Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

О любви к самим себе

14.04.2008, 11:49

Почему они нас не любят? Почему они все хотят от нас куда-то отдалиться, вступить в какие-то военно-политические блоки, где нас нет и в ближайшее время точно не предвидится? Почему за все время после распада советского блока мы не приобрели ни одного настоящего союзника, зато стольких потеряли? Вполне уместные вопросы, если уже даже члены СНГ, два «содружественных» нам государства – Украина и Грузия – стремятся вступить в это самое НАТО.
Наши профессиональные «объяснители» всего и вся непременно успокоят обывателя с телеэкрана: мол, дело не в нас, разумеется, нас-то «простой» грузинский и украинский народы любят чуть ли не взасос, а все дело в продажной элите, подплясывающей под дудку дяди Сэма, все дело в «оранжевых технологиях» и кознях ЦРУ. Такие объяснения, видимо, устраивают тех, кто регулирует словесный поток «объяснителей», ибо упрощают картину мира до уровня незатейливой якобы управляемости. Еще приятнее объяснять наши сложности в отношениях с ближними и дальними соседями тем, что мы в последнее время сильно окрепли, «поднялись с колен», а это, мол, многим не нравится, потому что они нас боятся и не желают нам добра.
Мы действительно окрепли. Но это не все объясняет.
На самом деле ответ на вопрос, а почему, собственно, нас, разбогатевших и раздобревших, таких уверенных в себе, сильных и добрых, нужно непременно бояться, если мы уж «поднялись с колен», — ответ на этот вопрос до конца не понятен. Вон, к примеру, Бразилия или Индия тоже крепнут год от года, давно уже на коленях не корячатся, а что-то не слышно, чтобы их кто-то отчаянно боялся и пытался загнобить и поставить обратно на колени, чиня всевозможные козни. Никто также не пытается поставить на колени Китай, как-то он умудряется при всей своей силе не вызывать столь много раздражения извне.
Между тем предлагаемые нам простые объяснения подразумевают простые ответы и незатейливые действия. Если имеется почуянный (или кем-то придуманный) нам вызов – значит, ему нужно противодействовать, если есть «оранжевые технологии» — значит, нужно применять «антиоранжевые», вывести «Наших» супротив эстонского или лучше британского посольства на бессмысленный флеш-моб. А чо, прикольно! Прикольно, спору нет, но внешняя политика так простецки не делается. Это ж не дворовая разборка.

