Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

СПС провел съезд победителей

09.09.2003, 12:23
Андрей Колесников

Правые отпраздновали отказ от самоистязаний в духе «мы-такие-непопулярные» и напомнили сами себе, что именно они заложили основы свободной экономики и экономического роста, отстроили институты демократии и каналы проявления личной инициативы.

Идеология победы, отчасти допинговая, немного самогипнотическая, положена в основу предвыборной стратегии СПС. С другой стороны, без классической «тренерской накачки», использования бодрящих психологических методов самозарядки невозможно идти в политику, заниматься политикой и побеждать в политике. Так что будем снисходительны к правым, которые провели съезд победителей.

А праздновали вот что: отказ от самоистязаний в духе «мы-такие-непопулярные». Правые напомнили сами себе, что именно они заложили основы свободной экономики и экономического роста, отстроили институты демократии и каналы проявления личной инициативы. Вспомнили о том, что им есть чем гордиться, и в том числе страной, которая построена по их чертежам. До критической черты, до гипертрофированной словесной массы эти идеи довел в своем выступлении Анатолий Чубайс, доказывавший, что именно российские правые и есть настоящие русские патриоты, которые не имеют права уходить ни в какую оппозицию, потому что они не могут быть в оппозиции самим себе и своим достижениям.

Правая публика в партере и на галерке идиотского новолужковского сооружения с плохой акустикой, словно в насмешку названного Домом музыки, ревела от восторга и неистово аплодировала. Окончание речи Чубайса, густо замешанной на идеологии успеха, ответственности и победы, утонуло в сверхъестественных овациях. Вспомнилось классическое советское: «Бурные, продолжительные аплодисменты. Все встают». (Формулы еще XVII партсъезда, 1934 год!) И после этого кто-то еще может говорить, что у этого человека, способного с такой театральной лихостью заводить публику, нет харизмы…

Партии, про которую еще пару месяцев назад говорили, что у нее почти не осталось шансов преодолеть пятипроцентный барьер, полезно получить дозу умеренного самолюбования.

Борис Немцов, чей вполне президентский рейтинг был убит еще в 1997 году работой на посту вице-премьера, показал публике отцов-основателей российского государства Гайдара и Чубайса. Сообщил, немного сгустив краски, что именно Егор Тимурович отправится сочинять план восстановления экономики Ирака. Валерия Новодворская с бескомпромиссной диссидентской грацией указывала пальцем на трех готовых президентов России — Гайдара, Чубайса. Немцова. («А Хакамада?!» — кричали из зала.) Три президента очнулись только тогда, когда обнаружили себя аплодирующими безукоризненно логичной мысли Валерии Ильиничны, с последней прямотой рассуждавшей о том, что, мол, не за нынешнего же президента нам голосовать…

Эйфория напоминала состояние опьянения средней тяжести. Хотя я немедленно вспомнил историю, рассказанную мне на днях Гайдаром о том, как летом 1991-го, еще до путча, они сидели с Чубайсом на даче под Питером у общего друга и «назначали» друг друга премьер-министром. Сцена, казавшаяся дикой до идиотизма, воплотилась на практике спустя неполных три месяца.

В сущности, в съезде не было серьезной интриги. Она рождалась на глазах сама собой, когда становилось понятным, что эта партия категорически не желает проигрывать.

100 мест в парламенте как сверхзадача — это, мягко говоря, слишком. Но правым теперь нужен правый парламент и правый президент. Хотя именно Чубайс при всем радикализме его выступления («Здравствуйте! (Аплодисменты.) Я долго молчал. (Аплодисменты. Смех.) Потому что был занят». (Бурные аплодисменты. Гомерический хохот.)) оставил окно возможностей для общения с нынешним политическим режимом, заявив, что оппозиция собственному порождению нелепа.

Еще один мотив съезда — будущее объединение всех демократических сил — казался несколько натянутым. Публика враждебно реагировала на понятие «Яблоко», хихикала, когда лидеры иронизировали по поводу Явлинского, аплодировала, когда о партии-соседе ораторы отзывались неприязненно. Именно Чубайс заявил о том, что работа по объединению начнется сразу с 8 декабря 2003 года. Лично я не поверил. Ибо пути демдвижения неисповедимы, но не до такой же степени, чтобы можно было представить себе в одной нераскачиваемой лодке сразу Анатолия Борисовича и Григория Алексеевича, которые объединяются уже минимум лет десять.

Кстати, несмотря на преждевременные информационные утечки, третье место Чубайса все равно осталось главной интригой съезда. Его выступления ждали. Потому что иначе съезд не стал бы тем, чем он был, — съездом победителей. Правым захотелось побыть ими еще до выборов. Чтобы потом окунуться в суровую прозу жизни. Уповая на удачу и того же Чубайса. Таким было настроение, а результат рассудит тех, кто спорил о том, правильным ли было решение о третьем номере федерального списка СПС.