Пенсионный советник

Березовский чуть не возглавил «Газпром»

В Лондоне идет процесс о защите чести и достоинства Бориса Березовского

Наталия Михайлова, Лондон 23.05.2006, 15:32

«Поскольку Березовский мне тогда угрожал, Путин сейчас президент России», — заявил на проходящем в Лондоне процессе по иску Березовского к Фридману Борис Немцов. Он был приглашен на заседание в качестве свидетеля.

Инициатором процесса, проходящего сейчас в Королевском суде в Лондоне, стал Борис Березовский, требующий от Михаила Фридмана публичных извинений — глава «Альфа Групп» в эфире передачи НТВ «К барьеру» 28 октября 2004 года заявил, что Березовский угрожал ему в телефонном разговоре в 1999 году. Предполагается, что открытое судебное разбирательство будет длиться около двух недель и соберет в качестве свидетелей известных российских бизнесменов и политиков.

Суд уже выслушал сторону истца и просмотрел запись передачи «К барьеру» с английскими субтитрами. Затем выступил главный ответчик Михаил Фридман.

Его выступление словно задало тон последующего разбирательства – ироничные экскурсы в историю, сдобренные многозначительными политическими намеками.

В понедельник адвокат обвинения Дезмонд Браун допрашивал Бориса Немцова, выступившего в качестве свидетеля. Брауна интересовали события 1997 года — возможное назначение Березовского председателем совета директоров «Газпрома».
Борис Немцов в своей фирменной эмоциональной манере рассказал суду и присяжным о том, что действительно существовал некий черновик документа о назначении Березовского на эту должность. Но проект этого документа не был подписан Немцовым, занимавшим тогда пост министра топлива и энергетики. Немцов сообщил, что в 1997 году в его кабинет пришел Березовский с проектом постановления о назначении себя председателем совета директоров «Газпрома». Подписи Черномырдина и Вяхирева там уже стояли. Но чтобы документ вступил в силу, необходима была подпись Немцова. Далее началось самое интересное: Немцов позвонил и Черномырдину, и Вяхиреву, чтобы удостовериться в их согласии подписать документ. Ни тот, ни другой не дали утвердительного ответа.

«Может быть, я поддерживаю Березовского, может быть, нет», — ответил Немцову Черномырдин.

Но тут Немцов «попался» на процедурном вопросе. Дезмонд Браун попросил его вспомнить, когда он в последний раз перечитывал свои свидетельские показания суду и не желает ли он что-нибудь в них изменить. После просмотра распечатки своих показаний, данных 21 февраля этого года, Немцов, согласившись со всем сказанным ранее, решил ничего в них не менять. За что и поплатился несколькими часами разборов несоответствий деталей этих показаний с тем, что он сказал сейчас в зале суда, и тем, что было написано в его интервью газете «Комсомольская правда» от 31 марта 2006 года.

Как выяснилось, Немцов не помнил точно, кому он позвонил первым в 1997 году: Вяхиреву или Черномырдину – в интервью порядок звонков отличается от того, который он указал в своем свидетельском показании. Немцов также не вспомнил, где ему впервые угрожал Березовский: на территории российского посольства в Пекине или же на улице.

Все эти несоответствия, на взгляд адвоката обвинения, указывают на то, что Немцов «дискредитировал себя в глазах присяжных и ему верить нельзя».

После такого сильного заявления несколько озадаченный Немцов заметил, что между интервью газете «Комсомольская правда», которую он для наглядности сравнил с английским таблоидом Sun, и показаниями в Королевском суде есть большая разница: «В свидетельском показании я предоставил заключения. Почему я должен вдаваться во все подробности? Да и, вообще, как передать, что говорит Черномырдин?»

К сожалению, Немцову не удалось объяснить адвокату и присяжным, в чем выражается особая сложность цитирования Черномырдина. Даже красочный пример из его политического прошлого не помог передать все особенности его словоупотребления:

«Однажды после пяти лет работы с Черномыдиным Ельцин спросил у меня беседе: «А ты вообще понимаешь, что он говорит?».

