Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Особенности национальной рыбалки-2

03.03.2000, 14:13


       Человек сидит на стуле,
       Устремив в пространство взгляд,
       А вокруг летают пули,
       Кони бешено храпят.
       Рвутся атомные бомбы,
       Сея ужас и печаль,
       Мог упасть со стула он бы
       И разбиться невзначай.
       Но упорно продолжает
       Никуда не падать он,
       Чем, бесспорно, нарушает
       Тяготения закон.
       То ли здесь числа просчеты,
       Что сомнительно весьма,
       То ли есть на свете что-то
       Выше смерти и ума.

       При всем  бесконечном разнообразии  природа в каких-то своих проявлениях  нет-нет, да и повторяется. Скажем, сколько я себя помню, весной на деревьях откуда-то появляются зеленые листья. А осенью они неизменно желтеют и ближе к зиме вообще куда-то деваются. И так всю дорогу. Или взять, к примеру, лед. В мороз по нему хоть на танке езжай, а чуть солнце припеки — и пешком пройти опасно. Почему? Да кто ж его знает. Вполне возможно, что у этих процессов есть рациональное объяснение, хотя меня, ленивого и нелюбопытного, вполне устраивает формула, предложенная любимым бардом: «Так природа захотела, почему – не наше дело, для чего – не нам судить».
       В еще меньшей степени поддается материалистическому толкованию непонятная страсть моих соотечественников к зимней рыбалке на дрейфующей льдине. Из года в год, вопреки отчаянным заклинаниям городских властей, покидают неугомонные энтузиасты уютный домашний очаг в поисках новых приключений на многострадальную часть тела.
       Особенное распространение это загадочное явление получило в нашей северной столице. Не иначе, фирменная мистика великого города, запечатленная в творениях Гоголя, Достоевского и Андрея Белого, манит их бедовых потомков на ломкий ладожский лед. А дальше как по писанному – спасатели по тревоге, вертолеты в воздух, «скорая» к месту происшествия, семьи без кормильцев.
       В животном мире подобный коллективный психоз отмечен разве что у китов, в массовом порядке выбрасывающихся на берег. Но с китами дело темное. Поди разбери, что у них там творится в безразмерной башке. И потом, где киты и где мы? А тут  с виду абсолютно нормальные люди, как говорится, такие ребята, как ты и как я, не чуждые земных радостей в виде пары стаканов очищенной, здраво рассуждающие о проблемах государственного устройства и неусыпно следящие за изменениями в основном составе родного «Зенита», с пугающим постоянством ставят на уши и без того не плюющее в потолок МЧС. Для кого-то, говорят, это средство заработка.  Не хотелось бы верить. Вполне сравнимые, согласитесь, деньги можно заработать и не в столь экстремальных обстоятельствах. Например, торгуя теми же сигаретами у метро.
       Так неужели из-за ведерка несчастных окуньков или пресловутой   корюшки встают ни свет ни заря эти удивительные люди, натягивают  на ноги кто простецкие валенки, кто финские луноходы, облачаются  кто в неуклюжий тулуп, кто в канадскую парку на гагачьем пуху, обводят прощальным взором кто двухкомнатную распашонку, кто трехэтажный, красного кирпича, особняк, садятся кто в электричку, кто в «лендровер» и устремляются навстречу неизбежному? Тысячу раз нет!
       Тайна сия велика есть. Не постичь ее никакой наукой, сколь бы много гитик она не умей. И как бы не бился над ней нерусский, хоть и хороший, человек Сергей Кожугетович Шойгу, вовек ему к той тайне не  подступиться, как не удалось проклятым буржуинам выведать ее  у гордого тинейджера Кибальчиша.