Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Ненависть над могилами

02.05.2007, 19:21

Последний раз, как мне казалось, СССР истерил по поводу стран Балтии в январе 1991 года. Тогда ввели танки в Вильнюс, если вы не забыли. А потом был путч в Москве, через 7 месяцев. И все закончилось. Балтия отвалила жить своей жизнью, о чем давно мечтала. А СССР трансформировался в Россию и тоже зажил своей жизнью. Почему такая истерика сейчас?

Потому что гласно, открыто принято решение правительством иностранного государства перенести останки советских воинов, погибших в войну, из центра города на кладбище? Да, забыла, перед этим их еще и попытаются идентифицировать. Или потому, что бронзовый монумент советскому воину больше не будет стоять в центре города, а тоже переместится на кладбище вслед за останками. То есть точно также будет стоять точно над теми же останками, но на военном кладбище, а не в центре города? Все дело в местоположении?

Я что-то не понимаю. Русские эстонцы или эстонские русские – добровольно, ведь так?, ставшие членами Евросоюза вместе со страной своего проживания, не уехавшие в совершенно не евросоюзовскую Россию, считали этот памятник в Таллине чуть ли не единственным символом своей национальной самоидентификации. Предположим. Забудем о сложной истории, связывающей Советский Союз в том числе с Эстонией (об этом, видимо, русские в Эстонии предпочитают вообще ничего не знать), и предположим, что это именно так. Этот бронзовый солдат – их Мекка во враждебном, видимо, эстонском окружении.

Во-первых, солдата не уничтожили, не распилили на мелкие части и не переплавили. Вот он, уже стоит себе, бронзовый, в считанные дни перенесли. Те, кто покоился под солдатом, буду отпеты и похоронены там, где и должен найти свое последнее пристанище человек – воин или художник, генерал или музыкант. На кладбище. Со всеми воинскими почестями, уверена. Есть куда нести цветы. Есть куда придти, если об этом речь.

Во-вторых, не стоит всю свою любовь к родине переносить на бронзового солдата. Если так отчаянно, так неуютно, так плохо, так душно жить в этой треклятой Эстонии, что остается только прижиматься к ноге монумента в поисках душевных радостей и защиты, то берите, ребята, и уезжайте. Вот она ваша родина – совсем рядом, огромная, добрая, нежная, ласковая, любящая своих детей.

Приезжайте и прильните к этой земле, из которой только что отрыли под общее молчание назначенных Кремлем патриотов, останки таких же вот погибших за родину героев и увезли в неизвестном направлении. Потому что трассу надо расширять. Прильните к этой земле, в которой без могил безымянно тлеют кости жертв ГУЛАГа, унесшего не меньше жизней, чем Отечественная война. Приезжайте на свою родину в Валаам, куда в 1947-м сгребли со всей страны несчастных, которым не повезло погибнуть за родину, а лишь расстаться с конечностями. И эти безногие и безрукие «обрубки», прикованные к доскам на колесиках, отталкивающиеся от земли утюгами, чтобы передвигаться, эти герои, эти выжившие и живые тогда еще обрубки войны, были вышвырнуты подальше с глаз долой, чтобы не портить пейзаж в стране-победительнице.

Приезжайте, ребята, на свою историческую родину, которая за ваше право придти к Бронзову солдату в центр города, а не на кладбище, готова разнести в щепки эстонское посольство в Москве, а за выжившего чудом обрубка не войны рядового Сычева не оторвет задницу от стула, потому что нет указания из Кремля защищать поруганных, изувеченных, изуродованные и убитых сегодняшних мальчишек в сегодняшней армии вашей великой исторической родины. Приезжайте и отдайте в эту армию своих сыновей.

В России все встают под гимн несуществующей страны — СССР. Решили, что если переписать слова, то это как бы и другой гимн. Чистый Оруэлл. Это тот же гимн. Большой процент населения России был против этого гимна. Правительство России проигнорировало этот процент. У миллионов людей под этот гимн уничтожили родных и близких. На них наплевали. Гимн играют. Под этот гимн пролито столько праведной и неправедной крови, что вспомнить страшно. Окей, таково решение российского руководства, Россия суверенное государство, если народу не нравится, что делает его правительство, он это правительство сменит через выборы. А если нравится, то не сменит. В равной степени это относится и к любому другому государству. Эстонское правительство может быть трижда не право или пять раз право, оно может играть в свои политические игры или в них не играть. Оно приняло решение, в котором нет кощунства, поскольку кости не выброшены на помойку, а монумент не уничтожен. Оно приняло решение, в правильности которого сомневается часть населения страны. Значит, если эта часть имеет право голоса, она проголосует против этого правительства. А если не имеет, то еще раз убедится, что лучше иметь. Или лучше жить там, где имеешь.

Каждый раз, когда по утрам и вечерам играют гимн Советского Союза, каким-то дядям в Кремле, наверное, мерещится, что империя все еще есть. Ее уже нет. Есть ее история, из которой слов не выкинешь, как из гимна. К этой истории разные осколки бывшей империи, а ныне независимые страны, имею право относиться по-разному. Никто в мире не имеет права относиться неуважительно к памяти тех миллионов простых солдат, кто спас мир от нацизма. И прежде чем упрекать в этом Эстонию, хорошо бы вспомнить собственную историю. Советский Союз заменил память и отношение к погибшим и выжившим солдатам той войны монументами. Да, мифами. Ни солдат не щадили в годы войны (читайте мемуары), ни выживших не жалели после (см. архивы). Мы любим памятники и не любим своих сыновей. Вот и сейчас основной повод для истерики – памятник, даже не останки под ним. К останкам мы относимся так, как только что продемонстрировали в Химках. А перенесенный в Таллине памятник представители российской власти рассматривают с лупой – где же швы-то, где оно, востребованное в Москве кощунство? Положили бы цветы и помолчали бы. Куда достойнее.

Так почему все же такая истерика? Очень сплачивает российский народ вокруг руководства, видимо, — ох, прямо все массово зашлись в ненависти к эстонским «националистам», в приступах безудержного патриотизма. Так хочется себя почувствовать снова хозяевами, так хочется въехать снова на танках. Не можем больше на танках? Тогда консервы их на фиг с полок выкинем. Честно не понимаем, как жалко все это выглядит со стороны?

А бабки из их банков достанем? А экспорт туда прекратим? Бизнес-то остановим, ребята? Да? Нет? И кто от этого потеряет – член Евросоюза с большим количество желающих заменить «русские» бабки на нерусские?

Что случилось? Почему мы все последнее время стучим ботинком на весь мир? Кому так хочется, чтобы Россия снова выглядела маргинальной, странной, опасной, сорвавшейся с цепи? Кого мы пугаем? Что мы кому доказываем? Нету больше той страны, которая въезжала на танках. Хоть трижды верните гимн, нету ее. В том числе и поэтому и той Эстонии, в которой бронзовый советский солдат мог стоять в центре города, больше нет. И даже если считать решение эстонского руководства о переносе всех этих монументов советской эпохе на кладбище немотивированно-лихорадочно-поспешным, то и реакцию российского руководства нельзя расценить иначе, как удручаюеще-цинично-закомплексованную.

Разряды ненависти над могилами погибших. Чудовищная мизансцена.