Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Заметки о климатической русофобии

18.06.2004, 13:38
Семен Новопрудский

Стиль управления в России, в сущности, определяет мечта управлять погодой.

Русский характер принято измерять в километрах. Мол, вся широта русской души, вся ее непредсказуемость и амбивалентность, вся эта степная волчья тоска etc. — от обширности наших территорий. Поступило альтернативное предложение: измерять русский характер в градусах Цельсия и миллиметрах ртутного столба. Потому что весь политический климат в стране, равно как состояние экономики, а также качество футбола, — от скверности нашей погоды. Живя в России, трудно не стать климатическим русофобом. Недавно я понял, откуда происходит совершенно уникальный вид национального черного юмора — ироничное хвастовство особенно невероятными трагедиями. Скажем, только на Руси могла появиться шутка: самолет с пароходом столкнулись на железной дороге. Это шутка, а вот самая истинная правда. Я не знал, смеяться или плакать, читая заметку о сложной ситуации в Свердловской области, где в одних районах бушуют лесные пожары (пожары в наших заметках всегда «бушуют»), а другие оказались в зоне затопления.

Конечно, в стране, где сталкиваются пожары с наводнениями, запросто могут столкнуться и пароход с самолетом. Люди же не железные — такое выносить.

От Европы, частью которой является часть России, мы отличаемся тем, что у них раз в 40 или 100 лет бывает «небывалая жара» или случаются «небывалые холода». А у нас всё это «небывалое» бывает всюду, каждый год и по нескольку раз. О погоде стала писать даже сугубо деловая газета «Ведомости». В ней я вычитал замечательный прогноз: «Аномально жаркого лета в Москве не будет». В момент столкновения этих июньских строчек с моими глазными яблоками дождь лил, как из ведра. Естественно, фраза показалась излишне длинной, а слова «аномально жаркого» выглядели, как говорят филологи, типичными плеоназмами. Написали бы просто: «Лета в Москве не будет». И дело с концом. Как только наши люди попадают в тепло, с ними происходят метаморфозы. Вот президент Путин приехал в Среднюю Азию, где воздух сухой, атмосферное давление высокое, солнце светит во все глаза, и сразу как-то подобрел. Стал говорить странные слова: «Власти Российской Федерации, правительство России, экономические власти не заинтересованы в банкротстве такой компании, как ЮКОС». Хотя, если вчитаться, получается, что правительство у нас не власть и даже не экономическая власть — фондовый рынок в России почему-то решил, что президент приказывает кому надо не банкротить «такую компанию, как ЮКОС».

Хотя, даже если ее обанкротят, потом можно напомнить, что «власти, правительство и еще какие-то таинственные «экономические власти» не были в этом заинтересованы. То есть банкротство произошло без личной заинтересованности, как бы само собой — вследствие широко известной независимости отечественной судебной системы от властей, правительства и экономических властей.

Как выразился наш президент в том же солнечном Ташкенте, «а что касается того, как будет проходить процесс в судебных инстанциях, то это отдельная песня».

Отдельная песня — наши футболисты. Дорвались до солнца и моря — какой уж тут футбол. Это бразильцам бедным скучно. У них там круглый год солнце, что еще делать от карнавала до карнавала, от февраля до февраля, — только мяч гонять. Вот и стали с горя пятикратными чемпионами мира. А наши поиграют в национальном чемпионате на огородах с фрагментами траншей и окопов, которые на Руси по чьему-то недоразумению именуют футбольными газонами, — и так возненавидят этот мяч, эти поля, эту игру, всю эту жизнь, что чемпионат Европы в солнечной и жаркой Португалии воспринимают как заслуженный отдых по профсоюзной курсовке. Это Мостовой, привыкший к своей испанской солнечно-курортной жизни, чего-то «возбухает», а нормальным людям нравится — покупаться в море, потом побегать по свежей травке стадиона. Хорошо! Все в полном соответствии с олимпийским принципом «главное не победа, а участие». Отечественный климат выработал в наших футболистах стойкий олимпийский дух.

Вообще, стиль управления в России, в сущности, определяет мечта управлять погодой.

Вот Юрий Михайлович Лужков, градоначальник московский, крепкий хозяйственник, пчеловод и медонос, так замучился от плохой погоды, что учредил собственную городскую метеослужбу. Чтобы только хорошее предсказывала. И всероссийский Бэтмен Кужугетович Шойгу метеорологами постоянно недоволен: пожаров и наводнений в стране столько, что бюджет чрезвычайного министерства осваивается чрезвычайно быстро. На ликвидацию последствий землетрясений и обрушений крыш развлекательных комплексов не хватает.

И еще в России, в самых продвинутых ее городах, на самых крутых праздниках, есть национальный обычай разгонять облака. В советские времена в одном важном НИИ даже создали группу активного воздействия на облака. Истинная правда. В доклад директора на крупном совещании ее вписали. В том числе и в сокращенном виде. Получилось ГАВНО (группа активного воздействия на облака). Аббревиатура не понравилась — группу переименовали в отдел. А теперь на облака воздействуют пушки и лихая авиационная эскадрилья «Русские витязи». Ну ладно, хватит. Последняя капля климатической русофобии. Я еще понимаю, почему Петербург у нас называют Северной столицей — болота, ветра, дожди и все такое. Но это что получается: Москва у нас, что ли, южная столица? Клевета! Короче, вот мой политический прогноз: аномально жаркого лета в стране не будет. Не надейтесь...

P. S. В момент, когда автор заканчивал этот текст, за окном шел проливной дождь...