Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Гетерогерой

26.11.2004, 12:31

Привычка наций сочинять мифологические образы своих героев и свято поклоняться этим мифам до сих пор сильнее любых общечеловеческих ценностей. Греческие адвокаты готовят иски к режиссеру фильма об Александре Филипповиче Македонском Оливеру Стоуну. Греческая общественность возмущена тем, что в фильме «Александр» герой их нации показан бисексуалом. Причем не нравится адвокатам как раз то, что великий полководец спал с мужчинами. На самом деле этот иск — классическая иллюстрация непрекращающейся борьбы национальной морали с космополитической.

Претензии греков кажутся нелепыми по многим причинам. Во-первых, Греция — член Евросоюза, а Евросоюз — цитадель политкорректности. Если бы Оливер Стоун снял картину, где главной героиней была бы хромая темнокожая лесбиянка, принявшая ислам и усыновившая вьетнамского мальчика-сироту, лишившегося ноги в результате подрыва на противопехотной мине, можно не сомневаться: такому фильму аплодировали бы во все ладоши все европейские кинофестивали от Локарно до Венеции. А тут мускулистый мачо о двух ногах и при всех остальных мужских достоинствах, завоеватель территорий и сердец. Причем вполне себе политкорректный — честно женился на бактрианке Роксане, предварительно захватив ее страну. Получается, греческие адвокаты вдруг выступают какими-то нетолерантными гомофобами.

Во-вторых, в Древней Греции, страшно сказать, гомосексуализм считался как раз нормальной сексуальной ориентацией для мужчины. Более того, даже если бы легендарный полководец баловался со своим любимым скакуном Буцефалом, по тем временам это не считалось бы зазорным. Короче говоря, Александр вовсе не был представителем сексуальных меньшинств. Получается, греческие адвокаты просто не знают историю своей страны.

Наконец, в-третьих, если разобраться, вообще странно, с чего это греки считают Александра Ф. Македонского своим национальным героем. Он пришел извне, захватил главные греческие города-государства Афины и Спарту, уничтожил немало памятников культуры. Но не может нация без героя, поэтому очень часто таким героем становится зажигательный пришлый варвар.

Система героев нации — вообще безошибочный способ судить об уровне культуры государства. Ее всегда формирует именно государственная власть.

Понятно, что та же сегодняшняя Греция в прямом смысле слова паразитирует на великой античности. Сама попытка иностранца снять кино про их героя (кстати, всего лишь вторая за всю историю кинематографа) изначально воспринимается как покушение на национальное достояние. И уж совершенно понятно, что герой должен быть напрочь лишен отрицательных свойств — как моральных, так и физических.

В моем родном Узбекистане, например, главным национальным героем сделали еще более жестокого варвара — Тамерлана, который, к слову, вообще никогда не бывал в Ташкенте, а столицей своей великой империи сделал Самарканд, исконно таджикский город, где никаких узбеков не жило отродясь. Так вот, узбекские власти категорически запрещали упоминать в СМИ, что Тамерлан хромал, ибо одна его нога от рождения была короче другой. Даже памятник в Ташкенте великому амиру Темуру, как называют Тамерлана на Востоке, изваяли в виде конной статуи. Причем ноги полководца, аккуратно пилотирующего лошадь — можете измерить хоть линейкой, хоть рулеткой, — совершенно одинаковой длины. И к черту эту вашу политкорректность! Ну а про пирамиды из человеческих голов, которые, по преданию, приказывал сооружать и которыми любовался Тамерлан, тем более ни слова. Если убивал — только врагов и в строго необходимых для процветания государства количествах. А уж походка у него была величественная-превеличественная, ровная-преровная. Как ходил, а! Даже если брать гораздо более мирных национальных героев, алгоритм мифотворчества и система табу вокруг их реальной жизни не меняются. В советских учебниках истории вы никогда не прочитали бы, что Гавриил Державин руководил подавлением восстания Емельяна Пугачева. Потому что признанный советским государством поэт не мог воевать против признанного тем же государством борца с царским деспотизмом. В Советском Союзе запрещали роман Нины Берберовой о Петре Чайковском, потому что не мог автор любимого балета советской власти быть гомосексуалистом. Не положено!

Меня не интересует, хорошо это или плохо — делать из живых людей вымышленных героев, фантомы, лишенные крови и плоти.

Интересно другое — как быстро даже в представителях вполне цивилизованной части человечества просыпаются варвары,

если кто-то посмеет прикоснуться к такому мифу и совершить обратное превращение фантома в живого человека.