Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Пишем — «реформа», читаем — «передел»

02.09.2004, 12:27

Система страхования вкладов еще не заработала, но начала действовать. Ее первой, но не последней жертвой стал Райффазенбанк.

Вчера агентство РБК распространило сообщение, согласно которому Центральный банк направил в Райффайзенбанк письмо, изложив в нем недочеты в работе банка, которые не позволят ему сразу войти в систему страхования банковских вкладов. По словам источника РБК в Банке России, если претензии подтвердятся, то Райффайзенбанк может на какое-то время остаться без гарантий по счетам текущих частных клиентов и, возможно, без новых вкладчиков.

Председатель правления Райффайзенбанка Мишель Перрирен выразил сожаление по поводу появления заметки. «Никакого решения по включению или невключению Райффайзенбанка в систему страхования вкладов принято не было, — говорится в заявлении Перрирена. — Мы ожидаем, что Комитет банковского надзора вынесет такое решение до 26 сентября 2004 года. По состоянию на 31 августа 2004 года, Райффайзенбанк выполняет все требования, предъявляемые к кредитным учреждениям для включения в систему страхования вкладов».

Кроме того, как выяснилось, Райффайзенбанк имеет гарантию от материнского Raiffeisen Zentralbank Osterreich, которая покрывает наши обязательства перед частными вкладчиками на сумму 400 миллионов евро. Хотя сейчас объем частных вкладов в банке даже несколько выше, чем сумма гарантии материнской австрийской структуры (вкладов привлечено, по данным «КоммерсантЪ-daily», на $607 млн против 400 млн евро гарантии), с обывательской точки зрения, этого как будто достаточно для того, чтобы обеспечить требования вкладчиков. Ясно же, что и в самом русском Райффайзенбанке помимо австрийской гарантии есть какие-то ликвидные активы.

С точки зрения здравого смысла, российская система гарантирования вкладов Райффазенбанку не сильно-то и нужна: вклады в нем, в отличие от многих российских банков, как будто и без того достаточно надежно защищены.

Однако, с точки зрения российского законодательства, без попадания в российскую систему страхования ни один банк не сможет с 2006 года принимать средства частных вкладчиков. Более того, банк, не прошедший проверку ЦБ (перед вступлением в систему проверка обязательна), и в лучшие-то времена становился изгоем. Так что банку, не попавшему в систему, будет крайне сложно что-либо объяснить клиентам и контрагентам, за исключением своих учредителей и аффилированных с ними лиц.

В нынешней нервной обстановке претензии ЦБ, тем более публичные и документированные, будут восприниматься совершенно однозначно как вкладчиками, так и клиентами — юридическими лицами: ну его, от греха подальше. Фактически можно говорить о том, что проверка банков на предмет включения в систему гарантирования сопоставима с перевыдачей банковских лицензий. Причем дед-лайн приближается — в конце сентября ЦБ должен принять решение как по Райффазенбанку, так и по поводу многих других финансовых институтов.

Ситуация с утечкой информации насчет Райффайзенбанка из ЦБ — это тревожный звонок: банковская переаттестация, похоже, пройдет не без проблем. Причем «Райффайзен» — это еще легкий случай. Согласно утечке, банкиры не выполняли формальных нормативов. В своем заявлении глава банка г-н Перрирен указал, что сейчас, по состоянию на 31 августа, с этим уже все в порядке.

Но ведь помимо формальных критериев при принятии решения о допуске банка в систему гарантирования ЦБ будет руководствоваться и совершенно неформальным «субъективным суждением», право на наличие которого в ходе длительной дискуссии удалось отстоять первому зампреду Банка России Андрею Козлову. Можно подобно Перрирену с цифрами в руках доказать, что с формальными критериями у банка все нормально. Но, как банкиры будут бороться с утечками типа «в отношении банка Х готовится отрицательное суждение», совершенно не очевидно. Тем более, что и ЦБ, кажется, в этом деле банкирам не помощник. Ни официально, ни в беседах с журналистами газеты «КоммерсантЪ-daily» представители Центробанка толком не опровергли ни факта существования такого письма, ни наличия у «Райффайзена» проблем.

Российский рынок не верит в беспристрастность и корректность действий государственных регулирующих органов

и принципиально готов к тому, что те или иные решения окажутся необъяснимы с точки зрения здравого смысла и будут содержать «политическую» составляющую. Со своей стороны, и эти органы постоянно резервируют в тех правилах, которые для себя пишут, лазейки для возможности такого рода решений.

Затянутость и непрозрачность российских реформ постоянно создает почву для разного рода спекуляций. В случае, например, реформы электроэнергетики утечки о намерениях власти — неважно даже, существующих или мнимых — немедленно отыгрывались на рынке акций. И так продолжалось месяцами. Создание системы гарантирования вкладов может привести к столь же радикальному преобразованию банковского рынка. И в этом случае также реформа очень долго существует только на словах: разговоры о ней идут вот уже третий год, а до сих пор нет как ни одного банка, принятого в систему, так и ни одного банка, которому в доступе к системе отказано. А тем временем рынком движут слухи и страхи. Которые на разогретых рынках вызывают движение капитала. И чем дольше затягивается реформа, тем дольше у разного рода участников рынка будет сохраняться возможность играть на неопределенности и инсайде.

Именно таким образом любая реформа — даже вполне разумная и необходимая — превращается в цепь скандалов, за которыми стоят попытки тех или иных групп влияния использовать «непрозрачные» заводи реформы для передела сфер влияния или собственности.