Пилить — не строить

Более 40% нынешних студентов — потенциальные безработные

«Газета.Ru» 19.02.2009, 17:48
ИТАР-ТАСС

Власти, пугая студентов безработицей, могут сколько угодно призывать изучать сопромат вместо бухучета. Желающих строить, вместо того чтобы «пилить», больше не станет. И лучшей работой по-прежнему остается та, что может прокормить.

Ровно половина россиян убеждена, что выпускнику вуза устроиться на работу удается с большим трудом. Почти четверть, согласно свежему опросу ВЦИОМ, уверяет, что сделать это «практически невозможно». Наиболее пессимистично настроены родители нынешних и будущих студентов (58% говорят о трудностях трудоустройства) и сами учащиеся вузов (48%).

И без того невеликое число оптимистов (сегодня 2% считают, что для человека с дипломом открыты любые двери, еще 12% уверены, что особых проблем для вузовского выпускника не существует) по мере нарастания кризисной ситуации, наверное, будет сокращаться. Количество безработных, согласно данным Росстата, уже достигло 6,1 млн человек (что на 23,1% больше, чем год назад) и почти сравнялось по численности с 7,5-миллионной армией студентов.

Если же исходить из недавних откровений министра образования Андрея Фурсенко, более 40% нынешних студентов — потенциальные безработные.

По словам главы Минобраза, сегодня 1,8 млн студентов — экономисты и менеджеры, около 800 тыс. — юристы, 650 тыс. — педагоги. «У нас нет рабочих мест для этих ребят», — честно сказал Фурсенко.

То есть дурные предчувствия без пяти минут выпускников, их родителей или неудачный личный опыт тех, кто недавно окончил вуз и уже столкнулся с проблемами при поиске работы, совпадают с сокровенным знанием министра о ситуации на рынке труда.

Стране, как сообщил министр, нужны строители, геологи, энергетики, специалисты в области информационных технологий. Вместо этого вузы ежегодно поставляют стране, как выясняется, миллионы экономистов и юристов.

Но страх возможной безработицы выпускников и проблемы с трудоустройством, особенно в условиях кризиса, вряд ли в ближайшей перспективе изменят выбор тех, кто только выбирает себе вузы. И можно, конечно, винить государство в неправильной профессиональной ориентации (или вообще в отсутствии таковой) абитуриентов, а власти в том, что они пустили кадровый вопрос на самотек. Но вряд ли это будет до конца справедливо. Случилось все это не вчера, а когда на смену жесткой связке вуз — распределение — работа (причем количество мест в вузах и в конторах, на стройках, заводах, равно как количество выпускаемых калош или танков было запланировано и посчитано Госпланом) пришла стихия рынка. И образования, и труда. Совладать с этой стихией не удается до сих пор.

Уполномоченные от образования как минимум последние 10 лет честно говорят о том, что в стране уже перебор юристов и вместо римского права полезнее изучать, например, устройство доменных печей или компьютеров.

Но кто же поверит, что это лучше, когда в 90-е, чтобы прокормить семью, папа-строитель переквалифицировался в менеджеры по продажам, а мама-энергетик — в бухгалтеры. И потом вы много видели геологов на «мерседесах»? Или энергетиков (экономист Чубайс — не в счет) с загородными виллами? Пусть не в жизни, но хоть в кино?

Бытие определяет сознание: согласно соцопросу «Левада-центра» июня 2007 года (аналогичные опросы проводились в 1998 и 2006 годах), лучшими для своих детей и внуков россияне считают профессии юриста, экономиста, финансиста (23%). Правда, вторую позицию занимают востребованные, по уверению Фурсенко, профессии программиста, специалиста в области высоких технологий. Но о приобретении детьми нужных стране знаний строителей, геологов и прочих мечтают только те 6%, которые выбирают нечто «другое», отличное от профессий с понятными жизненными перспективами, вроде директоров банков (13%), бизнесменов (17%) или хотя бы врачей (17%).

Высшее образование нужно для того, чтобы больше зарабатывать. Так, согласно другому опросу «Левада-центра» (июнь 2007 года), считают больше половины россиян (51%).

Еще 44% полагают, что вузовские «корочки» помогут занять их обладателю более высокое положение в обществе. Жизнь (равно, как и кино) показывает, что лучше живут именно экономисты и юристы. Первая кадровая сотня президента состоит почти исключительно из юристов и экономистов (а инженер-электрик или конструктор электрооборудования летательных аппаратов все равно потом получали дипломы экономистов). В конце концов два из трех президентов России — юристы! И потому министр образования, заклиная абитуриентов безработицей, может сколько угодно призывать изучать сопромат вместо бухучета. Желающих строить, вместо того чтобы «пилить», больше не станет.

Ведь единственная возможность государства повлиять на неправильный выбор профессии — сократить количество бюджетных мест по ненужным стране специальностям.

Сформулировать, какие профессии будут нужны завтра, когда страна выйдет из кризиса и на смену объявлениям о сокращениях придут объявления «требуются», власти не в состоянии.

Потому что, несмотря на все планы и стратегии, никто толком не знает, в каком направлении будет развиваться страна. А значит, и профессию по-прежнему будут выбирать стихийно, а работу не по диплому, а ту, которая просто будет кормить.