Ефрейтор и Будда

Ольга Шумяцкая 14.01.2004, 15:00
Фото: Пан Терра

В прокат выходят сразу два фильма гениального корейца Ким Ки-Дука. Буддийские монахи и озверевшие солдаты соревнуются за право просветлить российского зрителя.

О Ким Ки-Дуке говорят, что он режиссер, все чаще проявляющий признаки гениальности. Два последних фильма южнокорейского самоучки окончательно доказали, что все признаки уже проявлены и называть Ким Ки-Дука гением, значит, скатываться до банальностей. Ким Ки-Дук – гений места. Адрес его гениальности известен – к югу от 38-й параллели, где мертвая зона «Береговой охраны» (Coast Guard) омывется живой водой заповедного озера, над которым неспешно менятся времена года – «Весна, лето, осень, зима и… опять весна» (Spring, Summer, Fall, Winter... and Spring). Два фильма, одновременно выходящие в российский прокат и почти одновременно снятые, столь разные по стилю, интонации и своему посланию к человеку, что кажется, будто их делали два разных человека.

Объединяет их одно: здесь снова любовь сплетается с насилием, а христианские заповеди с буддистскими сутрами. Еще вода. Еще – мертвые рыбы. Ким Ки-Дук настойчиво говорит о насилии, с каждым разом все больше переводя разговор из области физической в область духовную.

Его фильмы стали мягче. В них больше не глотают рыболовные крючки. Но смерть по-прежнему не приходит сама.

В плавучей пагоде монах воспитывает маленького мальчика. Ради забавы мальчик привязывает к рыбке камешек. Рыбка умирает. Мальчик вырастет, но будет искупать этот грех всю жизнь. Он полюбит женщину, и жажда обладания перерастет в жажду насилия. Это — зима. Потом мальчик сам станет монахом и будет воспитывать другого маленького мальчика. Это весна. Они будут сменять друг друга вечно.

Ефрейтор южнокорейской армии расстрелял человека, в темноте приняв его за шпиона. Ефрейтора объявили героем и наградили. Но он сошел с ума и превратил клочок прибрежной земли в кровавое месиво. Одно преступление потянуло за собой другие. Будет еще одно безумие и не одна смерть. И береговая охрана никого не сможет уберечь.

Сравнивать «Береговую охрану» и «Весну, лето…» почти невозможно, но приходится хотя бы потому, что они вышли из-под одной руки. По ним можно составлять таблицу антонимов. Первый – уродливый, второй – невероятно красивый, один – отталкивающий, другой – затягивающий, как воронка, один понятен и европейцу, и азиату, живущим в цивилизованном милитаризированном обществе, другой – весь тайна, головоломка для человека, не посвященного в буддизм. Один проводит между людьми демаркационную линию, разделяя и противопоставляя, другой – объединяет и умиротворяет.

Кажется, что Ким Ки-Дук страдает раздвоением личности.

Бывший ученик католической миссионерской школы, он заставляет одного героя вырезать на деревянном полу пагоды иероглифы сутры, чтобы достичь духовного очищения, а другого брать в руки автомат и стрелять по товарищам. Вот еще одно сходство. Ни сошедший с ума солдат, ни бывший мальчик, когда-то замучивший рыбку, не знают, как жить дальше и как искупать грехи. Только одного ведет ожесточение, а другого смирение.

Ким Ки-Дук всегда показывал тьму, чтобы было ясно, с какой стороны свет. Теперь он стал показывать свет, чтобы было ясно, что тьма по-прежнему существует.

Реальную историю из жизни берегового патруля, из тех, что случаются в армии каждый день, и философскую притчу, из тех, что существуют только в легендах и сказках, он рассказывает очень просто. Собственно, их внутренняя сложность – это обратная сторона внешней простоты. Ким Ки-Дук прямолинеен до наивности, он бьет наотмашь, его герои выражают чувства столь открыто, что изощренному европейскому глазу трудно порой распознать, какие чувства они выражают на самом деле. Ким Ки-Дук абсолютно безыскусен и абсолютно безжалостен. Ни себе, ни героям, ни актерам, ни зрителю он не дает укрыться за иносказаниями, ассоциациями и реминисценциями. Он заставляет держать глаза широко открытыми, он манипулирует нами, как хочет. В «Береговой охране» не оставляет ни капли надежды, а в «Весне, лете…» не оставляет ничего, кроме надежды. То утверждает, что все очень плохо и будет еще хуже, то говорит о неизменном порядке вещей и о том, что весна всегда сменяет зиму. То ему дороже тьма низких истин, то – возвышающий обман. Понять его невозможно.

В «Береговой охране» и «Весне, лете…» ровно столько смыслов, сколько вам удастся увидеть. Например, что человек человеку волк и человек человеку брат. Или – что если врага нет, его можно выдумать. Или — что надо совершить преступление, чтобы стать человеком. Или… Или здесь ровно столько смыслов, сколько никогда не удастся увидеть и о которых можно только догадываться. Потому что Ким Ки-Дук – как любой гений – всегда знает больше, чем говорит.

«Береговая охрана» — «35мм», с 15 января.

«Весна, лето, осень, зима… и опять весна» — «Ролан», с 15 января.