Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Об идиотизме и сне

17.02.2002, 15:40

Нет ничего прекраснее того короткого отрезка времени между двумя сновидениями, который называется жизнь. Она зарождается всякое утро в складках простыней, в спертом воздухе спален, из сгустков тишины, обитающей на границе света и тьмы. Каждый новый день, прожитый от рассвета до заката, есть целая жизнь от рождения до смерти.
Проснувшийся подобен младенцу, мечтающий спать похож на старика, желающего для себя лишь только покоя и тишины. Спящий напоминает покойника. Разве вот только храпит, чешется и шевелит губами. Посмотрите на гражданина, разбуженного женой или настольным будильником. Он появляется на свет с истошными криками, проклятиями и просьбами вскормить его едой. Далее он следует в ванную, помятый и неприспособленный к движениям, как будто бы только что исторгнутый
утробой. Вскоре у него появляются зубы, налаживается зрение, начинает работать головной мозг. И вот он уже готов отправиться в мир людей, где главная его задача — не обкакаться от натуги или не описаться от смеха над поступками себе подобных негодяев. К вечеру гражданин возвращается из жизни пожилым инвалидом, измордованным судьбой до состояния сперматозоида и яйцеклетки. И только тьма способна соединить их и заново, собрать к утру во что-нибудь пристойное.

Тайна сна, в сущности, есть таинство возникновения новой жизни. Темное, непостижимое для науки явление, позволяющее вселять Душу и Дух в неприятную, небритую, волосатую, пахнущую потом, сморкающуюся, матерящуюся, прожорливую материю с ногами 43 размера.

Я люблю подолгу не спать, ложусь очень поздно, встаю рано. Это мне представляется единственным способом продлить себе жизнь и испытать смерть наяву. От долгого бодрствования речь становится медленной, из нее исчезает шелуха, лишние эпитеты и сущности, а потом вообще пропадает необходимость что-либо говорить. Поступки приобретают весомость подвига, а их результат — последствия катастрофы. Окружающие превращаются в
довольно неприятные удлиненные предметы с расплывчатыми очертаниями. Становится понятно, что это весьма бестолковые коварные существа, населяющие мир только для того, чтобы создавать в нем трудности, низкие
потолки и посторонние звуки. Еда теряет вкус и значение. Соединение ее с организмом становится таким же бессмысленным актом, как встреча бутерброда с водолазом. Наконец, от отсутствия сна ты переходишь в то самое магическое, почти волшебное состояние, когда люди начинают принимать тебя за идиота.

Идиотизм — главная мечта моей жизни. Я искренне полагаю, что перманентный идиотизм — вообще наиболее гармоничное состояние души, тела и реальности, идеал. Ничто в таком состоянии не имеет значения. Все — праздник, и все — беда. Все мысли прекрасны — и все они лишены смысла, поскольку являются не мыслями, а следствием идиотизма. Для жизни среди людей настоящему идиоту не требуется никаких усилий. Напротив, усилие требуется от других людей, причем еще какое!

Идиотизм требует от окружающих максимального количества искренности, доброты и усердия. Только при помощи идиотизма можно добиться от них по-настоящему
благородных поступков, потому что жизнь с идиотом — грандиозный человеческий подвиг. Удивительнее же всего то, что любые поступки идиота всегда имеют очень большое значение. Причем для всех, кроме него самого. Потому что он — идиот.

Я очень хочу быть идиотом и много добился на этом пути. Я знаю многих людей, которые уже считают меня идиотом, и все, что мне надо сделать в дальнейшем, — просто убедить в этом оставшихся. Трудность состоит только в двух вещах. Первая: если я знаю, что они знают, что я идиот, значит я не идиот, потому что настоящий идиот не знает, что он идиот. Прикидываться же идиотом многократно сложнее, чем быть им на самом деле.

Вторая трудность в том, что я очень хочу спать. Жизнь среди людей, к сожалению, конечна и ей надо дать какое-то время, чтобы начаться вновь. Так что пойду-ка я высплюсь, а вы читайте на здоровье весь этот бред и не будьте идиотами.
Приятного вам дня.