже «с предварительного согласия» государства (тут чувствуется, что закон мужественно прошел антикоррупционную экспертизу). А потом вырученные деньги направляются в «самостоятельное распоряжение», в частности, на выплату вознаграждения. И мы надеемся, что такой закон позволит бороться с кризисом, строить инновационную экономику?! Теперь понятным становится, почему Минфин так упирался против его принятия. Бюджетные риски огромные, а инновационной экономики так и не будет.

Что бы еще взять из последнего? А вот тоже очень «свеженькое»: поручение президента Генпрокуратуре провести комплексную проверку всех госкорпораций. Правильное решение? И да, и нет. Нельзя вообще было создавать эту организационно-правовую форму. Уж больно противоречивая она, слишком значительные бюджетные риски в себе несет.

Законы по созданию госкорпораций заразили наше законодательство практикой индивидуально-правового регулирования.

Оказалось возможным ради создания какой-то структуры «перепахать» все законодательное поле (создание одной из ГК потребовало изменения более (!) 20 законов). Вот уж точно: закон, что дышло. Но если так можно обращаться с законодательством (Госдума, ау!), о какой институциональной привлекательности экономики можно тогда говорить?

Однако сегодня, даже если решат упразднить эту организационно-правовую форму, у нас ведь уже оформлена другая, не менее противоречивая – «государственная компания». Такая форма будет у компании «Автодор». Соответствующий закон был подписан президентом за две недели до поручения Генпрокуратуре разобраться с госкорпорациями.

Если вы попытаетесь понять, в чем отличие этих организационно-правовых форм – «государственная корпорация» и «государственная компания» — сразу это вряд ли получится. И вновь возникает вопрос: что же мы делаем с законодательством?

В условиях углубляющегося экономического кризиса практика индивидуально-правового регулирования вдвойне опасна. Число желающих получить какие-либо преференции от государства будет только возрастать.

Понятно, что это тоже из арсенала механизмов ручного управления экономикой. Только механизмов таких становится критически много, а система рыночных отношений все больше подменяется непонятно чем.

Так что поручение по комплексной проверке госкорпораций необходимо рассматривать только в соответствии с одновременным законодательным оформлением новой организационно-правовой формы под названием «государственная компания». Вопрос: обо всем ли не ведает «левая рука»?

Еще из последних инициатив в области экономической политики: желание навести порядок в торговле. Оно, это желание, конечно, понятно. Только вот сразу вспоминается, что в условиях тоже кризисного, только теперь далекого 1992 года государство поступало с точностью до наоборот.

В начале 1992 года был подписан указ президента РФ «О свободе торговли», которым всем предприятиям независимо от форм собственности и гражданам было предоставлено право осуществлять торговую деятельность без специальных разрешений, за исключением торговли оружием, боеприпасами, наркотиками и т. п. Можно было бы торговать в любых местах, за исключением проезжей части улиц, станций метрополитена и территорий, прилегающих к зданиям органов власти.

Были, безусловно, и издержки от этого указа (антисанитария и т. п.). Да и не просуществовал он долго. Однако то решение выполнило, если хотите, свою историческую миссию. В условиях тотального товарного дефицита, в которых мы подошли к началу реальных рыночных преобразований, проблемы голода в стране не было, как не стало вообще проблемы дефицита. Вот так вот: то огромные очереди за чем бы то ни было, то «вдруг» все появилось.

И сейчас необходимо что-то подобное. Только нужен указ не «О свободе торговли», а «О свободе предпринимательства». Разумеется, потребуются и изменения в законодательство. А смысл должен быть следующим.

Необходимо предоставить всем предприятиям и гражданам осуществлять предпринимательскую деятельность без регистрации и специальных разрешений. Конечно, определенные исключения обязательно должны быть. Но сегодня главное побудить предпринимательство к активной деятельности, к тому, чтобы ушло настроение просто переждать кризис.

Потребуется, кстати, приостановить уголовную и административную ответственность за незаконное предпринимательство. Мы же поступаем с точностью наоборот. Развернули наступление на розничные рынки, пытаемся зарегулировать сетевую торговлю через принятие закона об основах госрегулирования торговой деятельности. Такое рвение может привести к еще более сильному провалу в экономике.

Торговля в России – больше чем торговля. Доля ее в ВВП – более 22%. Для сравнения: доля всей обрабатывающей промышленности – менее 15%. Мы что, хотим нанести удар по основному виду экономической деятельности? Очень вовремя, надо сказать. Месячные показатели по обороту розничной торговли неуклонно ухудшаются, начиная с февраля 2009 года. Июньский показатель: минус 6,5 % по сравнению с июнем 2008 года. Никто не спорит, есть в чем наводить порядок в торговле. Но уж больно не своевременно это как-то получается у наших чиновников.

Примеров, наверное, достаточно. Так почему же так получается, что принимаемые меры явно не улучшают ситуацию? Есть комплекс причин. Во-первых, неадекватная оценка происходящего и принятие желаемого за действительное при оценке перспектив. Во-вторых, неспособность признания собственных ошибок. В-третьих, принесение в жертву профессионализма в угоду популизму. В-четвертых, невостребованность по-настоящему независимой экономической аналитики.

Но если экономические власти слышат только то, что им хочется слышать, вряд ли они смогут принимать эффективные решения. Неудивительно, что с таким набором причин и создается ситуация, когда решений с негативными последствиями оказывается явно больше.

Автор — директор Департамента стратегического анализа компании ФБК.