Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Полный социализм

20.12.2005, 11:16

Когда читаешь программу КПРФ, хочется встать и запеть «Интернационал». Чувствуешь себя, как говорил Риббентроп, среди старых партийных товарищей. В ритмическом, как тексты античных авторов, программном документе российских коммунистов - гигантский ностальгический заряд. Железные батальоны аргументов, легионы аналитических выкладок из области неправдоподобно вульгарного марксизма, выспренний, почти поэтический, тон отчетного доклада.

Сегодняшний русский коммунизм продает не идею, а эмоцию. Не мысль, а чувство. Не смысл, а форму.

В отличие от «Единой России», у коммунистов есть и программа, и идеология (см. разбор документов «ЕдРа» в колонке от 29.11.). В отличие от «Яблока» и СПС, идеология КПРФ собрана в единый текст, а не в раздерганные отрывки, как если бы весьма неорганизованный человек записывал свои мысли на отдельных листках бумаги, а затем терял их (см. оценку мировоззрения этих партий в колонке от 13.12.). Это не означает, что политическая мысль коммунистов стоит на месте. Напротив, как и положено, она творчески развивается (см. анализ доклада тов. Зюганова Г.А. на XI съезде партии в колонке от 1.11.). Но идеологическое ядро стабильно.

Иногда стилю программы КПРФ, партии, выдающей по несколько новостей за день, недостает пассионарности Александра Андреевича Проханова. Образы суховаты, выводы клишированы. Эпатажа нет, но ностальгическая эмоция зашкаливает. Чего стоит, например, такая фраза: «Россия на трагическом перепутье». Это ведь не сиюминутная программа, она рассчитана, принимая во внимание основательность коммунистов, на годы.

Значит, Россия, как стояла на трагическом перепутье на манер богатыря у камня, так и будет стоять еще долго, дожидаясь победы социализма над компрадорскими силами зла.

Или вот такая констатация: «Уже разрушен Советский Союз». Да, рано, как говорил Дэн Сяо Пин, подводить итоги Великой французской революции. Рано, как говорят идеологи КПРФ, анализировать последствия развала. Марксисты мыслят десятилетиями, столетиями, а не годами, как торопливые либералы, спешащие распродать остатки Союза, от развала которого коммунисты, судя по программе, до сих пор находятся в шоке.

Соединение пролетариев всех стран существенно облегчается тем обстоятельством, что последствия «капитализации» страны «ведут к быстрой пролетаризации населения». Настолько быстрой, что невозможно понять: позитивный это процесс или нет. С одной стороны, пролетаризация это хорошо, потому что у коммунистов, в этой логике, появляются сторонники. То есть пролетарии. С другой, плохо, потому что уровень жизни трудящихся, обратно превращающихся в пролетариев, снижается.

Впрочем, другое место программы несколько запутывает заинтересованного читателя, поскольку выясняется, что идет вовсе не пролетаризация, а натуральное обуржуазивание трудового народа: «Вчерашние рабочие, служащие, специалисты в поисках средств пополняют ряды мелкой буржуазии». Противоречив анализ современных идеологов коммунизма. Нет в нем той железной ленинской логики, которая подсказала вождю литую, как фаланга его пальца, указывающего дорогу вперед, формулу: «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно».

Цель партии - социализм. Причем не «реальный» (он уже был), а «полный» (это не шутка!).

Побочный результат процесса погружения в полный социализм - «обновленный Союз советских народов». О путях достижения цели говорится уклончиво, строго в схоластическом духе диалектического материализма: «Исторический процесс совершается в эволюционных и революционных формах». Эта туманная формула допускает любое развитие событий, тем более что коммунисты хотят «соединить социально-классовое и народно-освободительное движения». А поскольку на месте нервно курящих, по-декадентски истерических эсерок-бомбисток, едва закончивших гимназию мы теперь имеем талантливо поджигающего разные хитрые фитили полковника Квачкова, тезис о «народно-освободительном движении» приобретает несколько страшноватый оттенок.

Впрочем, скорее всего речь идет всего лишь об ошеломляющем публицистическом образе. Трудно представить себе более благостных персонажей, чем лидеры коммунистов, которые любят мирно погонять по зеленому сукну бильярдные шары, приветливо поблескивающие, как лысая голова Ильича, поиграть с гиканьем в волейбол и основательно попариться в русской бане на территории государственных дач, принадлежащих Управлению делами президента. Какие, к едрене матрене, бомбы, ледорубы и, не приведи господь, гранатометы. Их орудие - доброе слово и добрая книга. Как, например, последнее произведение Геннадия Зюганова под названием «Большие испытания», которое напоминает своей эпической силой заголовки писателей кочетовской школы журнала «Октябрь» 1960-х годов.

Сегодняшние коммунисты, несмотря на драматический выбор, который им ежеминутно приходится осуществлять («Либо великая держава и социализм, либо дальнейший распад страны»), скорее склонны подолгу задумчиво стоять на том самом «трагическом перепутье», нежели радикальным образом выбирать «революционные формы».

Эволюция лучше революции. И рано или поздно социальная база коммунистов окончательно переберется в те самые «ряды мелкой буржуазии», освободив КПРФ от довольно хлопотной обязанности заботиться о достижении «полного социализма».