Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Брежневским курсом

07.12.2009, 09:05

Если стареющий Путин решит всерьез и надолго вернуться во власть, России не избежать трагических сценариев

В последний месяц президент и премьер обрушили на нас целый шквал программных выступлений – послание Федеральному собранию, речи на съезде «Единой России», «прямую линию» Путина с народом. И, надо сказать, «стилистические» разногласия между тандемократами становятся все отчетливее.

Медведев признает наличие серьезных проблем, пусть робко и не предлагая очевидных путей их решения:

«люди на Кавказе не знают покоя»; «лучшей антикризисной политикой является стимулирование частного спроса … отдельные шаги в этом направлении предпринимались, однако сейчас этого мало». Пытается говорить о будущем, о модернизации, о 20–30-летней перспективе, хотя замалчивание краеугольного вопроса – глубоких политических реформ – обесценивает эти слова, но все же…

Путин же, судя по очередной серии 4-часового общения с гражданами, окончательно сделал выбор в пользу отрицания проблем и обороны статус-кво.

«Мы все сделали правильно», «нам удалось», «будем продолжать» — вот лейтмотив всех его речей. Вряд ли имеет смысл подробно разбирать, насколько речи премьера оторваны от реальности. К примеру, он говорит о том, что «пик кризиса преодолен», хотя октябрьская статистика показала усугубление промышленного спада по сравнению с сентябрем (-11,2% к соответствующему периоду прошлого года против -9,5% в сентябре 2009 года). И это при том, что в октябре, по идее, должен был бы начать работать «эффект низкой базы» (год назад октябрь стал первым месяцем, когда рост промпроизводства оказался практически равным нулю). Или хвастовство Путина тем, что «мы справились» с проблемой инфляции, хотя сделано это было ценой проведения чрезмерно жесткой монетарной политики, стоившей российской экономике самого глубокого падения с 1994 года.

Понятно, что обо всех этих неприятных вещах Путин предпочитает не говорить. На вопрос аспирантки Сибирского университета путей сообщения: «Какую Россию мы должны построить, какое будущее вы видите у нашей страны?» — у него вообще не нашлось, что ответить, кроме пары самых общих фраз. В отличие от Медведева, ему не доставляет удовольствия упражняться в демагогии по поводу «светлого будущего». Он не хочет ничего менять, его все полностью устраивает.

«Прямая линия» четко дала понять: консервация действующего положения вещей есть основная политическая платформа вероятного президентского возвращения Путина в 2012 году. В отличие от Медведева, который вроде хочет что-то модернизировать.

Твердолобо-некритичное восприятие путинского политического наследия против различных форм его ревизии, мягких или пожестче, – вот основная формирующаяся развилка для официальной политической системы на цикл 2011–2012 годов. Полное сохранение статус-кво против хоть каких-то надежд на перемены. Представителям политического истеблишмента придется делать выбор между этими опциями – а учитывая, что срок полномочий президентства продлен до 6 лет, неправильный выбор обойдется консервацией ситуации на длительное время.

Не то чтобы от этого «истеблишмента» что-то зависит – Путин по-прежнему настолько политически силен, что в состоянии вернуть себе президентство единоличным волевым решением. Однако ощущение вольницы, появившееся после медведевской статьи «Россия, вперед!» и других, нетрадиционно критических по нынешним временам выступлений президента, способствовало тому, что некоторые «говорящие» головы внутри властной вертикали посмели сказать, как на самом деле их не устраивает сегодняшнее состояние дел. Недовольство, вне сомнения, нарастает. И перед господами недовольными

сейчас открывается перспектива «брежневского» типа – приход к власти Путина, возможно, аж на период до 2024 года.

Медведев, вне сомнения, является плохим противовесом Путину. Во-первых, он действует в режиме скрытых договоренностей с Путиным и обязательств перед ним, от чего нет доверия ни к его псевдофрондерству, ни к тому, что он в принципе способен на самостоятельные действия. Во-вторых, он чрезвычайно слаб аппаратно и за полтора года так и не состоялся как по-настоящему самостоятельный политик (это было очевидно еще год назад, см., например, «Работа на имидж»). В-третьих, автор этих строк далек от того, чтобы видеть в Медведеве либерала и демократа, желающего поскорее оторваться от путинского наследия.

Однако Медведев, несомненно, относится к той части правящей российской бюрократии, которая осознает, что стагнация и бездействие представляют непосредственную угрозу их политическому выживанию в будущем. Отсюда метания с «вперед» и «модернизацией», отличная от путинской стилистика речи.

Поскольку Путин ясно дал понять, что хочет вернуться на президентский трон в 2012 году, у этой, менее твердолобой части российского истеблишмента, невольным выразителем интересов которой является Медведев, остается единственный шанс что-то предпринять в течение ближайших года--полутора, пока решается вопрос, сможет ли кто-то во власти противопоставить что-нибудь сценарию возвращения Путина на пост президента.

Пока на это не похоже. Если этого не произойдет – значит, впереди Россию ждут турбулентные события. Отношение россиян к власти уже начинает меняться далеко не в лучшую сторону. Как показал ноябрьский опрос Левада-центра «Претензии россиян к правительству», недовольство деятельностью правительства вдвое выросло по сравнению с ноябрем 1999 года практически по всем направлениям: «не может справиться с ростом цен, падением доходов населения»; «не может обеспечить людей работой»; «не заботится о социальной защите населения»; «не может справиться с кризисом в экономике, падением производства»; «коррумпировано, действует в первую очередь в своих собственных интересах» и, что самое любопытное, «действует в интересах теневого мафиозного капитала». При этом число людей, вовсе не имеющих претензий к правительству, за 10 лет снизилось ровно вдвое – с 24% в ноябре 1999 года до 12% в ноябре 2009-го.

Рост подспудного недовольства неудивителен – за тучные годы ожидания людей радикально выросли, и нынешняя власть этим ожиданиям абсолютно не соответствует.

Понимающие это бюрократы во главе с Медведевым пытаются задобрить общество рассуждениями о «модернизации», попутно прощупывая почву — нельзя ли как-то так косметически подкорректировать систему, чтобы ситуация и вправду улучшилась.

Едва ли она улучшится. У экономики нет никаких рычагов для возобновления роста – а тут, не дай Бог, грянет еще новый виток глобального кризиса, вероятный в связи с перегретостью финансовых рынков при стагнации в реальной экономике. Внешняя политика зашла в тупик – никто больше не говорит о «восстановленном глобальном могуществе России» в связи с отсутствием такового, а Путин вынужден давать унизительные объяснения по поводу плохих отношений даже с Белоруссией. Захлестнувшая страну волна преступлений одних милиционеров и разоблачительных признаний других вскрывает катастрофическую ситуацию в правоохранительных органах. В отсутствие решительных шагов в области пенсионной реформы возможности бюджета по повышению пенсий, за которое среднему классу и предпринимателям уже приходится платить повышением налогов, будут в 2011–2012 годах исчерпаны.

Такое статус-кво будет невозможно сохранить – оно само утянет нас в пучину потрясений. Если стареющий Владимир Путин — в 2012 году ему исполнится 60, в 2024 году 72 года — решит вновь всерьез и надолго вернуться во власть, России вряд ли удастся избежать развития событий по тревожным и, вероятно, трагическим сценариям.