Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

День независимости Ямайки

01.08.2003, 20:49

Из-за 41-й годовщины независимости Ямайки, которая будет отмечаться добрыми людьми в это воскресенье, 3 августа, сердце сжимаемо сладкой, тайной истомой. Казалось бы, сложно даже и вообразить себе, где в самом деле находится эта Ямайка — в Африке что ли, в Индии или вообще в каком-нибудь Куку-Гвинду, невозможно наверняка представить, от кого именно она независима все эти долгие годы, и уж точно нельзя наверное утверждать, какого черта нам от этого радости, но все равно русское сердце, мускул жизнелюбия, подсказывает, что только независимость Ямайки и является для нас мерилом всего того прекрасного, что может случиться на свете с человеком.

Попробуйте заглянуть поглубже в себя и вы увидите, что всю свою жизнь хотели того, что произойдет именно в это воскресенье. Допустим даже, что вас зовут Онисим, вам 41 год, никто не знает, где вы находитесь на карте мира и какой от этого прок, хотя вы прописаны в поселке городского типа Селижарово подо Ржевом, имеете условную судимость, тяжело пьете политуру, посещаете беспощадный женский стриптиз в клубе местного стекольного завода, а дети считают вас недоумком. Но все равно может статься, что 3 августа 2003 года вы вдруг проснетесь и почувствуете, что все уже позади. Все, все до капли, включая интернат, танцы, драки, самоволку и ротного старшину Насибуллина, татарина с большими кулаками, кражу запчастей для мотоцикла с коляской, заботы со штакетником для забора, детей в спущенных колготках и даже долги.

Ничего этого не произойдет больше никогда, потому что вся желчь ушла в ласковый песок пляжа, а тоска — в синеву моря. Все включено. В июле — плюс 27, в январе — плюс 25. На завтрак — сок водопадов, на обед — мясо ананасов, на ужин — стакан теплого ветра. Вместо лыж — водные лыжи, вместо денег — сушеные цветы, какими набивают подушки для спокойного сна, вместо семейного долга — матрас дури, какую курят для растворения в сути вещей. Из занятий — резьба по дереву. Из потрясений — редкие ураганы с женскими именами типа Снежана или Анжела. Но кого это когда-нибудь по-настоящему смущало?

Во всех, во всех нас живет гордая, чудесная Ямайка, не зависящая более ни от чего на земле, даже от себя самой. Великая бескрайняя страна, раскинувшаяся от Карибского и до Карибского морей, случайно открытая и порабощенная посторонними людьми. Мы все генетически помним ее тяжкие страдания — эксплуатацию человека человеком, гнет метрополий, Великую Октябрьскую Социалистическую революцию, коллективизацию, голод, войну, ложь, братоубийство, сифилис, коклюш и взрыв четвертого энергоблока Чернобыльско-Ямайской электростанции. Но все это, к счастью, уже позади. Свободная, непокорная простирается наша Ямайка, тучные гроздья гороха колосятся на ее полях, родные рябые стволы пальм укрывают своею тенью разгоряченных счастьем трудящихся в рабочий их полдень, сети рыбаков полнятся бобрами в излучинах рек Нерль и Янцзы, наш президент — Боб Бобович Марли, а на румяных пригорках, за туманами, золотятся луковки ямайских церквей. Под звон регги, под полынный дым елея, иcходят из наших уст слова благодарственной исповеди:

— Я грешен, братья, ибо ай шот зе шериф. И крал я, братья, и желал жены ближнего своего, и сотворял себе кумира, и прелюбодействовал, и не брал билетов в общественном транспорте.

— Ступай себе, старче, — отвечает Ямайка. — Бог простит. Ноу вуман, ноу край.
Такой вот это праздник, такова наша прекрасная мечта, наша общая ямайская независимость. Жаль, она всегда так и остается только мечтой. Потому что разве мы не знаем, что такое эта самая Ямайка? Остров негров, родина рабства. А мы-то не негры, вот тут в чем дело. Мы ж — не рабы. Рабы — не мы.

Автор — главный редактор еженедельника «Большой город».