Что изменилось
в Сирии за год

Инфографика
Виктория Волошина
о новых идеях сэкономить
на стариках

Офшоры под контролем

Госдума утвердила антиофшорные поправки в Налоговый кодекс

Рустем Фаляхов, Юлия Калачихина 18.11.2014, 22:44
iStockPhoto

Бизнесмен, имеющий бизнес за рубежом, будет обязан платить налоги в России, а если попытается скрыть доход в офшоре, заплатит штраф не менее 100 тыс. руб. Соответствующий закон Госдума утвердила во вторник. Впрочем, лазеек для обхода антиофшорного законодательства более чем достаточно, уверены эксперты.

Во вторник Госдума сразу во втором и третьем чтениях приняла поправки в Налоговый кодекс, направленные на борьбу с офшорами. Закон вводит несколько новых понятий, основное из которых — «контролирующее лицо». Под это определение подпадают бизнесмены, единолично владеющие более 25% иностранной компании.

Если предприниматель владеет иностранной компанией вместе с супругой и несовершеннолетними детьми и их совместная доля более 50%, то предприниматель также считается «контролирующим лицом».

Донеси на себя сам

Контролируемой иностранной компанией будет признаваться зарубежная структура, которая не платит налоги в России, но при этом контролирующие ее лица — налоговые резиденты России.

«Иностранная организация также признается резидентом России, если управление ею осуществляется из России», — пояснил на пленарном заседании Госдумы автор поправок — глава думского комитета по бюджету и налогам Андрей Макаров. Такие иностранные структуры, как партнерства, фонды, трасты, будут также считаться контролируемой иностранной организацией. Не причисляются к этой категории НКО и иные организации, которые не распределяют прибыль.

Предприниматели могут добровольно признать себя контролирующими лицами и уведомить об этом налоговый орган, указав доли участия и конечного бенефициара, уточнил Макаров.

Для тех, кто решит оставить свои доходы полностью или хотя бы частично в офшоре, предусмотрен штраф: 20% от суммы неуплаченного налога, но не менее 100 тыс. руб.

«За непредставление сведений о себе как контролирующем лице или контролируемой иностранной компании — штраф 100 тыс. руб. по каждой кампании. Кроме того, сохраняется уже существующая в Уголовном кодексе уголовная ответственность за уклонение от уплаты налогов», — добавил Макаров.

Госдума почти единогласно поддержала законопроект. И даже решила сократить переходный период. Закон будет вводиться поэтапно начиная с 1 января 2015 года. При этом первые добровольные уведомления о владении бизнесом за рубежом должны быть представлены в налоговые органы России до 1 апреля 2015 года.

До 2017 года контролирующими лицами будут признаваться владеющие 50% иностранной компании, после 2017 года эта планка понизится до 25%.

Впрочем, ответственность за неуплату налогов по этому закону до 2017 года применяться не будет. Как и уголовная ответственность, если ущерб государству будет возмещен в полном объеме.

Активизировать борьбу с уклонением от налогов и выводом прибыли в офшоры призвал Владимир Путин в послании Федеральному собранию в декабре 2013 года. «Хотите в офшорах — пожалуйста, но деньги сюда», — заявил тогда президент. Компании, которые работают в России, но зарегистрированы в иностранной юрисдикции, не должны пользоваться мерами господдержки, получать кредиты от институтов развития и исполнять госконтракты, добавил Путин.

Тогда же экспертное управление администрации президента, возглавляемое в то время Ксенией Юдаевой (сейчас — первый зампред ЦБ), подготовило концепцию деофшоризации экономики. Документ «Повышение привлекательности российской юрисдикции для ведения бизнеса» предусматривал либерализацию корпоративного права, реорганизацию работы арбитражной судебной системы, усиление защиты прав наследования и комплекс стимулирующих налоговых мер.

Власти, впрочем, не всегда были последовательны в деле легализации доходов. В прошлом году премьер Дмитрий Медведев предложил рассмотреть возможность формирования в России собственной офшорной зоны — на Дальнем Востоке, на Курилах. Российский офшор премьер рассматривал в качестве альтернативы популярному у российских олигархов Кипру. «Думаем, что это шутка», — прокомментировал тогда источник «Газеты.Ru» в Минфине.

Лазейки остались

Вывоз капитала за рубеж по сомнительным схемам в 2012 году составил, по данным ЦБ, $39 млрд. В 2013-м — более $25 млрд. Для нелегального вывода доходов в офшоры бизнес приспособил пространство Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана. По оценкам ЦБ, в 2012–2013 годах из России через ТС было выведено $47 млрд.

Российский бизнес считает, что инвестировать в Россию из налоговых гаваней удобнее и безопаснее. По объему накопленных иностранных инвестиций в экономике России лидируют Нидерланды, на втором месте Кипр, на третьем Люксембург. Всего в списке стран-офшоров, отмеченных российским Минфином, 41 страна. Из черного списка офшоров в прошлом году был исключен только Кипр, уточняли ранее «Газете.Ru» в Минфине РФ.

