Пенсионный советник

Неземное освоение бюджета

Госкорпорирование — своеобразная форма передачи активов в руки доверенных лиц

«Газета.Ru» 21.10.2008, 17:17
ИТАР-ТАСС

Финансовый кризис не мешает властям с выгодой для себя размещать казенные деньги и собирать производственные активы. Новую порцию бюджетных миллиардов предполагается закачать в очередную госкорпорацию, на сей раз связанную с космосом.

Создание космической государственной корпорации планируется в будущем году. Премьер Путин, как рассказал его заместитель Сергей Иванов, поручил «проработать этот вопрос и внести предложение». Одновременно объявлено о том, что для космической отрасли будут дополнительно выделены большие средства из федерального бюджета. А «народно-хозяйственные» разработки в ней, включающие навигационные системы, технологии дистанционного зондирования для геологоразведки и картографических нужд, окажутся под контролем тех чиновников, которым будет поручено управление новой госкорпорацией.

Перспективы для умелого администратора действительно вырисовываются большие. Так, Сергей Иванов, который вряд ли и сам откажется встать во главе будущей космической корпорации, уже сообщил, что в Думу будет внесен закон «О навигационной деятельности», который даст возможность ограничивать использование в России GPS — естественно, в пользу системы ГЛОНАСС. Ту, что с таким трудом приспособили отслеживать путинского лабрадора Кони. «Это не значит, что мы запретим GPS, — пояснил вице-премьер, — но, например, на государственном и муниципальном транспорте это вполне возможно».

В рамках госкорпорации действительно возможно многое. Эта чудесная форма хозяйствования законным образом позволяет делать такое, что никаким частникам и не снилось.

Первая госкорпорация — Агентство по страхованию вкладов — появилась в 2003 году, однако настоящий бум по части их создания начался только в 2007-м — по совпадению, как раз в период подготовки Путиным операции «Преемник». Создание каждой госкорпорации требует принятия отдельного закона. Дело в том, что в правовое поле, существующее для всех остальных, госкорпорация не вписывается. Трудно даже определить форму собственности на имущество, которое ей передает государство. На нее не распространяются положения о раскрытии информации, обязательные для публичных ОАО, а также действие закона о банкротстве. В отличие от государственных унитарных предприятий, госкорпорации выведены из-под контроля, и даже их проверка Счетной палатой до сих пор невозможна — имущество-то уже не государственное, а «корпоративное».

Попытки узаконить возможность контролеров из Счетной палаты приходить в госкорпорации пока остаются тщетными.

Формальный довод в пользу создания госкорпораций сформулировал в свое время глава «Ростехнологий» Сергей Чемезов: «Опыт 90-х годов показал, что без госконтроля наша промышленность и, прежде всего, управляемая частным бизнесом, не обеспечивает перспективного развития». Зачем в таком случае выводить из-под этого самого госконтроля создаваемые структуры, он объяснять не стал. Действительно, зачем объяснять очевидное?

Очевидное состоит в том, что

независимо от эффективности или неэффективности каждой конкретной госкорпорации, ее управленцы становятся фактическими собственниками всех ресурсов, которыми она располагает. При этом они не несут никакой ответственности ни перед кем, кроме как лично перед человеком, который их назначает и увольняет.

Нужно иметь высокую степень доверия к персонам, которых ставишь генеральными директорами госкорпораций, и, прежде всего, по части их лояльности и преданности.

Можно сказать, что госкорпорация как институт, в котором полностью сливаются бюрократическая власть и бизнес, хотя и выведена за рамки общего правового поля, лучше всего отражает специфику ведения экономической деятельности в России. Избирательный подход к хозяйствующему субъекту, утвержденный целым законом — это же мечта директора.

То, что новая госкорпорация с увеличенным объемом финансирования и большими возможностями по воздействию на смежные отрасли производства, создается именно сейчас, в условиях нарастающего экономического кризиса, когда многим придется затянуть пояса, может, конечно, рассматриваться как демонстрация уверенности в своих силах, направленная на то, чтобы поднять настроение угнетенных финансовыми неурядицами предпринимательских масс. Однако даже если такой мотив и присутствует, вряд ли его нужно считать главным.

Госкорпорирование — своеобразная форма реприватизации, передачи активов в руки доверенных лиц — настолько хорошо укладывается в логику действий российских властей, что дополнительные объяснения этого процесса могут оказаться излишними.