На сегодня наш внешнеполитический инструментарий сводится, по сути, к жонглированию большим кнутом и довольно черствым пряником: мол, если вы будете себя вести плохо, то мы «отключим газ», наложим санкции, введем визы, а то и вовсе объявим экономический бойкот. А вот если проявите по отношению к нам уступчивость, то и мы пойдем на смягчение.
Некоторые считают, что именно такой примитивный «дихотомный» подход хотя и не сработал применительно к Грузии (даже имел обратный эффект, сейчас там сторонников вступления в НАТО уже под 70%), то удачно сработал применительно к Молдавии, которая к нам в последнее время якобы смягчилась. То есть, значит, подход оправдан. Хотя насчет Молдавии они сильно заблуждаются, никуда ей от Румынии, если дело так пойдет и дальше, не деться. Мы ведь не предлагаем молдаванам перспективы, а они предлагают, условно говоря, «европейскую».
Так или иначе, наши «ястребы» призывают продолжать давить на Украину. И давят: Киеву то грозят перенацелить на него ракеты, если они там удумают двинуть в НАТО, то оттяпать назад Крым, столь неосмотрительно подаренный Хрущевым, то вообще расчленить на «пророссийский восток» и «прозападный запад», то есть чуть ли не ликвидировать как независимое государство.
В минувшие выходные довелось побывать на очередной ежегодной ассамблее Совета по внешней и оборонной политике, и должен заметить, что мероприятие сие было отмечено небывало высоким для последних лет уровнем «мозгового штурма»: в экспертном сообществе растет ощущение, что со стратегией развития страны надо что-то срочно делать сразу по многим направлениям, что дальнейшая самоуспокоенность (почивание на заоблачных нефтяных ценах) опасна и даже губительна для страны вопреки тому, что трубят по телевизору официальные трубадуры.
Тем удивительнее было слышать заклинания отдельных официозных философствующих политологов, готовых все, что есть в мире неудобного для нас, объяснять исключительно заговором против блистательной и преуспевающей путинской России. Так, один такой деятель, уморивший недавно посредством неумеренного экзальтированного верноподданичества аж целое солидное издание, воодушевленно делился своими впечатлениями о поездке на восток Украины: мол, там народ только и мечтает о том, чтобы к ним приехал Путин и проехал по их землям, встречаемый восторженными толпами. Так и привиделась эта эпическая картина: широкая украинская степь, над которой висит розоватая предрассветная дымка, уходящая вдаль за горизонт неказистая проселочная дорога. И вдруг – чу! Может, показалось? Да нет, не показалось, вот уже стремительно приближается запыленный «Гелендваген», к которому тянутся тысячи и тысячи рук, люди выходят из жалких мазанок, крытых соломой, поднимаются из мглы и грязи с осененными светлой надеждой и счастьем лицами – женщины, молодые парубки, дряхлые старики с клюками, налитые румяные хлопцы в соломенных шляпах, калеки, сирые и убогие. Все тянутся у запыленному «Гелендвагену»... Почти библейское полотно художника Иванова – «Явление Его народу».
Путин действительно популярен, в том числе на востоке Украины, он и после 8 лет на троне преисполнен драйва, энергии, харизмы, он действительно один из самых выдающихся и неординарных политиков на сегодня, кто ж спорит. Но сколь еще долго все эти подобострастные захлебывающиеся от якобы «сопричастности» к власти заклинания, несущиеся из всех медиадыр уже который год и составляющие весь информационный фон в стране, будут заменять собой внятный разговор (диспут, спор, вдумчивую дискуссию, размышления наконец) о том, что, собственно, делать-то, куда мы идем и как улучшать нашу жизнь по вполне понятным конкретным направлениям? В клятвах верности одно елейное холуйское верноподданничество, но, увы, ноль идей. Эти сладкоголосые сирены ведут нас в тупик.
Не хочется думать, что уже завели.
А ответ на вопрос, почему они нас не любят, — он вообще лежит вне сферы внешнеполитических инструментариев. Ответ внутри нашей страны. Некий другой заполошный (но о-о-очень верноподданный, аж до визга) комментатор недавно сказанул, что вступление Украины в НАТО есть вообще чуть ли не главный геополитический вызов России ХХI века. Боже, как все у них примитивно просто! Тем более что это, что называется, ложная цель, очередное пафосное пустопорожнее заклинание, не более того.
Потому что главный вызов России после краха СССР – это все же создание такой общественной модели развития, такого образа жизни россиян (а не только жителей Рублевки), который не только заставил бы граждан гордиться за свою страну, но и служил бы предметом зависти других народов. Чтобы другие хотели непременно сделать «как у нас», беря с нас пример ну хотя бы в чем-то, а лучше во всем, чтобы стремились попасть к нам всеми правдами и неправдами и осесть, зацепиться всеми силами тут ради будущего счастья своих детей, как некогда стекались со всего света искатели лучшей доли, справедливости и счастья в Америку (да и сейчас продолжают ехать). Чтобы они хотели быть с нами, а не против нас. Чтобы разговоры о справедливости тех же международных отношений (как альтернативе пресловутой «однополярности») были бы не столь вопиюще «перпендикулярны» общественным порядкам внутри нашей страны, в которой отчуждение между так называемой элитой и всеми остальными достигло уже уровня отношений между оккупантами и второсортными аборигенами, где нет никакой веры в правосудие и веры своим же собственным согражданам (ни со стороны самих сограждан, ни со стороны власти к гражданам, ни наоборот), где неработающие государственные институции тотально заменены бандитскими разборками и разводками «по понятиям», где коррупция институционализирована в общественном сознании и повседневной социальной практике, где практически все покупается и все продается, причем по разным ценам для «своих» и для «чужих», где безграничный цинизм по числу «паствы» и силе воздействия на умы может соперничать разве что со столь же безграничным пофигизмом.
Всякая внешняя политика – это всего лишь продолжение политики внутренней, не больше того, но и не меньше. Это состояние умов и институтов. Ее нельзя выстроить просто так, ни на чем, на словесных упражнениях, на пустых неисполнимых угрозах и мелком «гешефте», на жонглировании кнутом и пряником, да еще когда всем преотлично известно, что и кнут гнилой, и пряник невкусный.
А не любят нас потому, что мы никак не можем полюбить себя сами и начать жить – как страна и как общество – для себя, а не назло ближним и дальним соседям.

Вы только представьте себе ненадолго, что вокруг – никого. И мы – сами по себе. И мы должны смочь.