Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Прокуратуру перебросили
на расхлябанность

04.08.2003, 15:54
Андрей Колесников

Объявленная президентом борьба с расхлябанностью стилистически напоминает борьбу за производственную дисциплину времен Юрия Андропова.

В ночь на понедельник президент совершенно неожиданно вызвал к себе генерального прокурора Владимира Устинова и председателя Верховного суда РФ Вячеслава Лебедева. Создалось впечатление, что у главы государства наболело и возникла необходимость высказаться. Иначе после двух правоохранителей он не стал бы вызывать к себе еще и президента Северной Осетии, вице-премьера по социалке и министра обороны. Теракт в моздокском госпитале оказался последней каплей, и руководители правоохранительных ведомств показались главе государства наилучшей аудиторией для прослушивания «крика души». В результате прокурорские и судебные органы были переброшены на борьбу с расхлябанностью. «Расхлябанность, которую мы наблюдаем в ряде случаев и которая способствует совершению преступлений и терактов, перешла всякие границы», — констатировал президент.

В свете новых задач генеральный прокурор может просто надорваться.

Энергичное течение антиолигархической кампании, совпавшее с разгромом московской прокуратуры, теперь дополнено новыми задачами.

В арсенале высших прокурорских инстанций немного средств для того, чтобы в андроповском духе поднять дисциплину труда, но зато им вполне по силам устроить накачку нижестоящим товарищам в том смысле, чтобы, как и призвал президент, интенсивнее вести следствие и быстрее раскрывать преступления.

Председатель Верховного суда, конечно, имеет меньшее отношение к теме встречи — хотя бы потому, что нераскрытые дела физически невозможно передать в суд. Тем не менее, будучи профессиональным юристом, глава государства счел необходимым на всякий случай заодно интенсифицировать работу судов общей юрисдикции. И цели своей добился: сразу после аудиенции у президента Вячеслав Лебедев сообщил, что соберет специальное совещание по практике рассмотрения дел, связанных с терроризмом. Практика наверняка невелика, но совершенно очевидно, что теперь такие дела будут рассматриваться в несколько быстрее, чем, например, дело полковника Буданова, и наказываться по всей строгости антитеррористического законодательства.

После слов президента про расхлябанность ничего хорошего не ожидает стрелочников, которыми уже, судя по всему, назначены начальник госпиталя и начальник военного гарнизона Моздока, не исполнившие приказ министра обороны. О чем министр и сообщил главе государства сразу после того, как его покинули Устинов и Лебедев. Приказ сводился к необходимости «оборудования подъездных путей принудительными средствами для остановки автотранспорта». Не оборудовали. Проявили расхлябанность. И теперь ответят вместо организаторов теракта.

Стилистически все происходящее напоминает борьбу за производственную дисциплину времен Юрия Андропова, когда злостных прогульщиц отлавливали в рабочее время в магазинах: у экс-председателя КГБ, ставшего первым лицом в государстве, были свои представления о путях улучшения работы экономики.

Расхлябанность, конечно, скверное качество. Но стоит напомнить, что не оно стало первопричиной происходящего на южных рубежах России.

К тому же измерить расхлябанность, которая является традиционным нематериальным активом русской души, в сутках административного ареста или годах лишения свободы весьма непросто. Хотя судить стрелочников за халатность будут. И, в свете новых указаний, судить будут очень быстро и строго.

Вообще говоря, расхлябанность имеет богатую биографию в новой и новейшей истории России — от взятия Зимнего до путча августа 1991-го. В первом случае она имела трагические последствия, во втором, учитывая личную расхлябанность членов ГКЧП, — позитивные. Проблема в том, что борьба с расхлябанностью может оказаться не более эффективной, чем война с пьянством образца середины 1980-х или упоминавшаяся битва за дисциплину по-андроповски. А главное, она не способна остановить террор или улучшить работу следствия и правосудия.

Понятно, что президент раздосадован происходящим: террор самоубийц стал серийным. Потому и настаивает на поиске нестандартных путей, потому и осуществляет тренерскую накачку руководителей правоохранительных органов. Правда, специально оговаривается — «в рамках действующего законодательства». Значит, троек и особых совещаний не будет. Впрочем, для некоторых персонажей и эти инструменты революционного правосудия не нужны: сыновей Саддама застрелили простые американские солдаты. Стоит только захотеть…