Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Жизнь не по средствам

13.03.2013, 10:19

Сергей Шелин о том, что обещание вечного роста народного благосостояния стало ловушкой для Кремля

Сначала о незамеченном экономическом чуде. За четыре кризисных и посткризисных года (2009 – 2012) процветание рядовых россиян выразилось в следующих цифрах: реальные (т. е. очищенные от инфляции) располагаемые денежные доходы выросли на 14,2%; реальная заработная плата – на 13,0%; реальные расходы на покупку товаров и услуг – на 13,6%. То есть,

всем кризисам назло, наши сограждане потребляют сейчас существенно больше, чем в последнем «жирном» году – в 2008-м.

Это явление изумительно вдвойне. Во-первых, потому что противоречит всему, что происходит в прочих захваченных экономическим спадом странах. Реальные доходы и реальное потребление там сейчас в лучшем случае на уровне докризисных максимумов, а часто и куда ниже.

Во-вторых, возрастающая зажиточность россиян как-то не очень корреспондирует со скромностью успехов нашей экономики. В 2012-м, если сравнивать с тем же 2008-м, российский ВВП был больше всего на 3,9%, а производительность труда, по предварительной оценке, на 5,5%. В экономическом смысле путинская модель вошла в фазу спадов и стагнаций уже несколько лет назад. Но в том, что касается роста благосостояния граждан, она продолжала функционировать в привычном режиме буквально до самого последнего времени. И это понятно.

При Путине подъем народных доходов был всегда. Править на фоне снижения этих доходов он просто еще не пробовал.

В кризисные и последующие годы многочисленные отряды россиян, один за другим, получали от властей крупные денежные добавки: пенсионеры, военные, полицейские, ведомственные чиновники, судьи, следователи. В самом разгаре кампания по наращиванию зарплат учителям. В очереди стоят труженики медицины, науки, высшей школы, культуры. Им ведь тоже обещано — и обещано много.

Осталось найти деньги. Легко догадаться, что в стагнирующей экономике денег не найти, по крайней мере таких, которые были бы обеспечены товарами и услугами. Остается экспортная выручка. На нее можно все купить за границей и отоварить растущие доходы граждан. Именно так в эру Путина всегда и поступали.

Начиная с 2000-го и вплоть до позапрошлого 2011-го нефтегазовая экспортная выручка увеличивалась в среднем на $25 млрд в год, а выручка от экспорта всех прочих наших товаров – на $10 млрд.

На закупки самых необходимых для народа вещей хватало даже и половины этих денег. Но в 2012-м нефтегазовые доходы поднялись только на $5 млрд, а доходы от продажи всего прочего – на $4 млрд. Скажем прямо, это совсем не те суммы, которые Кремль привык делить между народом и начальственным сословием. Сигнал о том, что в кризисные эпохи денежные ресурсы убывают по сравнению с эпохами бума, дошел, наконец, до адресатов, пускай и с многолетним опозданием.

Созрела психологическая ситуация для обращения к подданным. О том примерно, что на дворе тяжелые времена и что их надо всем вместе преодолевать, меняя окостеневшую систему и справедливо распределяя трудности. И хотя глава нашего государства с такой речью не выступил, но несколько напутствий по разным адресам он разослал.

Правительству поручено придумать такую пенсионную формулу, которая, во-первых, навеки исключила бы какие-либо скачкообразные увеличения пенсий, а во-вторых, сделала сорокапроцентный коэффициент замещения, достигнутый было в 2010-м, не средним показателем, а показателем максимальным – таким, которого в дальнейшем удостоятся лишь немногие из выходящих на пенсию.

Коммунальным службам строжайше велено ограничить себя шестипроцентным годовым ростом цен. Поскольку доходы от этого хозяйства – один из главнейших источников кормления муниципальной номенклатуры, такой суровый лимит равносилен призыву к ней в трудный час затянуть пояса. Правда, благородный, народолюбивый посыл, содержащийся в этом призыве, обесценивается отсутствием (или неестественно мягким тоном) подобных же призывов к околокремлевским хозяйственным магнатам. А уж они-то побогаче коммунальной сошки. Не говоря уже о том, что приказ коммунальной системе как-то поджаться звучит совершенно утопично, поскольку не подкреплен намерением менять саму ее заскорузлую структуру. И наконец,

на примере братьев Билаловых Кремль на доступном ему языке, т. е. путем возбуждения уголовных дел, выразил мысль, что олимпийские стройки и прочие потемкинские объекты должны обходиться впредь хоть немного дешевле.

Мысль если не по форме, то по содержанию неплохая. Но слишком уж запоздалая и притом обходящая по касательной самое главное: бессмысленные проекты надо сейчас не удешевлять, а полностью от них отказываться.

Совокупность всех этих противоречивых установок не складывается ни в какую связную политику — даже и в политику сохранения нынешней системы правления ценой экономии на народе. Ведь торжественно провозглашаемый рост народных доходов сам является частью этой системы, и есть обоснованное подозрение, что без него система просто рассыплется.

Поэтому предстоящая экономия на будущих пенсионерах и изобретаемые один за другим разнообразные поборы вовсе не перевешивают все новые и новые выборочные повышения зарплат и пособий. По крайней мере, на уровне казенных планов. В прогнозах экономических ведомств на ближайшие три, пять, восемь лет доходы граждан устойчиво растут год от года.

А тем временем спад доходов уже начинается. Он происходит стихийно, вопреки всем приказам и захватывает все больше людей. Повальное увеличение зарплат в раздутом и неэффективном госсекторе автоматически влечет за собой стагнацию или снижение заработков в частных секторах, на которых держится главная надежда страны – ненефтяная экономика. А тем временем индексация пенсий по официальному (т. е. заниженному) уровню инфляции обеспечивает плавное уменьшение их реального размера.

Наложение утопических мероприятий властей на сегодняшнюю экономическую действительность создает картину, непривычную в своей запутанности.

В январе 2013-го по сравнению с январем 2012-го индекс выпуска товаров и услуг по базовым видам экономической деятельности остался ровно таким же, а промышленный индекс даже упал на 0,8%. Но реальная заработная плата поднялась на 8,0%. Понятно, что рост доходов в одних группах занятых сопровождался спадом в других группах, причем именно в таких, которые работают лучше. А то, что реальные располагаемые доходы всех наших граждан, и занятых, и незанятых, выросли только на 0,7%, означает, что доходы незанятых, и в первую очередь пенсионеров, за год снизились.

Кремль оказался в ловушке собственных обещаний роста народной зажиточности, а рядовые люди – в ловушке кризиса, усугубленного и законсервированного той самой системой, которая столько лет казалась такой выгодной — хотя бы с материальной точки зрения. Теперь она у нас невыгодная, но даже и признать этот простой факт не хочет, да и не может.