Судя по всему, Дезмонд Браун решил сделать так, чтобы слова Немцова в глазах присяжных совсем потеряли вес. Например, он с готовностью использовал против Немцова детали, ранее им не упомянутые, например, то, что черновик приказа о назначении Березовского был подписан Вяхиревым и Черномырдиным на обратной стороне листа. Этот факт Немцов рассматривал не как их согласие с содержанием документа, а лишь как подтверждение того, что прочитавшие с ним ознакомились.

После такой атаки обвинения Немцов решил усилить свои показания подробностями и упоминанием известных имен. Для начала он отметил, что именно благодаря ему Березовскому не отдали «полстраны» – «Газпром». За это Березовский нанес удар по его политической карьере: во время деловой поездки в Китай, по словам Немцова, Березовский стал ему угрожать: «Он сказал, что уничтожит меня как политика. Березовский дал на это указание Доренко, своему телекиллеру. В то время у меня был такой же высокий уровень популярности, как сейчас у Путина. Но за три месяца рейтинг упал». Из этого Немцов сделал несколько неожиданный для британских присяжных вывод:

«Поскольку Березовский мне тогда угрожал, Путин сейчас президент России».

После этих слов Березовский, слушавший выступление Немцова с большим оживлением, громко рассмеялся. Видимо, столь живая реакция Березовского заставила судью пригласить опального олигарха для перекрестного допроса, во время которого Березовский настоял на присутствии в зале суда Немцова.

Березовский, отвечая на вопросы адвокатов, заявил: «Я использовал свою власть на ОРТ только во время президентских выборов. Я никогда не давал никаких инструкций Доренко, потому что это запрещено статусом ОРТ. Доренко всегда представляет независимую позицию. Все решения на «Первом канале» принимаются Константином Эрнстом, не мной».

На этом судья закончил заседание.

После заседания Немцов признался, что это был его первый опыт выступления в Королевском суде: «Великобритания — преуспевающая страна не из-за Биг-Бена, а из-за здания Королевского суда. Я завидую Великобритании, которой удалось построить правовое государство. Нам до этого только жить и жить.

Хорошо бы, чтобы здесь в Королевском суде побывали Путин, Сечин, Сурков – люди, от которых зависит российская политика, чтобы здесь прошли стажировку российские судьи».

Немцов решил в известном смысле «защитить» английскую судебную систему — свое выступление в качестве свидетеля по этому делу он объяснил тем, что считает процесс, затеянный Березовским, который позиционирует себя на Западе как борец за демократию, «наглым обманом английского правосудия». При этом Немцов не согласен с точкой зрения обвинения о том, что Березовский пал жертвой «путинского режима», к которому нужно быть лояльным, чтобы преуспевать в России, — поэтому олигарх был вынужден покинуть страну и просить политического убежища в Великобритании. В качестве подтверждения своего мнения Немцов привел в пример самого себя, поскольку он сам находится в оппозиции к нынешней власти, но Россию не покинул.

В лояльности же Фридмана к власти Немцов не видит ничего странного: «Тоже мне преступление для бизнесмена. Нечестно показывать, что Фридман действует по желанию Путина. Как крупный бизнесмен он понимает, что несет ответственность перед четвертью миллиона сотрудников «Альфа Групп».
Березовский после окончания слушаний был более сдержан – как он уже заявлял «Газете.Ru», он опасается быть обвиненным в давлении на суд. Но согласился прокомментировать недавнее решение Интерпола о снятии ограничений на его международный розыск и арест. По его словам, он еще не получал никаких документов от Интерпола и полагает, что это не повлияет на ход суда.

Далее суд собирается выслушать последнего свидетеля Владимира Потанина, и в среду слушания по делу о защите чести и достоинства Бориса Березовского завершатся. В четверг присяжные заседатели уже не в зале суда, а в отдельной комнате приступят к обсуждению вердикта. «Газета.Ru» продолжит следить за ходом процесса.