«Считаем закон достаточно эффективным, закрывающим лазейки для использования низконалоговых юрисдикций», — прокомментировал инициативу депутатов директор департамента налоговой и таможенно-тарифной политики Минфина Илья Трунин.

Эксперты такого оптимизма не разделяют. Антиофшорный закон все равно оставляет ряд возможностей не декларировать свой контроль над иностранными компаниями и не платить налог с дохода иностранной компании, считает Валерий Тутыхин, партнер юридической фирмы John Tiner & Partners. «Хотя значительную часть лазеек он все же закрыл. Например, самую банальную схему, при которой россиянин напрямую владел акциями офшора, получал на него доход и тратил его в свою пользу, не уплачивая налогов. Также закон закрыл возможность использования трастов, в которых российские резиденты выполняли роль учредителей, протекторов, бенефициаров или управляющих», — говорит Тутыхин.

«Смущает механизм исполнения закона, поскольку именно на получателя дохода (конечного бенефициара) ложится обязанность по сообщению в налоговый орган о полученном доходе, его размере и соответственно об уплате налога. Нереально»,

— говорит Диана Маклозян, глава юридического департамента консалтинговой компании Heads.

Долгое обсуждение законопроекта (в течение года) позволило разработать некоторые модели, способные законно экономить налоги собственникам иностранных компаний, отмечает Егор Батанов, партнер юридической компании «Некторов, Савельев и партнеры».

Не все иностранные компании российских налогоплательщиков подпадут под новый налоговый режим, есть исключения, отмечает Петр Ардашев, старший юрист департамента международного налогового планирования фирмы «Клифф». Так, очень важным исключением стало освобождение от налогообложения нераспределенной прибыли иностранных компаний, зарегистрированных в юрисдикциях, с которыми у РФ заключены международные соглашения об избежании двойного налогообложения, если большая часть их прибыли (80% и более) получена от активной хозяйственной деятельности — торговли, выполнения работ, оказания услуг.

«Данный налоговый режим в первую очередь направлен на борьбу с использованием компаний, зарегистрированных в классических островных офшорных юрисдикциях (Сейшелы, Британские Виргинские острова, Невис и др.) в качестве личных кошельков бенефициаров в целях сокрытия доходов от налогообложения», — поясняет Ардашев.

В первую очередь закон будет оказывать влияние на крупный бизнес, который ведет операционную деятельность в России и активно использует иностранные юрисдикции (создание совместных предприятий, иностранные инвестиции). Кроме того, сильному влиянию подвергнется частный капитал (собственники бизнеса), который размещен в различных иностранных структурах. При этом мотивом выбора такой структуры для размещения капитала часто является не желание получить налоговую экономию, а абсолютно иные мотивы: инвестиционные цели и защита капитала, отмечает Марк Ровинский, заместитель руководителя налоговой практики АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры».

По сравнению с аналогичными концепциями в развитых экономиках наш антиофшорный закон является достаточно жестким (например, наши правила существенно жестче, чем их аналог в Великобритании). Так, в Великобритании налогом, по правилам о контролируемых иностранных компаниях, облагается только прибыль, связанная с Великобританией и искусственно из нее выведенная. В России же почти вся прибыль контролируемых иностранных компаний может облагаться российским налогом на прибыль независимо от того, связана ли она с Россией или нет, поясняет Алексей Пантелеев, юрист налоговой практики компании Goltsblat BLP.

От американского закона российский принципиально отличается отсутствием в российском законе обязанности декларировать подконтрольные счета (как отдельный объект декларирования). Россия не обладает глобальными возможностями контроля, как США, поэтому на эту меру не пошла — она все равно почти нереализуема, добавляет Тутыхин.

Эффективно работающих механизмов получения информации о бенефициарных собственниках в офшорных структурах нет, согласна Татьяна Павлюкова, старший юрист «Пепеляев Групп». Так что у российских бенефициаров сохраняется возможность ухода от налогообложения в России. «Однако репутационные издержки в случае выявления факта использования офшорных схем теперь могут оказаться существеннее получаемой налоговой экономии», — предупреждает Павлюкова.

Эксперты единодушны во мнении, что после вступления поправок в силу ждать роста иностранных инвестиций в Россию не стоит.

Не хватает объектов для инвестиций, но главное — владельцы частного капитала не верят в то, что их капитал в России будет в безопасности. Закон никак не решает проблему защиты собственника: наоборот, он создает потенциальный рейдерский инструмент для тех, кто сможет получить доступ к раскрытым данным об иностранных компаниях, говорят эксперты.

Будет, вероятно, только небольшой всплеск закрытия иностранных брокерских счетов, открытых на офшоры, с суммой до $500 тыс. — таким клиентам в силу скромной суммы капитала недоступны инструменты законного обхода новых правил раскрытия, и они могут предпочесть ввести капитал в Россию.